Пьеса вошла в шорт-лист 19 Международного конкурса драматургов "Евразия - 2021" и лонг-лист конкурса драматургии "Ремарка"- 2020.
Сценарий на основе пьесы - финалист Всероссийского питчинга дебютантов в Санкт-Петербурге 2020.
Пьеса опубликована в сборнике "Новый писатели" по итогам XIX Форума молодых писателей России, СНГ и зарубежья
Автор Людмила Ковалёва (очень хочет, чтобы эту пьесу поставили. Пишите: imhotep_ludmila@mail.ru)
Действующий лица:
Лёха
Баба Зина
Настя
Гена
Картина первая
Утреннее солнце через мутное окно освещает кухню питерской коммуналки. Три плиты, три холодильника (на стареньком «Орске» с амбарным замком на двери стоит не более молодой телевизор), шкафчики, раковина, три крохотных кухонных стола. Над одним из столов висит православный календарь и большая фотография молодого улыбающегося человека в спортивной форме. На подоконнике цветы, на батарее сушатся вывернутые на изнанку пакеты.
Из кухни можно попасть в широкий слабо освещённый «лампочками Ильича» коридор, в котором теснятся «убитые» диван с креслом, шкаф и тумба, мешая проходу в ванную комнату.
Слева, возле кухни - дверь в комнаты Бабы Зины - старая, обитая клеёнкой. В центре новая железная дверь скрытой от нас комнаты Лёхи. Справа –крохотная комната Насти с хлипкой деревянной дверью и более чем скромной обстановкой: лакированная «стенка», старый диван с заправленной постелью, в углу стоит резная детская кроватка.
Баба Зина тоже не шикует, хоть и имеет две комнаты. В той, что нам видна – софа с пирамидой из подушек, сервант, платяной шкаф, в углу висит боксёрская груша, над софой – боксёрские перчатки, по стенам – постеры с Мухаммедом Али и Роем Джонсом. Слева – дверь в спальню.
Баба Зина выходит из спальни, сдвигает тюль, приоткрывает створку окна, затем выходит в коридор, оценивающе осматривает стоящую здесь мебель, щупает материал, проверяет удобно ли кресло. Снимает пояс с халата и замеряет длину тумбы, заходит к себе и поясом проверяет поместится ли тумба в углу. Затем идёт на кухню и включает телевизор. Изображение рябит, голоса приглушённо бубнят. Идёт какое-то политическое шоу. Баба Зина открывает свой «Орск» ключом из кармана халата, достаёт открытый пакет молока, выливает в чашку. Отрезает у пакета верх, моет его в раковине, выворачивает и вешает на батарею к собратьям. Вытирает руки полотенцем, затем им же бережно протирает портрет. Всеми делами она занимается, то и дело комментируя телепередачу.
Баба Зина. Ага. Ага. Да чё ты брешешь? Ты жил то сам? При Союзе? Ага. Считает он. Сопля. С наше бы пожил, потом считал бы. Распродали всё. А теперь брешет тут. Брехло! Пахать на тебе надо. Эсьперт! Ага. Ага. Поговори мне тут! Эсьперт.
Баба Зина раздражённо машет рукой, затем выпивает молоко, моет кружку, вытирает руки, садится на табурет, убавляет звук на телевизоре, достаёт из кармана старый кнопочный телефон, щурится, набирает первый номер в списке вызовов. Звучат гудки. Равнодушный голос сообщает, что абонент недоступен, но «Вы можете оставить сообщение после звукового сигнала». Звучит сигнал.
Баба Зина. Привет, сынок. Ну как ты? Я хорошо. А Дуська сдохла. Искала заразу, три дня дома не было. Потом гляжу - в одуванчиках лежит. Я её там и закопала. Жалко дуру. Да. Пенсию принесли. Говорит: «Когда уже вы карточку получите? Ходить к вам неудобно». На кой чёрт мне эта карточка? Раньше всё по карточкам и нате опять. Пусть ходит. Ты как там? Кушаешь в своей Швеции? Ты кушай. Нравится тебе? Ты хоть звони иногда. Я понимаю, тренировки. Да. Но звони. Я же скучаю, сынок. Да. Ну ладно, сынок. Столько дел ещё, не знаю, как успеть всё. Ага. Ну давай. Давай, сына.
Баба Зина выключает телефон, убирает в карман. Встаёт, подходит к окну, открывает, вдыхает свежий воздух. Осматривает цветы, берёт полотенце, слюнявит его и протирает листы одного из цветов, неуклюже задевая соседний. Цветок летит вниз. Слышен глухой удар. Внизу раздаётся ругань.
Твою мать!
Баба Зина испуганно захлопывает окно и прижимается к стенке.
Баба Зина. Господи.
Хлопает дверь, к двери коммуналки подбегает Лёха со спортивной сумкой в руках. На щеке у него видна кровь. Лёха лихорадочно роется в кармане, ища ключ. В это время, Баба Зина, испуганно согнувшись и забрав с собой пару горшков с цветами, перебирается из кухни к себе в комнату, закрывается на все замки. Лёха достаёт ключ, открывает входную дверь, забегает на кухню, осматривается. Затем идёт к железной двери. Зло в неё колотит.
Лёха. Ты охренела что ли? Ира! Убить меня хотела? Открывай! Ира! Что молчишь? Зачем цветком кинула? Знаю, это ты! Ира!
Лёха пытается открыть дверь своим ключом, но он не подходит.
Твою мать!
Лёха переводит дыхание, затем стучит в дверь Бабы Зины.
Баб Зин! Откройте! Я знаю, вы здесь.
Баба Зина испуганно крестится, приоткрывает дверь.
Баба Зина. Ой, Лёшенька. Привет. А что шумишь?
Лёха. Она там?
Баба Зина. Ира? Там-там. Да. После смены спит, наверное.
Лёха. (показывает на голову) Убить хотела! Хорошо, горшок пластиковый. (стучит в железную дверь) Ира! (Бабе Зине) По-человечески пришёл.
Баба Зина. Да у тебя кровь! Йодом помажу!
Баба Зина бежит на кухню, роется в шкафчике, берёт ватку и йод. В это время Лёха стучит в железную дверь.
Лёха.Открой! Не хочешь видеть – хрен с тобой. Так-то зачем? А если бы убила? Этого хочешь? Чтобы сдох уже и не мешался?
Баба Зина возвращается в коридор.
Баба Зина. Садись. Давай помажу.
Лёха садится на подлокотник кресла. Баба Зина смазывает его рану йодом. Лёха морщится.
Лёха. В больнице говорят, уволилась вчера. Я сюда. Курю, не трогаю никого. И здрасте.
Баба Зина. Мож смахнула ненароком.
Лёха. Ну да! Эта и зарезать может.
Баба Зина. Скажешь, ещё.
Лёха.По-человечески же, Баб Зин! Неделю уже ей звоню, не берёт. В Питер вернулся, так её уже и на работе нет. Теперь и замок сменила. А мне ехать.
Баба Зина. Куда ж собрался?
Лёха.В Камчатск. Где ещё полночь всегда.
Баба Зина. Попрощаться пришёл?
Лёха. Ага. Паспорт у неё!
Баба Зина. Ой, бо…Только вспомнил?
Лёха. Не до того было.
Баба Зина. Да уж видно, до чего. Второй месяц мыкаешься. На человека не похож. Правильно мать моя говорила. Без бабьего глаза мужик не мужик.
Лёха. (встаёт)Всё. Спасибо.
Баба Зина. Подержи ещё ваточку.
Лёха.Пойдёт. Она ничего не говорила? Чего уволилась-то? В больнице молчат все. (Только сейчас замечает мебель на площадке). Это ещё что?
Баба Зина. Мебель ваша.
Лёха. Вижу, что не Папа Римский. Что она тут делает?
Баба Зина. Что делает? Так это. Ремонт вроде затеяли.
Лёха. Ира? Зачем? Или хозяева, наконец-то, проснулись?
Баба Зина. Мне почём знать? Ну давай. Удачи в Камчатске.
Баба Зина идёт к себе.
Лёха. Если вся мебель тут, чего она в пустой хате делает?
Баба Зина. Раскладушку я ей дала. Ну давай-давай.
Баба Зина возвращается в комнату. Закрывает дверь, но не уходит, прислушивается. Лёха некоторое время стоит перед её закрытой дверью, снова оглядывает мебель, подходит к железной двери.
Лёха. (стучит в дверь) Ира! Ты там?
Достаёт из кармана телефон, набирает. Из-за двери раздаётся мелодия.
Хватит дуру гонять! Я же слышу! Не хочешь видеть, так я же уеду! Паспорт отдай только!
Звонит телефон. Лёха отвечает.
Да, Коль. Не отдала. Она меня чуть не прибила, представляешь? Цветок скинула. Теперь заперлась и молчит. Знаю. Да. Давай тогда езжай на Московский, я туда приеду. Придумаю что-нибудь. Точно! Не брал я его. Да. Добро. Встретимся. Добро.
Убирает телефон. Звонит в дверь.
Ира ,хрен с цветком, с мебелью! У меня поезд через три часа! Колёк на вокзал поехал уже. Билеты купили, но без паспорта не пустят! Там самолёт же ещё. Он в шкатулке. Я писал тебе в смске. Ты видела? (стучит) С руками меня отрывают! Понимают люди в специалистах. Не то что здесь. Год в унитаз. Кому что доказали? Зачем припёрлись? (осматривается) Такой дом на клоповник променяли! Зато в культурной столице. В культуре по уши. (стучит) Отдай паспорт, он точно дома, я не брал его. Ну что мне, дверь ломать? (пинает дверь)
Баба Зина. (Выглядывает из комнаты).Да что же ты делаешь? Разнеси ещё всё тут.
