Греческое слово άσβεστος [ásvestos] переводится как «неугасимый». При этом основное полезное свойство асбеста, минерала класса силикатов, состоит в его негорючести. Точное объяснение парадокса вероятно скрыто в ненайденных ещё папирусах жрецов Древнего Египта, но намёк на разгадку имеется.
В сочинениях святого Августина упоминаются бесконечно долго горящие в культовых сооружениях Египта лампы. Они воспринимались тогда, как ответ империи Нила на описанную в Библии трёхдневную кромешную «египетскую тьму».
Наиболее правдоподобная на сегодня версия устройства такой лампы связана с асбестом. Не случайно этот камень в России назвали горным льном – он не горит, и при этом распадается на волокна подобные текстильным. Фитиль из такого материала действительно может обеспечить светильнику безграничный эксплуатационный ресурс. А условно бесконечную подпитку горючим, вероятно, давала связь с расположенными под храмами месторождениями нефти.
Асбестовый «след» обнаруживается не только в поворотных событиях древней истории, но и самом недавнем прошлом. О нём упоминают, например, в связи с трагедией башен-близнецов Нью-Йорка 11 сентября 2001 года. Известно, что в 1960-70 годы при строительстве небоскребов с 1950-х до середины 1960-х годов в качестве огнезащитного средства активно применялся хризотил или белый асбест – наиболее распространённый и относительно безопасный вид минерала. «Близнецы» возводились с 1966 по 1973-й. Тогда на Западе уже началась антиасбестовая кампания, и материал применялся лишь ограниченно.
По оценке Хризотиловой ассоциации (российское некоммерческое объединение производителей асбеста), старая технология, по крайней мере, позволила бы выиграть время для эвакуации людей из повреждённых зданий, а возможно и сохранила бы их от разрушения. Известно, кстати, что владельцы Всемирного Торгового Центра, поддавшись модному веянию, потратили 1 миллиард долларов на оплату услуг специальной компании по удалению асбеста уже после строительства зданий. Так велик был страх перед канцерогенными свойствами асбеста.
Производители ссылаются на медицинские исследования, подтверждающие безвредность хризотила при условии соблюдения техники безопасности при его использовании. У противников свои доводы. Оставим в стороне этот спор. Отметим лишь, что на популярность антихризотиловой повестки на Западе накладывает влияние тот факт, что основным производителем этого материала является Россия. В нашей стране производится более половины общемирового объёма.
Крупнейшее месторождение – Баженовское, в 60 километрах от Екатеринбурга. Старейшее – Невьянское, также на Среднем Урале. Добычу асбеста там начал ещё в 1720-м году Никита Демидов, основатель известной династии русских промышленников. Из «горного льна» тогда изготавливали рабочую одежду и перчатки для персонала металлургических заводов.
Активное использование асбеста «благословил» ещё Пётр I. После того, как Демидов на одном из приёмов продемонстрировал чистку хризотиловой скатерти от винных пятен при помощи пламени камина. Оно не нарушило эластичности и не изменило цвет ткани, а всё инородное на ней выгорело без следа.
По версии писателя Евгения Фёдорова первой чудо из камня соткала жена уральского заводского рабочего Сафрона Согры.
«Хоть скатерть эта, батюшка, и не самобранка, но заветная она: в огне не горит и всегда новенькая!» - так героиня книги «Демидовы» представила горнозаводчику своё произведение.
Как известно, нет пророка в своём отечестве, но завет ткачихи вполне согласуется с мудростью египетских жрецов и выводами американских экспертов по инженерным конструкциям. Стоит задуматься, и не вовлекаться безоглядно в антикульт, подобный иррациональному стремлению к углеродной нейтральности.
