Глава 2 (не та, которая идёт после первой), в которой мы возвращаемся на две недели назад, чтобы лично познакомиться с Королём и узнать, откуда взялась Трава.
Короля звали Яков Восемнадцатый. Соответственно, отец его был Яков Семнадцатый, а дед - Яков Шестнадцатый. У венценосных родителей почему-то весьма ограниченная фантазия, и, не желая напрягать себя подбором оригинального имени для новорождённого королевича, они просто нумеруют своих отпрысков. «Имя Яков вполне себе королевское, - вероятно, думали родители последнего Короля, - и раз наши предки семнадцать раз выбирали его для своих детей, то почему мы должны нарушать традицию».
Внешность у Короля тоже была вполне себе королевская: высокий рост, сильный голос, волевой взгляд, солидная фигура. Фигура, надо сказать, очень солидная. Девяносто килограммов чистой солидности - это вам не шутки.
Всё было у Якова Восемнадцатого идеально для того, чтобы быть королём. Кроме одной досадной мелочи: королём он был ненастоящим. Ну, конечно, по праву и по рождению он был самым что ни на есть настоящим королём - и сам себя считал таковым. Но кто, скажите, будет серьёзно относиться к королю, у которого нет королевства? «Король в изгнании» - титул весьма сомнительного качества. Правду сказать, очень обидный титул.
Все семнадцать предыдущих Яковов жили в огромном замке в центре огромной страны, всецело принадлежавшей им, а несчастный Яков номер восемнадцать ютился на крошечном островке на задворках небольшого государства, принадлежащего его сколько-то-юродному брату. Вы скажете, что владеть островом, пусть даже и небольшим, очень неплохо. Сказать по чести, это просто здорово! Но здорово это лишь для людей обыкновенных, без примеси королевской крови. А тому, кто мог бы владеть целой страной с десятками островов, этого, конечно, недостаточно. Ну и Короля, сказать откровенно, держали у себя из жалости, и не скрывали этого, а такое положение унизительно для любого, кем бы он ни был.
Последний Яков долгие семнадцать лет жил на правах бедного родственника и очень страдал от этого. Рядом с ним была небольшая горстка верных людей, на которых он и прикрикнуть-то не мог (вот уж поистине беда для правителя!), опасаясь, что и они его покинут.
Вот и сейчас, слушая отчёт своего Первого Министра (а по совместительству писаря, конюха, лакея и кучера), Король лишь кивал, поражаясь тупости и лености своих подданных, но прямо по этому поводу не высказывался: то, что они делали плохо, сам он делать совсем не умел, и приходилось скрепя сердце терпеть.
- Уже двенадцать, ваше величие, - закончил доклад Первый Министр.
- И что?
- Сейчас должен прибыть достославный Селен.
- Ах, - вздохнуло величие, - я и забыл. Может, он не придёт, а то я уже...
- По нему соскучился, - раздался у них за спиной весёлый голос.
Оба вздрогнули и обернулись.
- Селен! Мог бы хоть раз войти в дверь! - раздражённо воскликнул Король.
- Входить в дверь - удел простых смертных, а тем, кто умеет проходить сквозь стены и перемещаться в пространстве, такое не по чину, - бодро и не злобно ответил стоящий возле камина мужчина. Он имел вид человека, вполне довольного собой и своей жизнью. Выглядел он лет на сорок с хвостиком, хотя было ему, сказать по секрету, гораздо больше, но «солидности» в фигуре рядом с Королём ему явно недоставало, хотя и худым назвать его было нельзя.
- Глен, голубчик, беги за вином, - кивнул он Первому Министру, - а я пока погреюсь. Замёрз я что-то, пока перемещался. Старею, видно.
И он стал деловито устраиваться в кресле возле камина.
Глен ушёл, а Король, вздохнув, придвинул к камину второе кресло и сел рядом с Селеном. Ворожей был в прекрасном настроении. Он подмигнул и плюнул в огонь. Пламя вытянулось неестественной полосой и жарким заборчиком окружило кресло.
- Селен! - испуганно заозирался Король. - Прекрати! Знаешь, не люблю я этого.
- Зато тепло, - потянулся ворожей.
В комнату вошёл Глен с подносом и остановился, не зная, как обойти пламя. Ни удивления, ни страха он не выказал.
- Брысь! - крикнул ворожей, и пламя послушно уползло в камин. Король облегчённо вздохнул.
Глен установил между креслами небольшой столик и расставил на нём вино и закуски. Когда он уходил, Селен дунул ему вслед, и у него вырос пушистый хвост. Глен на минуту остановился, покрутил хвостом из стороны в сторону и невозмутимо удалился.
Селен хохотал, наливая в бокал вино, Король всё больше раздражался. Выпив залпом свой бокал и смачно закусив сочной грушей, ворожей посмотрел на Короля.
- У вас, вашество, такой вид, будто вы мне не рады. Не знал бы, что такого быть не может, прямо обиделся бы!
Король кисло улыбнулся.