Лёха.Так пусть откроет!
Баба Зина. Потерял ты паспорт свой по пьяни, вот и всё.
Лёха.Не брал я его! (поднимает сумку) Две футболки, один свитер – всё, что дорогая жена удосужилась в морду кинуть. 30 лет и снова с голой жопой. (стучит) Ты хоть вещи-то мои отдай! Мне так и ехать с пустой сумкой?
Баба Зина. Где ж ты валандался всё это время?
Лёха. В пригороде. У одноклассника с женой.
Баба Зина. Святая женщина. Гостей таких терпеть.
Лёха.Не просто же так. Работал с ним на стройке помаленьку.
Баба Зина. И пили помаленьку.
Лёха. За отъезд вчера бахнули и всё. Бросил.
Баба Зина. Ага. Такие приличные люди были. Я ещё радовалась, что наконец-то, с соседями повезло. А потом поехало.
Лёха. Я не виноват, что работы нет.
Баба Зина. Едете, едете, думаете, мёдом вам намазано.
Лёха.Да знал, чем тут намазано. Но она же: «Питер! Питер!». Знаешь, баб Зин, каким я мастером в Кувандыке был?
Баба Зина. Где?
Лёха.Кувандык. Город такой в Оренбуржье. Я же рассказывал. Да ко мне очередь на месяц вперёд выстраивалась. Мэр экскурсии на дачу возил, чтоб мою лестницу показать.
Баба Зина. Вот брехло.
Лёха.Не верите? Ко мне даже от губера приезжали. Таких столяров на всю Россию раз-два и обчёлся.
Баба Зина. Что ж ты, столяр, здесь чуть не помер? Если мой Толя профессионал, так его хоть здесь, хоть во Франции с руками отрывают. Я говорила, он у меня теперь там выступает? В сборную французскую взяли!
Лёха. Угу.
Баба Зина. Вот это мужчина. А ты только и ноешь. Правильно по телевизору говорят: выродился совсем мужик. Всё ГМО ваши и волны эти телефонные. Как проблема, сразу головой в песок. А баба пусть тянет. Приехали, так крутись!
Лёха. А я не крутился? Кем я только не батрачил! Кто я тут без инструмента? Продал же всё, чтобы на переезд хватило. В фирме обещали выдать и шиш с маслом. Без инструмента – вали на четыре стороны. Если бы я работал, была бы у меня такая рухлядь? (показывает на мебель) У меня дома всё дубовое, резное, на века. А это как людям вообще можно жить давать?
Баба Зина. Да! Мне же хозяева ваши мебель-то эту отдали! Раз ты всё равно здесь, подсоби? Диван дрянь, конечно, ещё подумаю, куда его. Вот тумба ко мне в самый раз.
Лёха. Здрасте. Ира потом с чем жить будет?
Баба Зина. За неё-то не беспокойся. В обиде не останется. Ну? В уголочке хорошо встает.
Лёха. Ещё чего?
Баба Зина. Тебе жалко? Всё равно же ушкандыбываешь. Так хоть у меня, при деле.
Лёха. (стучит в дверь) Ир, нас Баб Зина раскулачивает, ты в курсе? Ира? Да пофиг.
Резко хватает тумбу, несёт в комнату Бабы Зины.
Баба Зина. Осторожней, осторожней! С чужой вещью-то!
Лёха.Ну ты и шустрая.
Баба Зина. Прямо, прямо! Левей! Ой, бо! Грязи сколько от тебя! Разувайся!
Лёха. Вы издеваетесь?
Баба Зина. А! Тащи так. Подметёшь потом.
Лёха. (Несёт тумбу в угол, куда показывает Баба Зина).Два раза.
Баба Зина. Вот сюда, сюда. В уголок. Вот! К стеночке двинь. Ага. Вот. Толик приедет, кубки свои поставит.
Лёха осматривает комнату, затем подходит к окну. Открывает одну створку.
Ты что делаешь?
Лёха. Подышать хочу.
Слышен звук подъезжающей машины.
Баба Зина. В Камчатске своём надышишься. Кресло ещё давай. На кухне хорошо встанет. Телевизор смотреть по-человечески буду. А то всё на табуреточке ютюсь.
Лёха. (выглядывает в окно) Давно бы себе унесли. Нравится просто, чтоб орал на всю кухню.
Баба Зина. Толик приедет, опять туда-сюда таскать? Мешает же спать перед тренировками. Ты б не болтал лучше, а кресло б нёс.
Лёха.Мне ехать вообще-то.
Хлопает входная дверь в подъезде. Лёха прислушивается, затем выбегает в коридор. Баба Зина семенит за ним.
Лёха.Ира!
В двери в коммуналку подходит Гена. Собирается открыть её ключом, но она уже приоткрыта. Гена заходит в коридор.
Баба Зина. Батюшки.
Гена. Здрасте.
Баба Зина. И вам не хворать.
Гена делает шаг к чёрной двери.
А вы к Насте, наверное? Так её дома нет. Я передам, что заходили. (с нажимом) Я передам. Идите.
Гена. Вы чего, теть Зин?
Гена проходит к чёрной двери, открывает её ключом, заходит.
Лёха. Не понял. Это кто?
Баба Зина. (не сразу находит, что ответить) Дак ремонтник. Наняли его.
Лёха стучит в железную дверь. Выглядывает Гена.
Она здесь? Хозяйка. (пытается заглянуть в комнату через Гену) Ира! Отдай уже, я поеду!
Гена. Мужик, тебе чего надо?
Лёха.Дай пройду. Я живу тут.
Гена. (Бабе Зине) Вы его знаете?
Баба Зина. (переводит взгляд с одного на другого) Господи, у меня же утюг включён! (Уходит к себе, захлопывает дверь, но затем приоткрывает её и следит за происходящим через щёлку)
Лёха. Чего не понятного? Моя комната. Жена не открывает, а у меня паспорт там. Тебе то что?
Гена. Жена? Бывшая?
Лёха.Нынешняя. Мужик, не беси меня. (кричит через плечо Гены) Ира, что за балаган? Выходи уже, не смешно!
Гена. Подожди. (Заходит в комнату)
Лёха. Стой! Ира!
Из комнаты слышна та же мелодия телефона. Лёха прислушивается.
Вещи и паспорт заберу и всё!
Через время выходит Гена с двумя хозяйственными сумками в руках, закрывает дверь.
Это ещё что? Ира! Ты что ему отдала?
Гена. Нет там никого.
Лёха. Телефон же играл.
Гена. Забыла.
Лёха. Ты что тащишь? Это наше?
Гена. (после паузы) В шкафу вещи твои. Забери, а то хозяева ремонт затеяли, выбросят всё. И мебель эту тоже просили выкинуть или увезти. Нам с Ирой она не нужна. Забирай.
Лёха. Не понял.
Гена. Если в коробках паспорт не найдёшь, в участок зайди, надо заявление о потере написать. Дальше скажут, что делать. (идёт на выход, оборачивается) Она сказала, вы развелись. Так что без обид, лады?
Гена выходит из коммуналки, через время хлопает дверь. Лёха растеряно стоит в коридоре. Набирает телефонный номер. Мелодии больше не слышно. Лёха выбегает из квартиры. Доносится звук отъезжающей машины.
Ах ты урод! Стой! Стой!
Хлопает входная дверь. Баба Зина крестится, подбегает к окну, выглядывает. Звук двери. Лёха возвращается обратно. Стучит в дверь Бабы Зины. Она не двигается с места.
Лёха.Это кто был? А ну открывайте! Вы же всё знаете. Стерва. Дураком меня выставила. Открывай!
Баба Зина мечется по комнате, затем загораживает входную дверь табуретами. Лёха зло пинает её дверь.
Ясно. Сговорились тут все, да? Спелись? Змеиный клубок. Отлично!
Лёха подходит к шкафу, открывает. Тот весь заставлен коробками.
Три года жизни на помойку. Ладно. Проехали!
Лёха вытаскивает одну за одной коробки, роется в них- там только одежда и обувь. Баба Зина следит за ним из-за двери.
Значит к мужику новому уехала, а мне так – коробочки на память. Окей! Ладно трусы мои не отдала. И то спасибо.
Лёха вытряхивает вещи на пол.
Всё что нажито непосильным трудом вот, в коробочках! Забирай, Лёша! Вали куда хочешь! Всем по фигу!
Из одной коробок выпадают несколько свёртков, завёрнутых в газету и перевязанных бечёвкой. Увидев их, Баба Зина нервно разбирает свою баррикаду и выбегает в коридор.
Баба Зина. Это что? Мои посылки?
Лёха.А? Какие ещё посылки? Змея ты, Баб Зина!
Баба Зина. Вот же, вот! В газетах! Что ж ты, ирод, не отправил их?
Лёха.Блин. Нет. Там вещи мои. (прячет свёртки себе в сумку)
Баба Зина. Покажи.
Лёха. Что смотреть? Носки там.
Баба Зина. Вот же, газетки, я перевязывала. Бечёвка моя.
Лёха.Всё я отправил.
Баба Зина. Врёшь! Вор!
Лёха.Успокойтесь. Приносил вам квитанции? Всё отправил!
Баба Зина. Врёшь!
Лёха.Тихо! Посмотрите на меня. Я обещал – я отправил. Хорошо?
Баба Зина неуверенно кивает.
Вы лучше скажите, что это за фигня здесь была?
Баба Зина. Какая?
Лёха.Мужик этот. Любовник её, да?
Баба Зина. Не знаю.
Лёха. Она переехала? К этому козлу?
Баба Зина. Не знаю.
Лёха.Где Ира?
Баба Зина. Где?
Лёха. Перестаньте.
Баба Зина. Не знаю ничего.
