Кто и почему засекретил данные о крушении поездов под Чишмами в годы Великой Отечественной войны? Фамилии погибших в поезде солдат и санитарок до сих пор не известны!
Дети поют о войне, почти ничего о ней не зная. Хотя, конечно, искренне пытаются понять. Для этих детей Великая Отечественная война стала историей из школьного учебника, ведь большинство из них не застали живых свидетелей, не смотрели им в глаза, в которых отразился ужас смерти. Но именно отсюда, из Чишминской школы № 1, началась история, которая тронула съемочную группу БСТ до глубины души.
К этому месту на железной дороге Неля Петровна Смирнова (далее- Н.Смирнова) регулярно приходит на протяжении полувека. По узкой тропинке, через лесной бурелом и несколько километров по шпалам. Здесь, в конце 60-х Неля, тогда еще 18-летняя пионервожатая, вместе с учениками первой Чишминской школы выкопала мешок с человеческими останками. Скромный памятник (внизу, на фото) появился здесь уже после страшной находки. Н.Смирнова со школьниками собирали металлолом, и на вырученные деньги заказали мемориал с оградой. Теперь только он напоминает о страшной железнодорожной катастрофе под Чишмами – крушении двух санитарных поездов в годы Великой Отечественной войны. И если бы не бескорыстный порыв простых сельских жителей, мир мог вообще не узнать об этой засекреченной трагедии.
На перегоне Шингак-Куль-Чишмы железной дороги имени Куйбышева 5 декабря 1942 года произошло крушение военно-санитарных поездов. Погибли 42 человека.
Протокол заседания Компартии – это первый официальный документ о Чишминском происшествии, который был рассекречен только спустя 75 лет!
По архивным данным удалось восстановить хронологию событий: оба поезда с ранеными следовали в одном направлении, в сторону Уфы. На подъезде к станции Чишмы (54.589336, 55.380266) один эшелон остановился в ожидании разрешающего сигнала, второй двигался сзади! В это время в кабине управления вместо машиниста находился его помощник, он проехал на закрытый семафор и на полном ходу врезался в хвост стоящему поезду. Четыре последних вагона, в трех из которых были люди, перевернулись и загорелись.
«Тушить было невозможно. Там деревня Чишмы рядом, у них была пожарная лошадка, они полную бочку набирали воды. Пока из деревни везли – вода в бочке замерзала – сорок градусов мороза! И вот они бедные стояли и смотрели, как горят эти люди – голубым пламенем!». Н.Смирнова, жительница п. Чишмы.
Н.Смирнова вспоминает слова и одного из очевидцев трагедии, которого, к сожалению, уже нет в живых. Железнодорожный работник Николай Зелёнкин со слезами описывал это жуткое зрелище и своими руками хоронил останки погибших прямо возле путей. Именно он, спустя много лет, безошибочно нашел и показал школьникам место трагедии. «Он плакал стоял, бедный. Все вспомнил, видать, как они горели, как их хоронили. Сгребали веником и руками, складывали в эти мешки и хоронили. Их предупредили, чтобы они ничего никому не говорили. Приказано было, чтобы до утра уже было все убрано, чтобы поезда ходили снова».Н.Смирнова, жительница п. Чишмы.
«Засекретили как раз на всю человеческую жизнь. Несколько лет мы идем по следам и опаздываем. Когда начинаешь искать – те умерли, те и те» - говорит Римма Буранбаева, военный поисковик, которая лично участвовала в ликвидации другого – крупнейшего в истории – крушения поездов в Улу-Теляке. Говорит, что именно тогда поняла, что самый страшный цвет – серый – цвет пепла от сгоревших человеческих тел. Узнав о том, что на башкирской земле была еще одна серьезная железнодорожная катастрофа, Римма Нуриевна потеряла покой. Ведь до сих пор неизвестны имена погибших 42-х человек: солдат и санитарок, которые совсем немного не доехали до пункта назначения – уфимского госпиталя.
«Меня больше всего трогает, что они выстояли в таком тяжелом сражении за Сталинград, а в тылу они стали вдруг безымянными! На земле, где шли бои, они были героями, а на мирной земле они стали безымянными! Их сделали безымянными, спрятав эти списки! А ведь где-то по России их сыновья, дочери, внуки, ищут же их. Слово "диверсия" просто витало тогда – и в разговорах, и на оперативках, и в мыслях людей. И вот решили, что диверсия, видимо, и спрятали документы». Однако, на пожелтевших архивных страницах значится: это была не диверсия, а цепь трагических случайностей. Темное время суток, метель. Но главное – накануне происшествия машинист управлял локомотивом 34 часа без сна и отдыха. Всю паровозную бригаду должны были сменить в Раевке, однако по ряду причин этого не сделали. Не выдержав нагрузки, машинист передал управление помощнику.