- А ведь я пришел сюда не ради себя, а исключительно для вашей пользы, - продолжал Селен, сгребая себе на колени огромную посудину с мясом и овощами и заползая поглубже в кресло.
Король нервно теребил край своего потрёпанного камзола:
- Было бы это правдой, вы бы давно помогли мне вместо того, чтобы семнадцать лет сидеть сложа руки.
- Уж кто бы говорил про «сложа руки», - парировал ворожей. – Или то, чем вы тут занимаетесь все эти годы, можно назвать кипучей деятельностью? Что сделали вы за эти семнадцать лет? Поделитесь со мной. Может, я чего-то не знаю?
Король не ответил. Он лишь обиженно засопел.
- Или вы хотите загребать жар исключительно моими руками? – не унимался Селен. – Так нет. Я на это не согласен. И вы знаете, зачем я пришел. Вам хочется деятельности – я вам ее предлагаю. Я пришел за ответом и не уйду, пока его не получу. Итак, вы едете со мной?
- Я…
- Постойте! Изо всех сил надеюсь, что вы собираетесь произнести не то, что я слышал в прошлый раз.
- Я могу подумать?
Селен с грохотом швырнул блюдо на пол - остатки пищи разлетелись во все стороны - и вскочил.
- Дорогой мой Король! Откуда же мне знать, можете ли вы думать или нет! Это вопрос не ко мне! Мыслительный процесс - вещь сложная и загадочная и удаётся не каждому. Но если вы думали о чём-нибудь однажды, то наверняка и второй раз получится. Хотя я уже сомневаюсь в этом. Могли бы вы думать, вы бы додумались до того, что моё предложение - это единственный выход из вашего бедственного положения. Арн добровольно ваше королевство не отдаст! А я устану ждать и найду себе другого, более покладистого короля. Например, этот ваш кузен… как его… наверняка не откажется поехать со мной, ведь его королевство не в пример меньше. Но я предлагаю вам. Вам! Потому что хочу, чтоб наследник великого Якова Семнадцатого наконец вернул себе законный трон. Но если вы не хотите – так и скажите!
Всё это ворожей почти прокричал в лицо Королю и с размаху плюхнулся обратно в кресло. Повисла нервная пауза, во время которой Король расстёгивал и застёгивал по очереди пуговицы своего камзола, а Селен превращал разбросанные по комнате кусочки пищи в тараканов и смачно давил их.
- Я обещаю дать вам ответ через неделю, - жалобно сказал Король.
Шмяк! Очередное насекомое рассталось с жизнью под каблуком.
- Обещаю, Селен! Это последняя моя отсрочка.
Шмяк!
- Вы должны подождать всего лишь неделю. Слово Короля!
Шмяк! Шмяк!
Открылась дверь.
- Ваше величие, - позвал Глен, - вам пора принимать лекарство.
Король встрепенулся.
- Я быстро. Подождите меня.
Он выскользнул за дверь. Они с Гленом пробежали по длинному коридору в самую дальнюю комнату. Глен плотно притворил дверь.
- Что такое? - нетерпеливо спросил Король.
У них с верным слугой была кодовая фраза, которая обозначала, что Глен должен сообщить что-то важное. Просто вызвать Короля «на два слова» он не мог, так как они боялись, что Селен будет подслушивать - если он захочет, ему не помешают никакие стены. А процесс принятия лекарства никоим образом не должен был заинтересовать ворожея. По крайней мере, так они надеялись.
- Я тут подумал, - зашептал Глен (шептать было бесполезно, но Глен всё равно в таких случаях невольно понижал голос), - Я подумал, что можно сейчас проверить ту траву, которую вам принесли позавчера.
- Проверить? Что проверить? - Король, кажется, был в таком состоянии, что не понимал, о чём речь. - Глен, он меня с ума сводит!
- Ваше величие, я о траве, которую вам принесла позавчера кухарка.
- А, трава! Которая якобы на время лишает ворожеев их силы? Ты веришь кухарке? По-моему, она совершенная дура.
- Кухарка, несомненно, дура. Но нас интересует трава, а не кухарка. Нам представилась возможность её проверить. Вы понимаете?
- Да. Нет. О чём ты? Зачем проверять кухарку?
- Траву, ваше величие, а не кухарку. Вы же понимаете, что если она (в смысле, трава) действительно имеет силу, то это даст вам шанс вернуть трон, - и быстро, пока Король не задал очередной глупый вопрос, Глен прибавил: «Лишить силы Арна!»
По лицу Короля не было заметно, что он понял, о чем речь, и всё же он спросил:
- И как ты предлагаешь её проверить?
- Селен!
- Ты предлагаешь подсунуть ему траву? И чтобы он… Что там с ней надо сделать? Съесть?
- Понюхать. Всего лишь понюхать.
- И сразу увидим, действует она или нет. Это мысль! Но как я… Зайду с пучком травы: вот, мол, нюхайте?
Но с точки зрения Первого Министра это совсем не было проблемой.
Начало можно прочитать здесь.