Юрий Бондарев родился в 1924 г. в Орске, участник Великой Отечественной войны. Дебютировал в печати в 1949 г. Самые знаменитые произведения - «Батальоны просят огня», «Горячий снег», «Тишина», «Берег». Один из соавторов сценария киноэпопеи «Освобождение» (1972 г. - Ленинская премия). Его книги переведены на 85 языков, издано более 25 млн. экземпляров.
«После того как людьми власть имущими были произнесены сакраментальные слова: плюрализм, демократический либерализм и т.п., настежь распахнулись ворота перед нашими СМИ. И высокое понятие о свободе превратили в непристойную вседозволенность. Слово «любовь» — одно из священных, божественных состояний, которое получило человечество и в которое вложило чистейший, душевный и физический смысл, заменили ветреным и вульгарным — «секс».
Распущенность сейчас безгранично господствует и на телевидении, и в театре, литературе. Сколько убийств, тошнотных извращений, аномалий мы видим по телевизору! Идёт растление наших детей, беззастенчивое развращение нашего когда-то очень чистого народа. Мои ровесники, вернувшиеся после войны, пройдя всё, круги ада, сквозь кровь, пот, потери и нелёгкие победы, боялись поцеловать девушку.
А ребята-то были смелые, сильные, здоровые, обстрелянные, насквозь пропитанные порохом, не раз встречавшиеся со смертью. Таких сейчас нет.
Наше поколение вымерло, остались единицы, к горькому сожалению, оно, наше поколение, вместе с народом принесло на своих плечах общечеловеческую победу и спасло мир. Но человечество не всегда бывает благодарно.
«Нашему обществу мешает болезнь, которая возникла из-за воздействия чуждого слова на наш народ. Я бы назвал эту болезнь манией богатства. Когда мне кто-нибудь говорит: «Хочу быть миллионером!» — я спрашиваю: «Как?» Ведь всякое богатство, как говорили философы, есть ограбление. Богатыми становятся благодаря тому, что беднеют другие. Деньги нужны в той мере, в которой они могут обеспечить жизнь человека. Но сегодня желание приобрести деньги переросло в страсть.
Это очень горько, потому что деньги изменяют, портят людей. Когда у малокультурного человека вдруг появляется куча денег, он не знает, что с ними делать. А если догадывается, как быстро обогатиться, то это всегда приводит к антиморальному, бесчеловечности.
Жажда иметь больше богатства, больше земли наводит на мысль, что человек хочет быть властителем над душами людей.
Когда-то Леонид Андреев написал драму со страшным названием «Царь Голод», показывая слабость человека в условиях катастрофических. Сейчас в нашей жизни, как это ни больно, господствуют «Царь доллар», «Царь евро», «Царь рубль». И это в стране, в которой когда-то было стыдно похвастаться своей зарплатой, если она оказывалась чуть выше зарплаты соседа. Но ныне подчинение доллару и евро похоже на охвативший людей психоз. С каким упоением показывают СМИ наших олигархов, выделяя миллиардные цифры их доходов! Мне, человеку несколько консервативному, становится чрезмерно неловко за страну, где не так давно экран телевизора был заполнен людьми из деревни, из рабочего класса: трактористами, комбайнёрами, свинарками, слесарями. Всё было направлено на то, чтобы поднять человека труда. А сейчас вы знаете хоть кого-нибудь из современных тружеников?
На начало 1941 года поголовье коров в СССР составляло 28 миллионов. К 1945 году осталось 22 миллиона. Значит, немцы уничтожили 6 миллионов бурёнок. По сравнению с 1991 годом, поголовье коров в коллективных хозяйствах с 16 миллионов сократилось до 4 миллионов. То есть, в четыре раза!
Раньше народ жил скромнее, но все двери в искусство были открыты настежь. Теперь на них пудовые замки. Без денег никуда не суйся! Отсюда — бездуховность, пошлость, цинизм. Появились какие-то мнимые «звёзды», раскрученные до небес телевидением и радио.
На самом деле — это пустышки. Смотрит на таких мужик и думает: «Выходит, пахать землю и сеять хлеб — последнее дело?» Крестьян обобрали до нитки. Земля в руках олигархов, которым совершенно безразлична судьба русской деревни. Горько от всего этого… ». (2008 год)
Но в нынешнее время я с тоскливым беспокойством смотрю на нашу деревню, она серьёзно больна. Можно, конечно, вложить огромные средства в деревню, построить там выгодные предприятия. Но если даже теперь всеми благами насытить деревню, то встанет другая важнейшая проблема: «А кто же будет на земле работать?» У нас 17 тысяч деревень стоят без единого жителя. В других одни старики и старухи, молодёжь уходит в города, среднее поколение, к нашей печали, уж слишком много пьёт.
Экраны телевизоров, пресса, программы, радио заполнены шоу, легковесной болтовнёй, играми, как будто этим можно отвлечь народ от насущных проблем: чем кормить детей, в какую школу их устраивать? Тем более что за последние десятилетия закрыто десять тысяч школ. И каждый год будут запираться на замки 600 сельских школ. Министр образования, наконец, додумался до гениальной идеи - сделать Россию безграмотной! Должен сказать, что я воевал рядом с ребятами, призванными в армию из деревни. И все они были грамотные, все заканчивали семилетку или десятилетку. Я почётный профессор Государственного гуманитарного университета имени Шолохова, встречаюсь с преподавателями, со студентами. Я вижу, что к реформам образования отношение резко отрицательное. Кто-то, не сдерживаясь, даже назвал министра убийцей образования. Просто надуманные реформы ничего народу не дали. Деревня обеднела, экономика буксует, культура опустилась на несколько ступеней, СМИ никак не приблизятся к насущным проблемам и бедам народа, а подчас заняты склоками, разборками...
Наше поколение, пришедшее на войну в самый судьбоносный её разгар, в 1942-м, было нравственно чистым. Я считаю его святым поколением. Того, что мы зарабатывали, хватало на простую еду и скромную одежду. Но какая скорость, какая надежда и одержимость были в тех трудовых пятилетках! Уже в Сталинграде мы почувствовали силу, мощь и количество нашего оружия, созданного на тыловых заводах. У нас был приказ: «Стрелять столько, сколько возможно выпустить снарядов». Мы стреляли до того, что стволы орудия раскалялись. И мы верили, и мы жили надеждой. От нашего поколения в живых осталось всего 3 процента. И своих фронтовых сотоварищей я буду до конца дней своих помнить, как самых близких.
В современном же поколении я замечаю какой-то спад. Но я думаю, что неизбежно снова начнётся подъём мысли и энергии, возникнут другие ценности вместо этих шуршащих в пальцах бумажек. Начнут думать о главных проблемах жизни и смерти. О том, что мы живём на этой земле немыслимо короткий срок, одну секунду в мировом времени, и тратить этот жизненный срок в одну секунду для зарабатывания долларов - глупейший нонсенс.