В страшном подвале с трубами, облезлой штукатуркой и отбитой метлахской плиткой, в свете люминесцентных ламп сидела девушка. В подвале каморка, в каморке - девушка.
Она делает фотографии на документы. У стенки стоит колченогая табуретка. За табуреткой - грязно-белый экран и лампочка. Мрак, ужас и разрушение.
«Вам к стенке!», - севшим от долгого молчания говорит девушка.
Звучит страшно. И вообще страшно в подвале.
Девушка зарабатывает на жизнь своим трудом. Она задешево сняла эту каморку в подземелье и купила старый принтер. Компьютер ещё стоит старый. На экране чудесные морские виды.
Никто почти не приходит фотографироваться. И девушка зарабатывает сущие копейки.
Бледное лицо в свете мигающих ламп, волосы кое-как причёсаны, мешковатая вязаная кофта и такие же штаны. В подземелье очень холодно. А краситься и причёсываться не для кого. Никого нет.
Я пошутила о чем-то; девушка робко рассмеялась. Она отвыкла смеяться, это заметно. Но ей стало так смешно, что она засмеялась все же. Как дитя подземелья.
Красивая девушка-то. Волосы густые, лицо миловидное. Под ужасными вязаными кальсонами и кофтой - прекрасная фигура. И смеётся так хорошо, хоть и немного старушечьим смехом. Подвальным. А потом страшно закашляла.
Милая девушка, хорошая, шутки понимает. И фотографию сделала быстро. Мне срочно надо было, вот я и зашла в подвал.
Я думаю: какой смысл заточать себя в ужасном подвале? Среди труб канализации, мрачных стен, ламп с мертвенным светом? В холоде и в тоске? Зарабатывать копейки?
Можно же устроиться на работу. В коллектив. Общаться, разговаривать, хорошо выглядеть, надевать красивые вещи! И можно смотреть в окно! Хоть иногда.
И найти своё счастье можно! Зачем это подземелье? Ради чего?
Девушка не смогла внятно ответить на мой вежливый вопрос: «почему вы здесь работаете?».
Она пояснила, что здесь дёшево. Выручки от фотографий хватает на аренду. И на еду остается. И привыкла; она три года здесь пытается заработать.
На столе стояла коробочка с растворимой лапшой. Обед. Девушка как раз обедала…
Мы тепло распрощались и я ушла, размышляя, что люди иногда добровольно селятся в подземелье. Сами. И этот страшный подвал даже не пытаются улучшить; за три года можно было хоть как-то улучшить жуткую каморку, вроде камеры в средневековой тюрьме. Цепи только не хватало…
Иногда нет ее, цепи-то. Человек сам приковывает себя в подвале. И живет, как дитя подземелья, по доброй воле.
В этом же доме есть магазин. Кафе. Аптека. Пункт мобильной связи. Много чего есть; это огромный старинный дом. И всюду нужны сотрудники. И платят не меньше, чем остается от аренды каморки! Тепло и воздух свежий. И не шумит над головой канализация…
Но люди выбирают иногда подвал без окон. И в нем живут, ещё и платят за это! И грустно мечтают о другой жизни, но покинуть подземелье не могут и не хотят. Здесь дешево. И привычно. И не надо прилагать особых усилий.
Так и проходит иногда жизнь…
Анна Кирьянова