Жители Европы долгое время настороженно относились к грибам, а употребление грибов в пищу русскими у них и вовсе вызывало шок. Так, Ф.Х. Вебер, ганноверский посланник при русском дворе в 1700-1723 годах, в своем труде «Описание петербургской жизни» ошибочно сообщал: «…грибы набивают в бочки, не очищая ни от земли, ни от прочего сору». Страхом европейцев перед грибами и пользовались красноармейцы во время Великой Отечественной войны.
Грибы и война
Обильный грибной урожай у славян издавна считался плохой приметой. Говорили: «Грибной год – к войне». Как пишут Александр Мясников и Евгений Чазов в своей книге «Я лечил Сталина: из секретных архивов СССР», предвоенный 1940 год и в самом деле выдался богатым на грибы. По воспоминаниям очевидцев, грибы порой росли даже вдоль дорог и заборов. Жители сел и деревень по несколько раз в день несли домой полные корзины белых грибов. И это неудивительно: грибы в России считались полноценной пищей (недаром грибы называли лесными овощами, лесным мясом и лесным хлебом), поэтому их умела заготавливать впрок любая хозяйка.
Если верить автору книги «Русский фольклор Великой Отечественной войны», Виктору Гусеву, грибы называли лесным мясом и бойцы, сражавшиеся на фронтах Великой Отечественной войны. Кто знает, скольких красноармейцев и партизан, а также женщин и детей, оставшихся в тылу, грибы спасли от голода? Во время войны грибы употребляли в любом, а иногда даже в сыром виде. Излюбленным же блюдом партизан, как утверждает Александр Смирнов, автор издания «Партизаны Заполярья: хроника отряда «Большевик Заполярья»», была так называемая «партизанская солянка»: варево из грибов с гороховым супом-пюре, приправленное брусникой.
«Грибной» страх
Понятно, что главным условием подобного питания являлся тот факт, что русские всегда умели разбираться в грибах, отделять ядовитые от безобидных, которые можно было употреблять в пищу. В этом нехитром на первый взгляд деле поднаторели в России даже дети. Однако такого нельзя было сказать о немцах. Жители Европы с давних времен к грибам относились настороженно. Так, один из первых немецких источников, где упоминаются грибы, «Книга Прохладный вертоград домовая» 1672 года, гласит: «Некие же губы (грибы) кто их приемлет не зная, напрасною смертию умирает… Губы тягостны к питанию, а не суть ноительны (перевариваемы); коим обычаем их принимаешь, тем же обычаем они и выходят».
Впрочем, есть свидетельства, что в годы войны фашисты все же принимали грибы от населения оккупированных ими территорий. Например, Максим Кустов в своей книге «Цена Победы в рублях» приводит слова очевидцев, утверждавших, что немцы, захватив склады, меняли соль, которой не хватало, не только на яйца, масло, сало и ягоды, но и на грибы. Последние брали даже в сушеном виде. Ягоды (в особенности лекарственные) и грибы отправлялись в Германию вагонами. Тем не менее сами немцы, как пишет Геннадий Русский в издании «Подросток в войне и после войны», грибами все-таки почти не промышляли даже в голодное военное время.
Бледная поганка как детектор лжи
В силу традиций фашисты не слишком хорошо разбирались в грибах, которые росли в русских лесах. Как писал В. Зозулин в книге «Исповедь ветерана», немцы охотно меняли корзину поганок на буханку хлеба и, как «неграмотные» называли все грибы «шампиньонами». Тем не менее оккупанты отлично знали о существовании ядовитых грибов. Ведь именно немецкие ученые занимались исследованиями бледной поганки. Так, если верить В. Г. Астахову, автору издания «Загадки ядовитых растений», в конце XIX века немецкий токсиколог Р. Коберт обнаружил в поганке яд фаллин, разрушавший красные кровяные шарики. В начале ХХ столетия также немецкие ученые Абель и Форд нашли в бледной поганке еще два ядовитых вещества – аманитагемозилин и аманитатоксин.
Соотечественники ученых не могли об этом не знать, поэтому они так и боялись отравлений. Этим страхом и пользовались советские солдаты. В.М. Вишневский в своей книге «Ядовитые грибы России» пишет о том, что во время Великой Отечественной войны немцев, взятых в плен, сначала кормили, а потом сообщали, что в пищу были добавлены бледные поганки. Для того, чтобы получить противоядие, гитлеровцы должны были сообщить нужную красноармейцам информацию. Напуганные пленные нередко и вправду начинали говорить. Между тем, по словам Вишневского, антидотов от яда бледной поганки не существует, да и в еду эти опасные грибы, конечно, не добавляли. Но метод работал почти безотказно.