«Машинист депо «Дёма» Мирянов на паровозе спал, также спал его сын, который работает на паровозе кочегаром. Неспящим оказался один помощник машиниста Щепетько, который не следил за сигналами и не принял мер к остановке поезда при проезде закрытого семафора».
Римме Нуриевне удалось найти единственную живую участницу тех событий – 99-летнюю Марию Ивановну Салманову, которая рассказала следующее. В 42-м она ехала в одном из поездов, была заведующей хозблоком. «В тот вечер наш поезд подъезжал к Уфе, впереди нас тоже был поезд с ранеными. В это время все готовились к ужину. И тут сильный такой толчок был. Я подошла к окну и увидела, что горят вагоны, выскочили туда». «Откуда силы брались. Берем как кукленка, тащим в свои вагоны. А он кричит, молодой, плачет: лучше, говорит, там погибнуть, на войне. На войне не погибли, а тут нас смерть застала». Марии Ивановне и ее подругам-санитаркам удалось вынести из огня 11 обгоревших раненых и перенести в свой уцелевший поезд.
Модель паровоза - серии ФД – Феликс Дзержинский, в народе его называли Федя. Выпускался в Советском Союзе с 1931-го и активно эксплуатировался в годы Великой Отечественной войны. В качестве топлива для него использовали уголь. Именно такой локомотив в день катастрофы тащил за собой вагоны обоих санитарных поездов.
«Пятого декабря поздно вечером начались такие протяжные паровозные гудки, оповещающие, что где-то сильнейший пожар! Выбежали все: на западной стороне пламя такое ярчайшее!». Зинур Усеев, ветеран органов внутренних дел, бывший следователь МВД, подполковник в отставке. Историю чишминской катастрофы он добровольно расследует уже 12-й год подряд и считает едва ли не главным делом своей жизни. Все установленные им сведения хранятся в Книге Памяти в Чишминском историко-краеведческом музее. Бывший следователь выяснил, что более или менее уцелевшие тела отвезли и захоронили на двух кладбищах – в Чишмах и Алкино. Он добился, чтобы на этих местах установили полноценные гранитные памятники. А вот фрагменты тел и все бытовые вещи с пепелища были собраны и закопаны на месте крушения – в ямах по обе стороны от железной дороги. На одном из таких санитарных захоронений до сих пор – только бурьян. «Что могли – собрали, получилась большая куча: там и шинели, и шапки горелые, продукты питания, котелки, ложки, и ноги, и руки, и волосы женские сплетенные. Все это погрузили в 51 рогожий мешок и похоронили» - рассказал З. Усеев.
Многие из тех, кто ехал в пострадавшем поезде, были тяжело ранены и не могли самостоятельно выбраться из горящих вагонов. Очевидцы той ночью запомнили один яркий эпизод: как совсем молодой парень кричал из окна, что он родом из Чишминского района. «По пояс вывалился из вагона и кричал: «Я Байбурин из Сафарово!». А мы, говорит, не могли близко подойти, ни вытащить его оттуда не могли. Так и сгорел он у нас на глазах» - рассказала Н.Смирнова, жительница п. Чишмы.
Поисковики установили личность, и нашли родных этого солдата. Фарида Байбурина – его родная племянница. Рассказывает: дядю звали Файзыр, он ушел на фронт в 17 лет, снайпером. И с декабря 42-го числился пропавшим без вести. А выходит, погиб на мирной земле, буквально в нескольких километрах от родной деревни. «Отец его всегда вспоминал. Когда начал болеть, говорил: сейчас Файзыр приедет, заберет меня. Переживал, ждал он его». Фарида Байбурина, племянница погибшего Файзыра Байбурина.
Еще одной погибшей, чьи данные удалось выяснить, была 19-летняя сандружинница Мария Завьялова, уроженка Пермской области. И она на родине тоже значилась пропавшей без вести. Опознать ее удалось по гребешку в волосах, который запомнили свидетели. «Она сидела в тамбуре, прислонившись к стене, и в волосах у нее был гребешок обгоревший. И когда из Пермской области прислали фотографию, то люди здесь плакали, что это она, по гребешку в волосах опознали девушку». Р.Буранбаева, военный поисковик.