Баба Зина хочет вернуться домой, но Лёха преграждает ей дорогу.
Лёха. Чтоб вы, да не знали?
Баба Зина. Нельзя мне. Она просила.
Баба Зина делает шаг к двери, Лёха хватает её за руку.
Баба Зина. Давай, обидь бабушку.
Лёха. Не хотите по-хорошему? Ладно. Ваш же цветок! Иры нет, значит вы.
Баба Зина. Что?
Лёха. Покушение на убийство.
Баба Зина. Что?
Лёха.Вы убить меня хотели. Чтобы мебель себе оставить.
Баба Зина. Чушь! Это не я.
Лёха.Я докажу.
Баба Зина. Да кто тебе поверит, пьянь?
Лёха. А кто? Дед Паша раз в сто лет из комнаты вышел, чтобы меня грохнуть? Я заявление напишу.
Баба Зина. Я случайно. И вообще, ты мне горшок разбил!
Лёха. Вас посадят.
Баба Зина. Меня в тюрьму?
Лёха.Сейчас и пойду к ментам.
Баба Зина. Она просила не говорить. Ты же извёл её уже!
Лёха.А я прошу сказать. Ну?
Баба Зина. К нему она переехала, к Генке, и что?
Лёха. С больницы?
Баба Зина. Участковый он наш. На пенсии.
Лёха.Хрен старый.
Баба Зина. Так чего? Ещё вполне себе. И с квартирой своей.
Лёха. Молодец. Не пропадёт.
Баба Зина. А тебя что ли ждать, на белом коне? Как ушёл, так ни слуху, ни духу.
Лёха. А то я сам ушёл? Вот значит, место освобождала. До Питера довёз и нормально. Можно дальше шагать.
Баба Зина. А я сразу говорила, что вертихвостка. Заступался ещё!
Лёха. Сука.
Лёха пинает чёрную дверь.
Я же ради неё всё бросил! Вот так, значит, вот так?
Звонит телефон. Лёха берёт трубку.
Что? Ничего. Не ору. Нет её здесь. Съехала. Не знаю. Давай я восстановлю, а потом приеду. За билеты с зарплаты отдам. Недели две, наверное. Мож подождут? (слушает) Хорошо, Коль. Не кипятись. Понял я. Давай. Я понял я тебя. Понял.
Лёха устало садится на ручку кресла. Трёт виски.
Баба Зина. Да и правильно. Пока молодые за жизнь цепляться надо. Мы тоже на временное заселялись, а дед тут и помер. И я за ним скоро.
Лёха.Чёрт. (оглядывается на вещи) Пустите к себе.
Баба Зина. А?
Лёха.Я по карнизу.
Баба Зина. Зачем?
Лёха.Паспорт поищу.
Баба Зина. Сказали же тебе, вещи в коробках.
Лёха. Нет тут ничего.
Баба Зина. Господи, ты где живёшь? Сунь проводнику пятьсотку и делов.
Лёха. И в самолёте тоже?
Баба Зина. Так восстанови. Чего там Генка говорил?
Лёха. В Камчатске ждать не будут. Итак, впритык едем. Пустите, а?
Баба Зина. Без меня. Собирай барахло своё и ехай уже. У меня и так дел полно. Болтаю с тобой всё утро. Бельё закисло уже, наверное!
Лёха. Баб Зин.
Баба Зина. И не проси! Вот вещи, вот дверь!
Баба Зина идёт в сторону ванной, но возвращается, демонстративно закрывает свою комнату на ключ, уходит в ванную. .Лёха размышляет некоторое время, затем подходит к Настиной двери. Прислушивается, затем стучит в дверь, та приоткрывается.
Лёха. Опа.
Лёха задумывается, затем, заглядывает внутрь.
Тук-тук! Есть кто? Дед Паша? Ау!
Лёха нетерпеливо оглядывается, затем решается и заходит в комнату, сделав несколько шагов, возвращается и прикрывает дверь. Сделать это получается не сразу: дверь то и дело вновь открывается. Лёха нажимает плечом, закрывает.
Заходи, бери чё хошь.
Лёха осматривается, с удивлением рассматривает детскую кроватку, затем увидев окно быстро идёт к нему, что-то прикидывает.
В это время в квартиру, прихрамывая, заходит Настя с пакетом продуктов из супермаркета. Смотрит на беспорядок, стучит в дверь Бабы Зины. Та выходит из прачечной с тазиком стиранных вещей в руках.
Баба Зина. Что тебе ещё надо? А, Настюша!
Настя. Здрасте. А что это за бардак?
Баба Зина. Не забрал? Приходил тут сосед бывший. Сериал целый, и не говори. Два месяца его не было, жена уже нового мужика нашла приличного, а тут явился.
Настя.Этой что ли? (кивает в сторону железной двери)
Баба Зина. Ну да. Вертихвостка. И чего мужики за ней волочатся? Вот ты хорошая девочка, а никого. А тут ёпрст просто, а штабелями.
Настя.Я просрочку принесла.
Баба Зина. Говорю же – золотце.
Баба Зина и Настя проходят на кухню. Баба Зина ставит тазик на табуретку.
Подожди, очки возьму!
Баба Зина идёт к себе открывает дверь, заходит в спальню, возвращается на кухню с очками. Лёха в настиной комнате пробует открыть окно, но подоконник весь заставлен цветами. Лёха убирает цветы, борется со старой деревянной рамой.
Настя выставляет на кухонный стол из пакета молоко, масло, йогурты. Баба Зина тщательно всё проверяет.
Не сильно просрочено? Не отравлюсь?
Настя.Максимум день. Да и потом есть можно. В магазине иногда и с полок не убирают, пока не заметит кто.
Баба Зина. Мне неси. А такое масло ты мне больше не бери. Это ж маргарин сплошной. «Бурёнкину радость» лучше. Вот эту. (Показывает масло из холодильника.)
Настя. Хорошее обычно менеджер себе забирает. Прошлый раз повезло.
Баба Зина. Ты уж постарайся. Это же мыло, а не масло.
Настя. Мастер приходил?
Баба Зина. Нет.
Настя. Обещал же сегодня! И вчера обещал. Я этого не понимаю. Будто деньги людям не нужны.
Баба Зина. Да кому мы сдались тут?
Настя.Не люди что ли? И вообще, это не комната, а кошмар какой-то. За неделю сломалось всё, что можно. Утром дверца шкафа свалилась. Чуть не прибила.
Баба Зина. А ты как хотела. Паше лет сто было, чего бы он там чинил? Дочке теперь тем более не надо.
Настя. Как всегда. Ладно. Пойду, со смены голова раскалывается.
Настя уходит. Баба Зина расставляет продукты в холодильнике. Настя подходит к своей двери, открывает, заходит и закрывается на шпингалет. В это время Лёха уже открыл окно и взобрался на подоконник. Там его и застаёт Настя, испуганно кричит.
Лёха.Тихо! Я свой!
Настя. Какой свой? Вы кто?
Лёха.Сосед! Сосед!
Настя. Баб Зина!
Лёха. Ты внучка дед Пашина?
Настя. (лихорадочно открывает дверь, кричит в коридор) Баб Зина! Вор!
Лёха. Да не ори! Сосед я! Сосед!
Услышав крик, прибегает Баба Зина.
Баба Зина. Батюшки, ты ещё тут, малахольный?
Настя. Это кто?
Лёха. Скажите ей!
Настя. Я полицию вызову!
Баба Зина. А ну слезай! Что удумал! Девку напугал.
Лёха.Так вы же не пустили!
Баба Зина. Значит по чужим комнатам рыскать надо? Бессовестный! А ну отсюда! Давай!
Лёха спускается с подоконника.
Лёха.Так паспорт.
Баба Зина. Все вещи уже уволокли, что ты там искать собрался?
Лёха.А вдруг там?
Баба Зина. Всё, ушёл! И правда милицию позовём! Давай!
Лёха выходит из комнаты. Ещё раз подходит к коробкам, задумчиво пинает их.
Собирай-собирай! Прислуги нет!
Настя.Что ему надо?
Баба Зина. Иркин это. На вахту собрался, а паспорт пропил. Думает тут он остался.
Настя.У меня?
Баба Зина. У себя – за стеной. Я его по карнизу не пустила, решил через твою комнату пролезть. Бестолочь.
Настя.Через дверь, как нормальные люди, нельзя зайти?
Баба Зина. Я ж говорю – жена выгнала, а потом и замок сменила.
Настя.А если он и вправду там?
Баба Зина. Кто?
Настя.Паспорт. Мож пустить его?
Лёха.Девушка, пожалуйста.
Слышен звук машины.
Баба Зина. Ой, бо… Как ты с такой наивностью в городе жить собираешься? (Лёхе) А ты на жалость не дави. Собирай-собирай барахлишко! (Насте) Смотри, рама на соплях болтается, свалится же!
Настя.Ещё не хватало!
Баба Зина и Настя проходят в комнату, Настя пытается закрыть окно, воюя с развевающейся на ветру занавеской. Лёха прислушивается, оглядывается, заходит в комнату Бабы Зины, подбегает к приоткрытому окну, распахивает его настежь. Залезает на подоконник. Баба Зина, услышав шум, выглядывает в Настино окно.
Баба Зина. Это ещё что такое?
Лёха, держась за проём, перелезает на карниз.
А ну стой! Что же ты делаешь, ирод?
Через время слышно дребезжание открывающегося окна. Баба Зина бежит к себе в комнату, выглядывает в окно, затем прислушивается к звукам из-за стены. К ней приходит Настя.
Баба Зина. Нет, ты смотри, что за негодяй! Все подоконники истоптал уже! Форточник проклятый!
В это в квартиру заходит Гена, останавливается, говоря по телефону.
