Говорят, каждому человеку можно дать второй шанс. Иногда бывает так, что те, чья жизнь в прошлом не отличалась доблестью, честностью и отвагой, в дальнейшем сумели искупить свою вину и прославиться в рядах героев в трудное для страны время. В тот момент, когда Родине особенно нужна защита, высокая планка военного часто падает, и в ряды вооружённых сил набирают тех, кто в мирное время считался совершенно не годен носить высокое звание военного. Таких случаев было немало, но некоторые оставили особенный след в истории.
«Банда Рокоссовского»
Это была «банда Рокоссовского», восьмой отдельный штрафной батальон, который комплектовался с личного разрешения Сталина из солдат, которые побывали в плену, находились в бегах, отстали от своих или сумели каким-то образом выйти из котла. В батальон принимались и те офицеры, которые были осуждены за совершение мелких преступлений - в военную годину им всем был дан шанс показать, что они сошли с кривой дорожки и вернули себе человеческие качества.
Первый бой
Батальон впервые вступил в бой во время Курской битвы, затем его направили наступать на самом тяжёлом участке дуги, где штрафники потеряли около 150 убитыми и более трёхсот – ранеными. Под Орлом группировка «банды» из 25 человек заняла высоту, выбив оттуда врагов, ценой огромных потерь. Немцы вынуждены были отступить, а командир группировки, который помогал всем раненым в ходе штурма, погиб смертью храбрых. Отчаянные бойцы штрафбата были грозой гитлеровцев, ходят легенды, что их выпускали только на самые сложные участки фронта. Секрет их успеха был даже не в какой-то особенной подготовке, а в силе духа – война была единственным их шансом на возвращение в человеческую жизнь.
Константин Константинович Рокоссовский
Рокоссовский никогда не относился к штрафникам презрительно, как к бойцам второго сорта. Солдата, закрывшего собой амбразуру орудия, он посмертно представил к званию Героя. Командиры, которые позволяли себе лишнее в обращении с бывшими заключёнными, несли ответственность. В благодарность штрафники не боялись жертвовать собой. При взятии высоты 220 бойцы потеряли 450 человек из 500, а оставшиеся полсотни солдат удерживали возвышенность четыре дня, пока не подошли основные силы.
Рокоссовский, восстанавливал в правах всех тех солдат, которые были ранены, убиты или проявили героизм и мужество на поле боя, потому что эти два командира были убеждены – храбрецы искупили своими стараниями или даже кровью все былые грехи. Тем не менее, не все военачальники так считали. Другие высшие офицеры, например, восстанавливали в правах лишь посмертно или по ранению, в то время как бойцы, которые самоотверженно воевали, но не пострадали, оставались на положении бывших преступников. Их штрафники не были так храбры, как рокоссовские, которые воевали не из страха быть осуждёнными повторно, а за то, чтобы вернуться в прежнюю легальную жизнь.
Несмотря на огромные потери, штрафники дошли до Кенигсберга и форсировали Одер, некоторые побывали во многих европейских городах. Иногда они сами, без приказа командира поднимались и атаковали немцев, даже когда из роты, укомплектованной сотней солдат, в живых оставалось около двадцати. За подвиги многие были награждены орденами и медалями, а не только реабилитированы.
Выводы
Можно ли было и после войны считать этих людей дезертирами, преступниками, предателями? Мало кто может решиться на такую строгую оценку. Как говорят в народе, не плохо упасть – плохо не подняться, не осознать своей неправоты, не исправить своих ошибок. А те, кто искупил свою вину, могут не бояться – их недостойное прошлое сполна оплачено геройским настоящим.