В обычные рабочие дни Торговая площадь дореволюционного Тихвина была немноголюдна. Что можно было здесь увидеть? Несколько крестьянских возов с дровами или сеном. Редких одиночек-горожан, торгующих «с лотка». Четырёх-пятерых извозчиков, стоящих перед домом дворянского собрания в ожидании седоков.
Оживлялась площадь в воскресные и праздничные дни.
Число возов с сеном (исключая разве что лето) доходило до двух-трёх десятков. Окрестные крестьяне привозили разную живность (кур, овец, свиней) и продукты своего хозяйства или лесного сбора.
Увеличивалось число мелких торговцев – жителей пригородов – с молоком и овощами. Располагались они вдоль торговых рядов, галерея которых спасала от ненастья.
Чем ближе к весне, тем больше становилось на базаре возов с дровами (хороший хозяин заготавливает их загодя, чтобы разделать и летом высушить). Дрова предлагались на любой вкус: швырок (длиной около полуметра), шестёра (шесть четвертей аршина) или девятка (девять четвертей аршина).
Невообразимо оживлённый вид приобретала площадь в большую весеннюю ярмарку, которую горожане называли сборной. Проводилась она на второй неделе великого поста, то есть в период между 10 февраля и 10 марта по старому стилю, не совпадая по числам в разные годы, и продолжалась целую неделю.
Для участия в ярмарке съезжалось много купцов из разных городов. Готовилось и местное купечество. Готовились задолго: завозили товары, строили на площади тесовые ларьки-«балаганы».
Ярмарочные балаганы располагались по краям площади: мануфактурные – на южной стороне, против дома дворянского собрания, галантерейные – вдоль тюремной стены; бакалейные и с разными сладостями – поближе к собору. Большой популярностью пользовался ларёк одного ярославского купца, который привозил каждый год к радости детворы и изумлению горожан всё новые восточные сладости с неизвестными дотоле названиями.
Прижимаясь к колокольне, стоял обязательный для «благочестивого Тихвина» ларёк, в котором продавались иконы разных размеров, нательные кресты, книги «Евангелие», «Библия», молитвенники. Принадлежал ларёк Большому Успенскому монастырю.
Заполняли площадь и мелкие торговцы со своими переносными столиками. На этих столиках была всякая всячина, от детских игрушек до головных платков.
Множество возов с сеном и дровами заполняло северную часть площади. С Ояти и Явосьмы доставлялась глиняная посуда. В центре площади за лёгкой одножердевой оградой скапливались бочки с постным маслом, солониной и соленой рыбой. Этот товар большими партиями закупали лесопромышленники для артелей сплавщиков и помещики для батраков на полевых работах.
В низине у реки, на так называемой Плахе, устраивалась конная ярмарка с засильем на ней шумных, горластых цыган.
Не обходилась ярмарка и без развлечений. Каждый год на краю площади возле Павловской (Советской) улицы ставилась карусель, а иногда и шатровый цирк. Карусель, как мёд мух, приманивала ребят. Борцы в цирке с участием традиционной «чёрной маски» завлекали взрослую публику.
Целую неделю на площади была невообразимая толчея. Гремела музыка трактирных органов, разносился гул людских голосов.
Воскресный день, которым заканчивалась сборная ярмарка, назывался «тульным». В этот день было массовое гулянье.
Молодежь знакомилась, выбирала невест н женихов. Купечество же ударялось в пьяный разгул, «обмывало» заключённые торговые сделки и контракты, оставляя в питейных заведениях часть полученных на ярмарке барышей.
Трудовая слава, 1981, № 133, с. 3.
Это фотографии начала 1930-х годов. Последние годы, когда площадь была базарной. Вскоре снесут не только колокольню, но и деревянные торговые ряды.