Гена. Спасибо, Пётр Иваныч. Завтра будет на собеседовании. Да, да. Хватит в государственной за гроши. Пора и расти, да? Андреевна. Можно просто Ира. Молодая ещё. Так и мы с тобой ещё не старые вроде, а? Ты вот на мерседесах красных аки мажор молодой разъезжаешь. Да? Ха! Шучу-щучу! Добро. Завтра приедем. (Убирает телефон, оглядывает разбросанные вещи) Свинья.
Баба Зина. (прислушивается)Господи, он же его убьёт!
Настя.Кто?
Гена направляется к железной двери, достаёт ключи, видя это, Баба Зина выбегает из комнаты и преграждает ему путь.
Баба Зина. (Запыхавшись). Ой! Геннадий. Здрасте.
Гена. Виделись уже, тёть Зин.
Баба Зина. Вы всё вещи носите? Хорошо, что недалеко, да? Ещё и на машине. Хорошо, когда машина есть.
Гена. Сейчас ребята придут, помогут диван вынести. Я так понял, остальное вы себе оставляете? Передадите ключ хозяевам?
Баба Зина. Конечно-конечно! Как Ирочка? Нравится ей? Конечно нравится. Квартира отдельная.
Гена. Тоже не хоромы, конечно.
Баба Зина. Свой угол. Молодец вы, прям не нарадуюсь. Вы мне гораздо больше нравитесь. Такой мужчина!
Гена. Спасибо. (идёт к двери)
Баба Зина. А вы с Настей знакомы? На той неделе к нам переехала. Дед Паша же умер. Помните, дед Пашу? Вы к нему приходили как-то по пьяни. То есть по его пьяни. Помните? Дочь теперь комнату сдаёт. Настя и переехала. Настя!
Настя.(выходит из комнаты Бабы Зины) Здравствуйте.
Гена. Здрасте.
Баба Зина. Такая девочка хорошая, золотая. Сама без копейки, а мне продукты с магазина носит. И дочулька у неё прелесть. Правда, у бабки живёт в пригороде. Мужа-то нет. Знаете, мужчины эти современные. Обрюхатил и бывай. Ещё и ногу на прощание сломал.
Настя.Баб Зин.
Баба Зина. Она же и в кафе работает, и в магазине. Крутится-крутится. Умничка, да? А в магазине сейчас такая хорошая акция. Берёте рис на развес, а гречка в полцены. Представляете? Там прям очередь. Расскажи, Насть.
Гена.Спасибо, я оптом закупаюсь. Пойду, ладно? Некогда совсем.
Гена вставляет ключ в замок. Баба Зина оглядывается на Настю, ища поддержки, затем хватается за сердце.
Баба Зина. Ой, батюшки! (держится за Гену, тот подхватывает её, сажает в кресло)
Настя.Баб Зина! Вам плохо? Что? Сердце?
Гена.Скорую надо вызвать.
Баба Зина. Не надо скорую. Посидите вот так рядышком.
Гена.Может быть, таблетки какие-нибудь?
Баба Зина. Таблетки? Настя, посмотри у меня в комнате.
Настя.Какие?
Баба Зина. Увидишь. На подоконнике. Скажи, есть, нет? (громко) Пора бы быть.
Настя.Поняла.
Настя заходит в комнату Бабы Зины, осматривается, выглядывает в окно,
Мужчина! Вылезайте оттуда!
Прислушивается к стене, стучит.
Гена.Точно врача не надо?
Баба Зина. Отпустит, посиди тут. Старая история. Никто же о стариках не думает. Каждый день последний может быть. Помру и что? Никто не позаботится. Пока сын из Чехии приедет. Так и закопают, как Пашу на первом попавшемся кладбище.
Гена.Ладно вам. Ещё всех нас переживёте. Держитесь.
Настя выходит в коридор.
Настя.Нет. Таблеток.
Гена.В аптеку сбегать?
Баба Зина. Ой, сбегай, Геночка, сбегай.
Гена.Как называются?
Слышен стук из-за железной двери.
Лёха.Меня спроси, я знаю.
Настя.Ой.
Гена поднимается, смотрит на Бабу Зину, та от испуга перестаёт вздыхать и охать. Гена открывает дверь. Из комнаты выходит Лёха.
Лёха. Привет, пенсионер. Участковый Гена.
Гена. Здорово.
Лёха.Сразу не мог сказать?
Гена. Что?
Лёха. Ну хотя бы, что жену мою увёл. Так, к слову.
Гена.Давай без концертов.
Лёха.Давай.
Лёха замахивается для удара, но Гена перехватывает его руку и заламывает за спину. Баба Зина вскакивает с кресла.
Баба Зина. Что ж ты делаешь?
Лёха.Она же тебе в дочери годится, извращенец! Думаешь, хата есть, всё, король? Да я с такими деньжищами приеду, ты и не видел таких! Она же меня любит. Понял, меня?
Баба Зина. Отпусти! Руку сломаешь!
Гена отпускает Лёху. Тот нервно потирает плечо.
Устроили бои петушиные!
Гена проходит в комнату Лёхи, берёт телевизор и идёт на выход.
Лёха.Да, давай. И вещи мои бери! На! Мож трусы ещё прихватишь?
Гена ставит телевизор на пол.
Гена.Ты же взрослый мужик. И это. С мебелью разберись тогда, раз вернулся.
Гена выходит из квартиры.
Лёха. Что ж тогда сматываешься? Иди сюда! Ну!
Баба Зина. (хватается за Лёху). Лёша, не надо!
Лёха.Да отпустите вы меня!
Баба Зина. Сынок, брось!
Лёха.Какой я вам сынок?
Лёха отталкивает Бабу Зину, бежит вниз. Хлопает дверь. Слышен звук отъезжающей машины.
Баба Зина. Боже.
Настя.Успокойтесь, баб Зин, вы чего? Пусть разбираются!
Баба Зина устало падает в кресло.
Может, водички?
Настя бежит на кухню, наливает воды, приносит Бабе Зине. Она пьёт. Возвращается Лёха.
Лёха.Довольны? Защитили своего ненаглядного?
Настя.Да она за вас переживала.
Лёха.За меня? Она за меня? Да она меня весь год со свету сживала! Всё я не так делал. Не в ту сторону дышал. А сколько с сыном помогал? Вытаскивал, откачивал? Вот она благодарность человеческая! Ничего! Я отсюда свалю. Вы меня не остановите. (подбегает к Бабе Зине) Где они живут?
Баба Зина мотает головой.
Где? Говори, карга!
Настя.Не орите на неё!
Лёха.Ты молчи вообще. (Бабе Зине) Где они живут? Я слышал – рядом. Где?
Настя.(пытается увести Лёху от Бабы Зины) А ну не трогай её!
Лёха отталкивает Настю, идёт на кухню, снимает портрет Толи, замахивается им.
Лёха.Не шучу!
Баба Зина. Толенька!
Настя.Да вы совсем спятили! Я в полицию звоню!
Настя убегает за телефоном к себе в комнату, ищет его, набирает номер. Баба Зина встаёт с кресла, но не может сдвинуться с места.
Лёха.Адрес?
Баба Зина и хочет сказать, но от волнения не может. Лёха видит её состояние и опускает портрет, кладёт его на стол. Идёт на выход, забирая в коридоре свою сумку.
Баба Зина. Разъезжая, 20. Квартиру не знаю.
Лёха останавливается, кивает Бабе Зине, уходит. Хлопает входная дверь. Баба Зина идёт на кухню, берёт портрет в руки. Из своей комнаты выходит Настя. Видит, что Лёха ушёл, кладёт трубку, так и не дождавшись ответа. Подходит к Бабе Зине.
Настя. Вы как?
Баба Зина. Или он её убьёт, или Генка его.
Настя. Так ему и надо, значит. Урод.
Баба Зина. Красивый, правда?
Настя. Кто?
Баба Зина.(показывает фото) Это он первую медаль свою во взрослой категории заработал. Такой радостный был. Я тебе показывала его медали?
Настя. Да, вчера.
Баба Зина. Сейчас во Франции за сборную нашу выступает.
Настя.Давайте, я повешу.
Настя вешает портрет на место.
Может быть, отдохнёте? Я в коридоре приберусь.
Баба Зина. Да.
Настя провожает Бабу Зину до её комнаты.
Баба Зина. Спасибо, Настенька.
Баба Зина заходит к себе. Настя собирает Лёхины вещи обратно в коробки. Баба Зина садится на софу, достаёт из кармана телефон, набирает номер. Звучит автоматический голос: «Абонент выключен или временно недоступен. Пожалуйста, оставьте сообщение после звукового сигнала». Звучит сигнал.
Сынок. Когда же ты вернёшься? Сердце не на месте. Ничего. Ничего. Я знаю, ты занят. Победи там всех этих канадцев. Победи, сынок. И возвращайся.
Картина вторая.
Утро следующего дня. В коридоре убрано. На кухне вместо старого телевизора пристроен новый Лёхин. Баба Зина копошится на кухне, поглядывая в его сторону.
Провозившись с замком, в коммуналку заходит пьяный Лёха с сумкой в руках. Вид у него весьма помятый, на лице - ссадины.
Лёха. Баб Зина! Принимай жильца!
Баба Зина всплёскивает руками, идёт к двери, но возвращается, выключает телевизор и набрасывает на него полотенце. Идёт в коридор.
Баба Зина. Опять ты?
Лёха лезет обниматься, Баба Зина отмахивается от него.
Лёха.Вот оно! Солнце северной столицы!
Баба Зина. Господи, как же ты надоел!
Лёха. Простите меня, баба Зиночка. Я вас так люблю!
Баба Зина. Ты чего опять припёрся? Ой, бо! Рожа-то вся побитая. Это Гена тебя?
