На сегодня это самое старое из сохранившихся кладбищ Минска и насчитывает около 30 тысяч захоронений. Самое древнее надгробие при этом датировано 1808 годом, но есть версии, что на этом месте начали хоронить еще лет 600 назад. Но точных исследований, как я понимаю, нет.
Официальные же упоминания о некрополе начинаются с 1798-1800 годов, когда это место передали ордену францисканцев. Потому немногие сохранившиеся захоронения тех лет - католические. После 1830 года начали хоронить и людей православной веры.
Само название некрополя "говорящее": Кальварийское, calvaria, "череп" (лат.) Именно это название носил холм, на котором, согласно Библии, распяли Иисуса. На древне-греческом это - Голгофа, а на латыни - Сalvaria. Место страдания, место искупления. Неспроста над флагами на величественной браме, с которой начинается некрополь, изображен череп.
Кстати, брама была выстроена в 1830 году на средства Юрия Кобылинского в честь умершей жены. Из монументальных построек стоит также отметить красивый католический костел Воздвижения Святого Креста в неоготическом стиле, который воздвигли в 1841 году на месте первичного обветшавшего деревянного храма. В 1930е костел на Кальварийском оставался единственным действующим католическим храмом в Минске, а вот после войны он был передан под мастерские, и возвращен верующим лишь в 1980 году.
Пусть вас не смущает некоторая мешанина из зимне-летних кадров: мое первое посещение некрополя случилось лет 7 назад, летом. А буквально 2 дня назад я ходила по нему под снегом. Вообще, зима - не самое лучшее время для посещений кладбищ, как-то зябко...
В 1967 году некрополь был официально закрыт для захоронений, кроме родственных. Но в последние годы начали появляться коммерческие захоронения, которые смотрятся чужеродными вкраплениями среди простеньких советских могилок. В 2001 году некрополю присвоили статус историко-культурной ценности первой категории.
Сейчас самые старые надгробия сосредоточены около храма да у центральной аллеи, ведущей к нему от ворот. Остальная обширная (почти 14га) территория - захоронения советских времен, довоенных и послевоенных лет.
Есть на кладбище и общие могилы, которые напоминают о истории войн и социальных потрясений двух последних столетий: наполеоновских солдат, пленных австрийцев времен Первой Мировой, польских солдат времен войны 1919-1920гг., жертв репрессий 1930х, советских солдат времен Второй Мировой...
За пределами некрополя, в небольшом сквере, стоит памятник: "Около этого места в 1941-1943 гг. фашисты расстреляли более 14000 узников минского гетто". Надпись на русском, английском, белорусском и иврите. Две строчки, но какие страшные. 14000 человек!..
Есть на главной аллее, неподалеку от администрации некрополя, и памятник страшной трагедии, которая случилась 30 мая 1999 года: в подземном переходе метро Немига в давке погибло 53 человека, включая 2 сотрудников милиции, которые пытались помочь и спасти людей.
Лишь трое из погибших тогда достигли 30 лет, в основном это были молодые люди и девушки 14 - 20 лет. На этом кладбище покоятся 6 человек, имена которых и написаны на мемориале.
А рядом - отдельный памятник Машеньке Иньковой, которая изображена в образе невесты: то, чему никогда уже не случиться. Маше, погибшей на Немиге, было всего 15 лет. "Из детства в вечность", - написано на памятнике...
И мемориал, и скульптуру создавал скульптор Михаил Иньков, отец Маши.
Слишком тяжело писать об утратах недавних, давайте перейдем к более старым надгробиям. Подавляющее большинство захоронений советского времени не представляет интереса в плане мемориальной скульптуры, сфотографировала лишь несколько надгробий, среди которых выделяется явно еще дореволюционное дерево - перезахоронение или использование памятника, который по каким-то причинам остался невостребованным?
Но в принципе и надгробия XIX века достаточно однотипны. Интересна форма памятника в виде деревянного креста, перевитого канатом. Совсем мало символики - перевернутые факелы, Всевидящее Око, перо, книга. Но чаще это просто тумбы с нанесенными именами и датами. И сверху, обратите внимание, - металлические кресты, явно приделанные не так давно.
В целом состояние старинных надгробий на Кальварийском можно назвать прекрасным - надписи практически все обновлены, когда-то сбитые кресты заменены новыми. Прочитала, что заботу о исторических памятниках взял на себя комитет "Кальвария", созданный при Красном костеле. И у них, мне кажется, отлично получается.
Но история сохранения и восстановления насчитывает сколько - лет 10? Среди откликов в сети встретила историю, что в 90х среди могил на кладбище паслись коровы. Да и вандализм в те года (как и везде) процветал.
Кроме отдельных захоронений, интересны и встроенные в стены костела надгробные плиты.
На этом кладбище захоронены представители литовско-польско-белорусского дворянства: Виткевичи, Гайдукевичи, Григоровичи, Кобылинские, Матусевичи, Петрашкевичи, Пониковские, Сенкевичи, Станишевские, Стефановичи, Шабловские, Янушкевичи и многие, многие другие: некрополь в XIX веке был популярен среди знати. В крипте костела похоронены художник Ян Дамель и епископ Матеуш Липский.
Кстати, эскизы к барельефам на браме скорее всего создавал именно Ян Дамель. И картину для храма ему, вероятно, также заказал Юрий Кобылинский. Для постановки света художник работал над полотном "Моление о чаше" в темных подвалах Кафедрального собора (на площади Свободы), используя для освещения свечи. После завершения постройки храма картина была размещена в его алтарной части, уже после смерти художника в 1840г.
В советское время картина была передана в Национальный художественный музей Беларуси.
В XX веке в Минске появилось Восточное кладбище, которое стало аналогом Новодевичьего в Москве и принимает в свою землю известнейших людей - политиков, военных, ученых, артистов. Кальварийское же будто застыло вне времени.
Хотя отмечу, что здесь похорон Нил Гилевич, переводчик и литературовед, который занимался исследованием белорусского народного фольклора. Здесь лежит и Александр Люцко, основатель и первый ректор Международного института по радиоэкологии им. А.Д. Сахарова. Здесь можно найти и могилу Ивана Матусевича, одного из организаторов Минского подполья, который погиб в фашистских застенках в 1942.
Да много их - имен, которые застыли во времени вместе с местом своего упокоения!.. Двести лет Кальварийского некрополя - это годы истории, которая отражена здесь, будь то мирная смерть в окружении внуков или трагические события.