Уцелевших в этой катастрофе солдат на следующий день все-таки довезли до уфимского сортировочного госпиталя № 31-27. Здание располагается в парке Якутова. Позже это был ДК Железнодорожников, а сейчас – медицинский университет. Что только не видели эти стены – страдания, слезы этих воинов, молодых ребят, у которых ампутированы ноги, руки, обожжены, измучены. Санитаром в этом госпитале в годы войны работал Зия Зарипович Шафиков. Незадолго до смерти он успел записать свои воспоминания об этом происшествии. Его слова передает внук Марат: «Всех медработников подняли посреди ночи и повезли на отдаленную железнодорожную станцию. Там было очень много пострадавших, были изуродованы, таскали их в одеялах. И чтобы не пугать народ в Уфе, специально пригнали поезд сюда, на железнодорожную станцию "Бензин"». Сейчас это уфимская Черниковка. Именно сюда, по воспоминаниям санитаров сортировочного госпиталя, глубокой ночью привезли раненых после крушения поездов. Из вагонов солдат с тяжелыми ожогами переносили в машины и доставляли в больницу.
За годы поиска подполковник З.Усеев написал более 70-ти запросов в архивы по всей стране. Во многих отказывают – по инерции, несмотря на то, что гриф "секретно" уже должен быть снят. Но привычка доводить начатое до конца не дает бывшему следователю оставить это дело "нераскрытым". «Моя самая большая цель – восстановить личности погибших. Кто они такие, откуда, наверняка они числятся пропавшими без вести, связаться с родственниками, знают ли они о гибели близкого человека, где он похоронен. Ну как это так – 42 человека погубить на мирной чишминской земле?».
Отыскать имена всех погибших в крушении поездов под Чишмами считает своим долгом и Р.Буранбаева. Ее отец был командиром площадки бронепоезда, а мама – фронтовым хирургом. «Мой папа мог оказаться в числе раненых, кого вот так в эшелон посадили, потом бы он так погиб в Чишмах и его имя затерялось бы. Я не могу с этим примириться, поэтому я продолжаю поиски».
Большинство из тех, кто знаком с этой историей уверены, что сейчас нужно провести раскопки на месте санитарных захоронений – поднять из-под земли те самые 50 рогожих мешков. Хотя поисковик Владимир Волков, руководитель регионального отделения «Поисковое движение России», считает, что вероятность обнаружить личные вещи солдат не очень велика, «Им инвентарь всем выдавался. Это не их инвентарь, все было медицинское. Они были в пижамах или в нательном белье, а если тяжелораненые, то вообще голые». Это так называемый солдатский смертный медальон. Небольшая капсула, в которую в свернутом виде вставлялся листок бумаги. Выглядел он вот так. На нем указывались все данные бойца: имя, фамилия, год рождения, место, откуда он призывался, и даже имена родных. Однако именно в 42-м году, за полгода до чишминской трагедии медальоны заменили вот на такие книжки красноармейца, которые при поступлении в госпиталь у солдат забирали.
И все же шансы есть, особенно когда архивные работы зашли в тупик. Законным основанием для начала раскопок должна быть инициатива со стороны администрации Чишминского района. «Мы можем по приглашению администрации района приехать и провести поисковую разведку на местности. Должно быть обращение от главы района с указанием причин с просьбой провести раскопки» - -В.Волков, руководитель регионального отделения «Поисковое движение России».
«Если надо обращение от администрации района, конечно, мы сделаем. Любая мелочь, которая будет способствовать установлению личностей погибших в этой трагедии – мы только за» - сообщил Рим Набиуллин, заместитель главы администрации Чишминского района Республики Башкортостан.
Мы, журналисты, в свою очередь, верим, что накануне 75-летия Победы удастся, наконец, восстановить этот пробел в памяти о Великой Войне. Выкопать останки нужно хотя бы для того, чтобы перезахоронить их должным образом. Здесь, в глуши, на эту могилу обращают внимание только вандалы.
Во время съемок на месте захоронения мы (прим.: съемочная группа БСТ) обратили внимание на необычное явление: прямо вокруг памятника, таким своеобразным полукругом, вырос кустарник с ярко-синими ягодами. На фоне белого снега это зрелище поистине завораживающее. Он растет только в этом месте, и больше нигде вокруг, и насколько нам известно, здесь его никто не сажал. Такое чувство, будто сама природа словно позаботилась об этом месте.
Каждый год 9 мая жители Чишмов выходят на улицы поселка, чтобы пройти в составе бессмертного полка. Многие фотографии подписаны: «Пропал без вести». Возможно, совсем скоро эти страшные слова удастся заменить на другие: «Найден, похоронен на родине».
Автор: Юлия Нигматуллина
ссылка на сайт БСТ: https://bash.news/news/188508-mezdunarodnoe-ralli-selkovyi-put-2023-proidet-cerez-ufu