Лёха. Кто ещё кого.
Баба Зина. Что водка с людьми делает.
Лёха. Не злись, баб Зиночка! Ты же добрая, да?
Баба Зина. Дурак.
Лёха. Дурак! Дурак! Местный дурачок (Неестественно смеётся.)
Баба Зина. Господи. Когда ты в себя-то уже придёшь?
Лёха. Я что, не в себе? Мамочки мои! (Осматривает себя.) С утра вроде состоял. (Резко обнимает Бабу Зину.) Баб Зиночка, ты знаешь, что такое океан? Бескрайнее, бескрайнее море. Вот если в нём утопиться, найдут? Как думаешь?
Баба Зина. Какой океан, дурень?
Лёха. В Камчатске. Я что не в Камчатске? Ой! (Наигранно хватается руками за голову.) Не уехал! Ай-ай-ай.
Баба Зина. Проспись, малохольный!
Лёха. Малохольный. Ты мне так мать напоминаешь. Мамочку. Она тоже так – малохольный. Только ласково. Мамочка.
Падает на колени, обнимает ноги Бабы Зины.
Баба Зина. Да ты что! Ты что ирод! Господи!
Лёха. Приедешь, она всё суетится, готовит. Съесть всё невозможно. Говорю – «Ты хоть присядь, куда столько?». В кризис как-то появился – им пенсию не платят. Я и пошутил: бартер же ввели. Кто чем зарабатывал, тому тем и возвращают. А она всю жизнь на птицефабрике. Утром встал: у неё во дворе уже загон из сетки. Всю ночь мастерила. Мне, говорит, пару десятков цыплят должны. Добрая, доверчивая.
Баба Зина. Ирод. Над матерью издеваться.
Лёха. Да она со мной смеялась. Человек! Ещё подойдёт так, за руку возьмёт осторожно, в глаза посмотрит – «Всё хорошо у тебя, сынок?». «Хорошо, - говорю, мам, всё». А она: «Ну и слава Богу, а то сердце за тебя болит». Мать не обманешь, да? У матери сердце, да?
Баба Зина. Вставай, вставай, дурачок.
Лёха. Ирка ей: «Чего каркаете? Чего каркаете?». Не любила её. Всё ей из деревни свалить бы. За год два раза соизволили приехать. Один раз на юбилей, второй – на похороны. Всё ей зацепиться надо было, пихала меня во все бочки. А теперь я ей не нужен. Поменяла на этого. С квартирой. Я ему говорю, ты ж умный мужик, чего дурак-то такой? На работу её в частную клинику устроил, в квартире пропишет. Она ж сожрёт его как меня.
Баба Зина. Вы уже и подружились?
Лёха. Она и не вышла даже. Я орал, орал под окнами. Генка вышел. А она из окна обматерила и бывай. Какая же, сука, красивая.
Баба Зина. Всё вам мужикам красота нужна. Женитесь, а потом плачетесь.
Лёха.Она же правда на развод подала. А ему сказала, что мы уже того. Жалко мужика. Он мне с паспортом помочь обещал.
Баба Зина. Я же говорила, потерял по пьяни. Ну, слава Богу, теперь уедешь, наконец-то, с глаз моих. Заждался Камчатск твой.
Лёха.Да на хрен он мне теперь сдался? Да и билеты всё. Мне ж их Колёк покупал. Я для неё хотел, баб Зин. Заработать, приехать на коне. Теперь пошло оно всё. Тут подохну. Пусть она знает.
Баба Зина. Успеешь ещё. Хватит! Развёл соплей опять! Вставай. Вставай! Пошли чаю пить! Пошли! Умойся хоть, смотреть противно.
Баба Зина ведёт Лёху на кухню, подводит к раковине, умывает.
Вот так. Давай. Клемайся. Очухался? Вот так.
Лёха садится за стол. Баба Зина наливает чай, ставит перед ним.
Пей. Пей. Разбавь водку свою немного. Господи. Свалился мне на голову.
Баба Зина достаёт из шкафчика йод и ватку. Мажет ссадину.
На одного тебя весь йод переведу. Тихо! Не дёргайся!
Лёха. (морщится от боли) Я до переезда не пил столько. А тут смотрю на неё. Знаешь, как я её любил?
Баба Зина. Пей чай давай. Ну!
Лёха пьёт чай.
Лёха. Я всё для неё. Такой дом поставил. Во всём Кувандыке такого не было. Резной. Ставенки. Аккурат у родительского.
Баба Зина. Вот и вертай в свой Кавардак.
Лёха. К кому? Одни могилы. В доме нашем сестра двоюродная с детьми живёт. А он в последнее время мне так часто снится. Только затхлое всё такое, покосившееся. Палисадник сломан, сирень осыпается. Мамка на лавочке сидит, говорит: «Смотри, сынок. Не осталось ничего. Ты, - говорит, - подмети, а то некрасиво». И плачет.
Баба Зина. Ой, бо. Горемычный.
Лёха. Вчера друган звонил. Говорит – у матери крест совсем свалился. И травой, говорит, заросло всё. Я ему говорю – ты приберись хоть немного. Денег скину. А он, типа, - уезжаю. Не до того. Тоже свалить собрался. Только в Москву. Думает все в масле катаются. Я ему сказал, в чём мы тут катаемся. А он думает, что мне жалко. Говорит: «Сам уехал, а чё я не уеду?». Дурак. Я ему говорю: «Ну едь». Пусть едет. Ждут тут всех с распростёртыми. Вот все думают, что стоит уехать и ништяк. А каждый же с собой себя тащит. Никуда от себя не свалишь.
Баба Зина. И что ж ты надумал?
Лёха. Ключи у вас?
Баба Зина. Какие?
Лёха. От хаты. К Кольку стрёмно возвращаться. Там Ленка, неудобно. Тут поживу, пока. Обдумать всё надо.
Баба Зина. Как здесь? Ты что же? И кресло заберёшь?
Лёха. А?
Баба Зина. Мне же хозяева обещали! И шкаф! Я не отдам!
Лёха.Я же уеду потом.
Баба Зина. Вчера тоже собирался. А вот сидишь.
Лёха.Офигеть.
Лёха встаёт из-за стола,
Баба Зина. Ты куда? Не смей! Не тронь!
Баба Зина бьёт его полотенцем, задевая рамку с фотографией сына. Рамка подает на стол и разваливается. Все замирают.
Толенька! Толя! Вот же! Сломал!
Лёха.Я вообще её не трогал!
Баба Зина. (со слезами в голосе)Ты смотри, что сделал! Вчера ещё хотел! Изверг!
Лёха. Я починю.
Баба Зина. Починю. Починит он!
Лёха. (берёт рамку в руки, вертит)Тут гвоздиком всего-то. Есть гвоздик? Молоток?
Баба Зина. Гвоздик? Да-да-да. Сейчас! Сейчас!
Баба Зина убегает в свою комнату, рыщет там по шкафчикам. Лёха вздыхает, подходит к раковине, подставляет под холодную воду лицо, голову. Вытирается полотенцем. Морщится, прикасаясь к ссадинам. Замечает прикрытый телевизор. Усмехается.
Лёха.Вот бабка.
Баба Зина возвращается, несёт спичечный коробок и молоточек.
Баба Зина. Вот, дед хранил. Такой?
Баба Зина протягивает коробок Лёхе, он берёт оттуда маленький гвоздь, примеривает к рамке.
Лёха.Давайте. (заколачивает гвоздь, поправляя рамку). Хорошо, что не стекло, а пластик. Хотя рамка – слово одно. Вот, держите.
Баба Зина (любуясь портретом). Красавец он у меня, да?
Лёха.Да.
Баба Зина. (Оживлённо). Я тебе его грамоты показывала?
Лёха не успевает ответить, как Баба Зина убегает в свою комнату, достаёт из серванта стопку грамот. У Лёхи звонит телефон.
Лёха. Коля! Коль! Слава Богу! (слушает) Прости, братан. Я уже собирался. Но там Ирка. И полицай этот. Прости. Мне паспорт помогут сделать. Хочешь я приеду? Спроси их, подождут? Ну чего ты? Алло, Коля! (смотрит на экран – есть ли соединения) Коля. Блин.
Лёха тяжело вздыхает. Баба Зина залетает с небольшой стопкой грамот, переложенных газетками. Садится рядом с Лёхой, кладёт грамоты и аккуратно достаёт по одной, затем также аккуратно складывая в новую стопочку.
Баба Зина. Вот это школьные. За футбол, волейбол. Вот за бокс уже. Видишь? Это городские соревнования, видишь, подпись главы? А это районные. Смотри, видишь? Ты не смотришь!
Лёха.Смотрю.
Когда грамоты в стопке заканчиваются, Баба Зина начинает по новой показывать те, что уже показывала, складывая их обратно в том порядке, как они были.
Анатолию Полторобатько, видишь! И подпись главы. Это тебе не вот! А это письмо благодарственное за участие, видишь?
Лёха слушает без интереса, но затем с вниманием и жалостью смотрит на саму Бабу Зину. В это время в коридор заходит Настя с пакетами, идёт на кухню.
Лёха. Тяжело же вам.
Заходит Настя.
Баба Зина. А, Настенька! Заходи! У нас тут вахтовик вернулся! Я ему грамоты Толины показываю. Пошли!
Настя проходит на кухню.
Настя. И не стыдно? Вернулся ещё.
Лёха. Забыл отчитаться.
Баба Зина. Настенька, а я тебе грамоты показывала? Садись. Чайку будешь?
Настя. Нет, спасибо. Что он тут делает опять?
Баба Зина. Сдался он тебе! (усаживает Настю) Смотри, смотри, вот школьные. Видишь?
Настя. Да.
