Раненый Колин Фаррелл в гостях у девственниц-убийц
1864 год, Вирджиния. Гражданская вoйна в США движется к завершению. В закрытом пансионате для девушек укрываются его хозяйка Марта (Николь Кидман), учительница Эдвина (Кирстен Данст) и пять их разновозрастных учениц (старшую играет Эль Фаннинг). Хлипкое равновесие нарушает младшая из девочек (Уна Лоуренс), отправившись в лес по грибы, а вернувшись — с раненым капралом-янки Джоном МакБерни (Колин Фаррелл). Во-первых, идеологическим врагом, во-вторых, мужчиной. Сдавать МакБерни шастающему по лесу патрулю южан, впрочем, женщины не торопятся. Хороший повод преподать юным леди урок христианского милосердия провоцирует клубок из противоречивых чувств, а капрал успевает превратиться из пленника в желанного гостя — и снова во врага. «Рабы сбежали», — сообщает гостю Марта Фарнсворт чуть ли не с порога. Деталь немаловажная — в фильме Дона Сигела «Обманутый» с Клинтом Иствудом, снятом по тому же роману Томаса Куллинана, что и «Роковое искушение», семи белым женщинам помогала чернокожая рабыня. Хватало там и других деталей, формирующих тревожное марево южной готики: в неспешное повествование врывались инцест, вoенные перестрелки и пробуждающаяся детская сексуальность (в самом начале герой Иствуда целует девочку, которая его нашла). Удостоенная приза за режиссуру на минувшем Каннском кинофестивале, София Коппола легким — и во многом привычным — жестом убирает все закадровые монологи и провокативные «аттракционы» 70-х в чулан. Остаются действия, жесты, взгляды, интерьеры, платья, броши, салфетки, пуговицы — аккуратное пространство обжитой тюрьмы.
В этом смысле «Роковое искушение» проделывает трюк в духе сериала «Любовники», где одну и ту же историю показывали с двух точек зрения — героя и героини: меняются не только детали, но порой и важные сюжетные акценты. Близкий по фабуле к «Обманутому», фильм Копполы местами напоминает негатив ленты Сигела — грязные платья жительниц пансионата обратились демонстративно белыми, мужественного Иствуда, преодолевшего в 70-е половину пути от безмолвного героя вестерна до «непрощенного», заменил более амбивалентный Колин Фаррелл. Наконец, пансионат Коппола не поленилась перенести из Миссисипи в Вирджинию, где за тридцать лет до Гражданской вoйны раб Нэт Тернер поднял восстание против рабовладельческого строя (об этом в прошлом году снял фильм «Рождение нации» Нэйт Паркер). Последний акцент будто бы немного выпадает из пространства картины: Копполу привычно больше интересует тема несвободы и как следствие — противостояние полов. Разрывающиеся между природно-социальными установками женщины и мужчина вольно и невольно переключаются между режимами доминирования и подчинения, а конфликты мировоззрений рождаются не только между персонажами, но и внутри них. Что в какой-то момент оборачивается не столько триллером, сколько иронической пародией на патриархальную мнительность и жажду власти. Для манифеста, впрочем, у Софии Копполы слишком спокойная (если не сказать убаюкивающая) режиссерская интонация. Можно предположить, что «Роковое искушение» снято с позиции ветхого особняка-пансионата, хранящего множество историй насилия. И сам фильм оказывается лишь одной из глав этой летописи.