Баба Зина. А это районная. Сложное соревнование тогда было. Ему так по уху заехали, хорошо, что я не видела!
Настя. Я масла принесла и риса по акции.
Баба Зина. Подождёт. А это, видишь, областные соревнования. Видишь? (откладывает грамоты) Я же ему посылку собрала. Смотрите.
Баба Зина убегает к себе. Достаёт из серванта свёрток, завёрнутый в газету и перевязанный бечёвкой.
Настя.Это вас вчера разукрасили?
Лёха.Не ваше дело.
Настя.Я бы на месте бабы Зины вас вообще ментам бы сдала. Совести ещё хватило прийти. Чай пьёт.
Лёха молча пьёт чай, на кухню возвращается Баба Зина со свёртком.
Баба Зина. Вот тут и шарфик, и шнурки я крепкие купила. Чтоб не рвались. Рвутся же у него всё время. Носочки. Вчера довязала. Крепкие носочки. Я шерсть специально у бабок брала тут у остановки. Овечья. Хорошая. Настенька, отправишь?
Лёха. Я отправлю.
Настя. Ещё чего! Какой адрес?
Лёха. Сказал, отправлю.
Настя. Ну да. До ближайшей пивной? Адрес напишите, я отнесу.
Лёха. (грубо)Я сам. (хочет забрать у Бабы Зины свёрток, но она сомневается). Не волнуйтесь. Я вам квиток, как всегда, принесу. Потом спросите у него, дошла или нет. Всегда же доходила. Да?
Баба Зина. Да.
Лёха. Ну вот. Не волнуйтесь. Те вещи вчера мои были. Хотите, я потом покажу. Хорошо?
Баба Зина. Только сегодня отправь. У него же день рождения скоро. Ещё чаю?
Лёха. Нет, пойду. Рубит вообще.
Баба Зина. У меня же ещё и фотографии есть, я сейчас!
Лёха. (Останавливает Бабу Зину). Давайте, в другой раз, хорошо? Сейчас вот продукты разложите, а то пропадут. Вздремну и на почту схожу. Ключи дадите? Диван затащу пока.
Баба Зина. Тумбу заберёшь?
Лёха. Сдалась она мне.
Баба Зина. Обманешь. (Смотрит на Лёху с недоверием, но потом достаёт ключи из одного из шкафчиков и передаёт ему). А если сдали уже?
Лёха. Не сдали, я звонил. Предложил сам ремонт сделать, чтобы месяц покрыть. Вечером обговорим.
Баба Зина отдаёт ему посылку.
Настя.Я тоже пойду. На вторую смену скоро.
Лёха и Настя выходят в коридор. Баба Зина перекладывает грамоты, любовно их разглядывая. Лёха идёт к себе, Настя его останавливает.
Настя. Это что было?
Лёха. Что?
Настя. Сдалась вам эта посылка? Я могла бы отправить.
Лёха. Куда?
Настя. Ну во Францию.
Лёха. Ты тут сколько живёшь? Месяц?
Настя. Неделю. Это причём?
Лёха.А мы с Ирой его хоронить помогали.
Настя. В смысле? Кого хоронить?
Лёха. Толю. Сына её.
Настя. Подождите. Как? Когда?
Лёха.Полгода назад.
Настя. Она что не знает?
Лёха. Знает.
Настя. Так она того, что ли? Господи. А что с ним?
Лёха. Ножом пырнули. На закладках попался.
Настя. На чём?
Лёха. Наркотики прятал.
Настя.Он же спортсмен.
Лёха. Там все спортсмены.
Настя. Бедная Баб Зина.
Молчат.
А куда вы посылки эти деваете?
Лёха. Да никуда. В коробку складывал, на почте просил на бланке накарябать что-нибудь, типа отправлено. Только вчера чуть не спалился.
Настя.Вот это да. Я и не знала, что у неё так. Она ведь каждый день про него сто раз вспомнит. Звонит ещё. А куда звонит тогда? Ей кто-то отвечает, что ли?
Лёха.Я на номер его деньги кидал, чтоб не отдали никому. Ирка, правда, ругалась. А мне жалко. Чтобы совсем не сдала.
Настя. Вы за его телефон платили?
Лёха.Блин, в эти месяцы забыл совсем. Сегодня схожу, брошу.
Настя. Не думала, что вы такой.
Лёха.Какой? Не быдло?
Настя.Напугали меня вчера. И на баб Зину кричали.
Лёха пожимает плечами.
Вы здесь теперь жить будете?
Лёха.Если хозяин добро даст. Подумать надо. Может, и правда в Кувандык вернусь.
Настя.Это какой?
Лёха. Что какой?
Настя.Кувандык какой?
Лёха.В Оренбуржье город небольшой. Я оттуда.
Настя. Да ладно. Акбулак знаете?
Лёха. Землячка, что ли?
Настя. Надо же. А что это значит?
Лёха. Что? Землячка?
Настя. Кувандык. Акбулак – «Белый родник», а Кувандык?
Лёха. Не знай. Никогда не задумывался.
Настя. А мне вот интересно всегда. (Молчат.) Вы ели?
Лёха.Баб Зина чаем напоила.
Настя. А у меня суп. Будете?
Лёха. То ментам сдать хочешь, теперь кормишь.
Настя. Короче, бросайте вещи и на кухню. Разогрею сейчас.
Лёха берёт сумку и идёт в свою комнату. Настя возвращается на кухню.
Баб Зин, будете суп с нами?
Баба Зина. Что-то мне не хорошо. Пойду прилягу.
Настя.Помочь чем-нибудь?
Баба Зина. Нет, полежу просто.
Баба Зина уходит к себе.
Лёха с трудом, но заволакивает хлипкий диван в свою комнату. Настя достаёт из холодильника небольшую кастрюльку, разогревает на плите
Баба Зина садится на софу, достаёт телефон, набирает номер. Голос сообщает про недоступного абонента. Звучит сигнал.
Привет, сынок. Опять я. Посылочку собрала. Носочки, шнурки. Лёха отправит. Непутёвый он, конечно, но на кого ещё надеяться? Как придёт, отзвонись обязательно. Я же волноваться буду. Или у вас сейчас тоже тепло? Нужны носочки? У нас вот тепло, я даже окно на ночь открыла. А потом не спала - думала маньяк залезет. Второй этаж, решёток нет – страх один. Наркоманы же кругом. Сегодня не буду открывать. Да. Ага. Ага. Ну не буду отвлекать тебя. Когда соревнования? Ты мне потом позвони. Ага. Да. Пока, сынок. Пока.
Баба Зина встаёт, несёт грамоты в сервант, но потом идёт в спальню, прижимая их к груди.
Лёха заходит на кухню.
Настя.Садитесь. Сейчас подогреется. Холодильник и не морозит толком.
Настя достаёт хлеб из шкафа, нарезает. Лёха садится за стол.
Лёха.Ребёнок в садике?
Настя. Что?
Лёха.Кроватку вчера у тебя видел. Красивая, резная. У меня тоже пара заказов таких была.
Настя. Вы плотник?
Лёха.Столяр.
Настя.А есть разница?
Лёха. Есть.
Настя. Кроватку дядя делал. А дочь в Приозёрске. С бабушкой.
Лёха. А чё так?
Настя.Я оттуда.
Лёха.А муж? Он правда тебе ногу сломал?
Настя. Вам всю биографию выложить?
Лёха.Интересно просто.
Настя.Ничего интересного.
Настя подаёт Лёхе суп, садится за стол.
Лёха. Спасибо.
Молча едят.
А можно, давай заодно помянем?
Настя. (шёпотом) Толю?
Лёха.Мамку мою. Год сегодня.
Настя.Выпить, наверное, хотите?
Лёха.Не веришь?
Настя. Да, верю. Только давайте без водки поминать.
Лёха. И не хотел. Я не пьяница, если что. Вчера для храбрости выпил, когда к ней пошёл. А потом уже так, для разговора.
Настя.Больно он вас?
Лёха. Эт я сам.
Настя.Ну да.
Лёха.Упал по дороге. Генка вообще нормальный оказался. Поговорили, даже жалко его стало. Тоже влетел. Не знаю, что в ней, но жить невозможно. Понимаешь?
Настя.Нет.
Лёха.Молодая ты ещё.
Настя.Подождите, что же мы не по-людски?
Настя идёт в себе, берёт из ниши шкафа церковную свечку, стоящую в рюмке с рисом и небольшую бумажную икону. Ставит всё это на подоконник в кухне, зажигает свечу.
Скажете что-нибудь?
Лёха.Да что тут скажешь? Царствие небесное.
Лёха и Настя крестятся. Молча едят.
С дочкой часто видишься?
Настя.На выходных. Как получается.
Лёха. Зря ты так. Время не вернёшь.
Настя. И вы туда же?
Лёха.Куда?
Настя.Жизни учите. Можно подумать, все умные, одна я дура.
Лёха.Я не учу. Дошло вот вчера. Пофиг, где живёшь, главное с кем. (отставляет тарелку) Спасибо. Я это, прикорну малёк у себя, а вечером, хочешь замком твоим займусь? Так к тебе любой прохожий зашмыгнёт. Или ты это, специально? (подмигивает)Ловишь на живца? Тогда кроватку лучше убрать. Мужик шугливый пошёл.
Настя. В смысле?
Лёха.Да забей. Не прошла шутка. Починю, короче.
Настя. Спасибо, обойдусь.
Лёха. Обиделись что ли? Да брось. Починю, короче.
Настя. Не надо.
Лёха. Серьёзно, обиделась? Нежные все какие.
Настя.Какие есть.
Лёха. Ну понятно теперь.
Настя.Что вам понятно?
Лёха. Да так.
Настя.Думаете, самый умный? Всё про меня знаете?
Лёха. Ничего я не думаю. Ты всегда так заводишься?
Настя. А чего вы?
Лёха. Чего? Помочь предложил и всё. Жаль просто. Тяжело одной. С ребёнком ещё.
Настя.А меня не надо жалеть. Без вашей жалости как-то жила, и дальше поживу. Вы лучше своей жизнь займитесь. Я вас два дня знаю, а уже тошно.
Лёха. Опа.
Настя.Я таких историй, как ваша по три пачки в день вижу. Ходят обиженные, оскорблённые. Не просыхают. И тоже у каждого кто-то виноват. Вместо того, чтобы на мне злость вымещать, лучше бы делали что-нибудь.
Лёха. Ты чего взъелась?
Настя. Ничего!
Настя уходит к себе в комнату. Садится на диван.
Лёха. Ни с того, ни с сего.
Лёха убирает тарелки в раковину. Берёт свёрток, крутит в руках, уходит с ним к себе в комнату. Настя берёт телефон, набирает номер.
Настя. Алло. Привет, мам. Позови Олю. А? Что с ней? Что? Не поняла. Позови её, пожалуйста. Нет, дома. Потому что смена закончилась. Куда мне ещё третью работу, мам? Совсем загнуться тут? Позови Олю, а? Я не кричу. Позови, пожалуйста. (Молчит.) Здравствуй, моё солнышко! Как ты, милая? Да ты что? Котёночек? Здорово! Ну бабушке некуда его. Нет, солнышко, пока нет. Побудь у бабушки, хорошо? Что? Она не злая, просто строгая. Не слушай просто. Конечно, заберу. Конечно. Нет, на этих выходных не получится. Потом, хорошо? Ну, солнышко, не плачь. Маме поработать надо, ладно? Пожалуйста, не плачь. Милая. (Меняется в голосе.) Да. На этих не смогу. Ты уже определись, хочешь, чтобы я пахала тут или не пахала? И ты зачем Олю в угол? Это нормально, что она про отца спрашивает. Трудно ответить? Да, сто раз. Я же тебе присылала фотографию. Пусть смотрит, думает, что он. Дай мне её. Дай. Да я прошу же! Мама! Мама!
Настя швыряет телефон на диван.
Достали! Достали все!
Звонит телефон. Настя смотрит на номер. Старается успокоиться. Отвечает.
Да, Инесса Фёдоровна. Потому что всю ночь оттарабанила. (Повышает голос.) Я не обязана за неё работать, итак, всё время её столики обслуживаю. Не кричу. Хорошо. Буду сейчас! Буду!
Настя садится на диван. Некоторое время просто смотрит в стену. Затем накидывает на себя куртку, закрывает дверь и уходит.
Баба Зина выходит из спальни, убирает грамоты в сервант, садится на софу, надевает очки, достаёт телефон, набирает номер. Ей отвечает женский голос.
Голос.Алло.
Баба Зина. Ой!
Бросает трубку. Смотрит на экран, опять набирает номер.
Голос.Да! Алло! Кто там балуется?
Баба Зина. Это кто?
Голос. Кто вам нужен?
Баба Зина. Это номер сына моего. Толика.
Голос. Неправильно набрали.
Баба Зина. Он у меня в книжке записан. В телефоне.
Голос. М… Он им, наверное, давно не пользуется?
Баба Зина. Что?
Голос.Я только что симку купила. Мне этот номер дали. Наверное, раньше он его был.
Баба Зина. Что?
Голос.Скажите сыну, что его номер уже отдали. Чтоб мне его друзья не звонили потом по ночам.
Слышны гудки.
Баба Зина смотрит на телефон. Прикладывает его к уху. Опять набирает номер.
Голос.Да!
Баба Зина. Толя?
Голос.Я ведь только что сказала, это теперь мой телефон! Не звоните сюда!
Гудки.
Баба Зина встаёт, ходит по комнате, снимает и надевает очки. Затем опять набирает.
Баба Зина. Толенька? Сынок!
Голос.Ты что, бабка, не понимаешь? Нет твоего сына! Нет!
Гудки.
Баба Зина. Нет? Как нет? Толя?
Баба Зина набирает номер. Звучат гудки, но никто не берёт. Зина медленно идет к себе, закрывает дверь и падет на пол.
Картина третья.
Поздний вечер. В коридоре пусто. Кресло стоит на кухне напротив телевизора. Лёха с пакетом в руках открывает дверь, заходит в коммуналку, подходит к Настиной двери и после некоторого колебания стучит. Потом ещё раз. Прислушивается к двери.
Лёха. Настя. Насть, это я.
Постучав ещё раз, он заглядывает в кухню – там пусто, затем подходит к двери Бабы Зины. Несколько раз стучит.
Баб Зин! Это я!
Никто не отвечает. В квартиру заходит Настя. Секунду смотрит на Лёху, идёт к себе, открывает дверь, но Лёха её останавливает.
Лёха. Насть! Стой!
Настя. Ещё пара советов есть? А то давно меня никто не учил.
Лёха. Я же извинился.
Настя.И что теперь?
Лёха.Я это, опять сюда переезжаю. На работу сегодня устроился. Мастерская при школе.
Настя. Счастье-то какое.
Лёха. Сделал вот. Тебе.
Лёха достаёт из пакета небольшой киот.
Настя. Что это?
Лёха. Для иконы. Ты приносила поминать. Подумал, мож так лучше.
Настя.Спасибо.
Молчат.
Лёха. (Отдаёт пакет).Там ещё тортик. И для дочки.
Настя вынимает деревянную птичку.
Или дети сейчас таким не играют?
Настя.Зачем всё это?
Лёха.Хотел приятное сделать.
Настя. Хорошо. Я передам.
Лёха. Ты извини меня. Вчера как-то по-дурацки вышло. Ты ко мне так по-доброму, а я что-то, как всегда. Я, кстати, узнал, что это такое.
Настя. Что?
Лёха. Кувандык что значит. Место радости на башкирском. Представляешь?
Настя. Ясно.
Молчат.
Лёха. Слушай, я тут ещё подумал. Может, тебе помочь чем надо?
Настя. Чем?
Лёха. Не знай. По дому там что-то. Замок опять же. Мож ещё что надо. Или деньгами. Заказы буду принимать. Мог бы иногда.
Настя. С чего это?
Лёха.Просто.
Настя.Жалко мать-одиночку?
Лёха. Да ладно уже.
Настя.Спасибо, не надо.
Лёха. Чё ты пашешь-то на трёх работах? Хромая ещё.
Настя.Кормильцем будете?
Лёха.Ну чем могу.
Настя.Может и замуж позовёте?
Лёха.А?
Настя. Чего тянуть-то? Я согласна.
Лёха. В смысле?
Из спальни очень медленно выходит Баба Зина. Кажется, она ещё больше постарела.
Настя.Давай.
Лёха.Что давай?
Настя.Давай жениться. Отремонтируете мне тут всё. Дочку заберём. Ишачить перестану. Хорошо?
Лёха. Ты серьёзно?
Настя.А чего нет? Не красавец, конечно, но сойдёт. Работящий вот. Само то. Покажете мне пример образцовой семейной жизни. Когда съезжаемся?
Лёха. Да я не знаю даже.
Настя. Что тут знать? Прям сейчас ко мне и заселяйся.
Лёха. Прикалываешься?
Настя. Серьёзно.
Лёха.Да не, прикалываешься. У меня ж и это, паспорта нет.
Настя. Для любви нет преград. Ну? Не оставите ущербную? Решено? Скрепим поцелуем!
Настя притягивает к себе Лёху, страстно целует, отпускает. Лёха ошалело смотрит на неё. Хочет что-то сказать, но Настя смеётся и захлопывает перед ним дверь.
Пока, спасатель!
Лёха смотрит на закрытую дверь, хочет постучать, но открывается дверь Бабы Зины.
Лёха.О, здрасте. Что-то вас давно не видно. Всё хорошо?
Баба Зина. То… То…Боже. То… То…
Лёха. Чего это вы?
Баба Зина достаёт телефон из кармана, показывает на него.
Баба Зина. То… То…
Лёха. Толя? Что Толя?
Баба Зина. Боже. То… То… Толя. Сынок. Сынок.
Лёха. Не понимаю. Вы ему звонили?
Баба Зина кивает.
И что?
Баба Зина. Не…Не…Боже.
Лёха подходит ближе, внимательно смотрит на Бабу Зину.
Лёха. Посмотрите на меня. Руку поднимите. Вот эту. А эту?
Баба Зина слабо поднимает одну руку, вторая не слушается.
Твою мать! Так, спокойно, давайте сядем.
Лёха заводит Бабу Зину в комнату, усаживает на софу. Садится рядом.
Вот, садитесь. Осторожно. Хорошо? Сейчас я скорую вызову, всё будет нормально.
Лёха достаёт телефон. Баба Зина машет руками в знак протеста, задевает телефон, он падает на пол.
Баба Зина. Бо…Боже! Сынок! Боже!
Лёха.Всё хорошо, не переживайте. Спокойно, вот, дышите.
Лёха поднимает телефон, он не работает.
Починим. Ничего страшного. Настя! Настя!
Баба Зина машет головой.
Надо врачам позвонить. Понимаете? Это серьёзно всё.
Баба Зина машет головой.
Не хотите ради себя, ради Толика послушайте меня, пожалуйста. Настя! Бабе Зине плохо!
Баба Зина. То… Толя?
Лёха.Как мне ему потом в глаза смотреть? Мать не уберёг, а? Вернётся из Франции, а я что? Извини, инсульт проморгали?
Баба Зина послушно кивает. Прибегает Настя.
Настя.Господи! Что с вами?
Лёха.Инсульт. У отца также было.
Настя.Что делать? Скорую?
Лёха.Скорей.
Настя убегает за телефоном, набирает номер, возвращается в комнату.
Лёха. Вот и хорошо. Сейчас. Сейчас.
Баба Зина тянет руки в Лёхе, он садится рядом с ней, нежно обнимает Бабу Зину.
Всё будет хорошо.
Картина четвёртая.
Поздний вечер. В комнате Насти горит ночник. Сама она выходит из ванной. Лёха с пакетами в руках заходит в коммуналку, переобувается в тапочки.
Лёха.С лёгким паром!
Настя.Спасибо, скорее с хорошими закаливающими процедурами.
Лёха. Прикинь, как менты теперь на пенсии живут! Была у Гены «Калина» раздолбанная, а теперь на мерине. Нормально? Молодец, Ирка, конечно. Вытянула счастливый билет.
Настя.О, господи. Надеюсь, ты не собираешься опять весь вечер про неё трындеть?
Лёха. (язвительно) Не собираюсь. Лучше про твою гречку по акции послушаю.
Настя. Договорились.
Настя уходит к себе, проверяет ребёнка в кроватке, садится читать под ночник. Лёха проходит на кухню, раскладывает из одного пакета продукты, лекарства по полкам и в холодильник Бабы Зины – он больше не закрыт на ключ. Из другого пакета достаёт цветок в горшке, ставит на подоконник. Оттуда же вынимает большую резную рамку. В дверь звонят – это Гена. Лёха кладёт рамку на холодильник, идёт в коридор, открывает дверь. Настя прислушивается через свою дверь.
Лёха.Ты чего?
Гена. Зайду?
Лёха пропускает Гену внутрь. Смотрит на него.
Поговорим?
Лёха.Ну давай поговорим.
Лёха идёт в кухню, Гена за ним. Настя проверяет кроватку, поправляет одеяло, возвращается на диван. Лёха приглашает Гену сесть за стол, сам включает электрический чайник, достаёт из своего холодильника тарелку с колбасой, сыром, из шкафа – хлеб. Садится. Молчат. Гена достаёт из кармана куртки бумажный пакет, кладёт на стол.
Что это?
Гена.Паспорт. Думал быстрее получится.
Лёха.Я б сам зашёл.
Лёха достаёт из пакета паспорт, листает.
Спасибо.
Молчат. Чайник закипает. Лёха достаёт кружки, наливает чай.
Угощайся.
Гена. Ты когда с Ирой жил, бывало так…?
Лёха. Как?
Гена. Да нет, знаешь, пойду я.
Лёха. В смысле? Ты же про Иру что-то начал.
Гена. Потом как-нибудь. Может быть.
Гена встаёт, идёт к двери.
Лёха. А мож оно и к лучшему?
Гена.Что?
Лёха. Что вообще всё так вышло. Я всё думал, звезду ухватил. А на деле только мучили друг друга. С тобой ей лучше будет.
Гена молчит, затем идёт на выход, Лёха за ним.
С обновкой, кстати.
Гена.Что?
Лёха. Заценил мерин твой. Вещь.
Гена. Не понял.
Лёха.Да ладно, чё ты. Видел, как Ира сегодня к тебе в новую тачку садилась. Дорого взял?
Гена.(молчит) Понятно теперь.
Лёха. Что?
Гена.Прав ты, Лёха. Не лучший я вариант. Промежуточный.
Гена уходит.
Лёха.Подожди. Что у вас там? Ген?
Хлопает входная дверь.
Твою мать.
Лёха идёт на кухню, беспокойно выглядывает в окно. Затем останавливается, словно что-то вспомнив, идёт к Бабе Зине. У неё не закрыто. Лёха открывает дверь в спальню.
Тук-тук. Это я. Ужин готов!
Лёха заходит в спальню.
У Насти звонит телефон. Она берёт трубку.
Настя. (Шёпотом)Алло. Да. Нет, не выйду. Мне дочь не с кем оставить. И что? И что? Увольняйте. Увольняйте. И вам туда же.
Выключает телефон, осторожно подходит к кроватке, поправляет одеяло.
Спи, зайчик.
Настя некоторое время стоит у кроватки, затем возвращается на диван.
Лёха заходит к Бабе Зине, осторожно под руки выводит её из спальни, ведёт на кухню. Она тепло одета, тяжело идёт, шаркая ногами. Лёха заводит её в кухню, усаживает на стул.
Лёха.Вот так. Хорошо. Извините, что так поздно. Работы полно.
Баба Зина. П…П… Боже. Сынок.
Лёха. Ну поздно, да. Но есть-то надо? Надо. Я же знаю, сейчас не поедите, так и будете до завтрашнего вечера. Вот оставил вам вчера котлет и что? Там же и стоят. Это нормально?
Достаёт из пакета готовый суп в термопосуде из магазина, переливает его в тарелку, ставит перед Бабой Зиной, протягивает ей ложку. Баба Зина неловко берёт ложку, медленно ест суп. Лёха сидит напротив.
Сегодня сделка такая была! Знаете, церковь тут в паре кварталов? Десять киотов заказали. (показывает размер) Таких, приличных. В этом месяце вообще нормально по деньгам выйдет. Стулья же ещё, помните, рассказывал? Я завтра и ваши принесу.
Баба Зина отмахивается.
Нет уж. Куда уже табуреты эти ваши, страх божий. Да. И не надо. Сегодня не успел просто. Добротные. Если бы такие для школы делали, не чинил бы каждый день пачками. Один шлак детям. Так всегда было?
Баба Зина отодвигает тарелку.
И что? Всё?
Баба Зина кивает.
Ну это что вообще? Давайте ещё хоть немного? Я кому покупал?
Баба Зина качает головой.
Точно? Чаю? Нет? О! Смотрите, я же вот что принёс!
Лёха берёт с холодильника рамку.
Нравится? Для фотки.
Баба Зина протягивает руки, берёт рамку, бережно гладит её.
Поменяю?
Баба Зина кивает. Лёха снимает портрет, заменяет старую рамку на новую. Вешает обратно.
О! Другое дело.
Баба Зина кивает, показывает на шкафчик.
Точно!
Лёха привычным движением открывает шкаф, набирает несколько таблеток из пузырьков, протягивает их Бабе Зине, наливает воду в кружку. Баба Зина выпивает лекарства. Лёха делает отметку на листочке.
Вижу, днём с Настей выпили всё. Хорошо. Так, вот ещё витаминку. (Лёха протягивает таблетку, но она выпадает на кресло). Блин. (Лёха ищет таблетку, запускает руку между сиденьем и подлокотником). Это ещё что? (Достаёт из этой щели паспорт). Здрасте, приехали.
Баба Зина. (всплёскивает руками) Бо…Боже!
Лёха.Я бы крепче сказал. Вот же зараза! Всё это время тут валялся! Как он вообще туда попал? Гад!
Баба Зина слабо смеётся. Лёха тоже улыбается.
Да, смешно. Не то слово. Офигеть.
Баба Зина. Боже.
Баба Зина показывает в сторону окна, где стоит новый цветок.
Да, из школы принёс. Нравится? В этот раз на меня не скинете?
Баба Зина смеётся, машет на него рукой.
Чего-то они там рассаживали, сказали, что за зверь, но я забыл. Пусть будет фикус. Ну что? Спать?
Баба Зина непослушными руками достаёт из кармана телефон. Протягивает его Лёхе.
Баба Зина. То… То… То…
Лёха. Толе звоним?
Баба Зина кивает, улыбается.
Хорошо. (Лёха кладёт паспорт на стол. Берёт телефон. Нажимает пару кнопок, прикладывает телефон к уху.) Алло. Толя? Это Лёша. С мамой всё хорошо! Поужинали, завтра гулять пойдём. Да. Хорошо. Удачи на соревнованиях. Вот мама привет передаёт.
Баба Зина тянет руки к телефону. Лёха отдаёт.
Баба Зина. Сы… Сы… Сынок. Сынок. Толя.
Лёха. Ну хорошо. Давайте я попрощаюсь. (Забирает телефон.) Давай, Толя. Пока.
Лёха отдаёт телефон Бабе Зине. Она прижимает его к груди. Лёха помогает ей встать, провожает обратно в комнату.
А завтра погуляем, да? Всё, ничего не знаю. Врачи сказали – свежий воздух.
Лёха провожает Бабу Зину до комнаты. Она прогоняет его жестами, мол, дальше сама.
Сами? Спокойной ночи тогда. Гуляем завтра!
Баба Зина заходит к себе, идёт в спальню. Лёха возвращается на кухню. Настя прислушивается, затем накидывает халат, идёт в коридор. Лёха убирает посуду, раздаётся телефонный звонок. Лёха отвечает. Включается громкая связь. Настя замирает у порога, слыша разговор.
Коля. Привет, прощелыга!
Лёха. Ого какие люди! Привет, братан. Не дуешься на меня больше?
Коля. Чё тебя слышно так паршиво?
Лёха.Телефон грохнулся, не починю до конца никак. Теперь только по громкой ору. Как ты? Как Камчатка?
Коля. Отлично. Погода хреновая, а работа сгодится.
Лёха. Ну здорово. Не попало тебе из-за меня?
Коля.Ты засранец, конечно. Но повезло, что талантливый. Я как шефу твои работы показал, он офигел. Говорит, срочно давай его сюда.
Лёха. В смысле?
Коля.В прямом, блин. Приезжай, короче.
Лёха. Ты ж говорил, ждать никто не будет. Месяц прошёл почти.
Коля.Считай, повезло тебе. Ты паспорт сделал-то?
Лёха. И сделал и старый нашёл, прикинь?
Коля.Тем более. Собирайся.
Лёха. И что прям ехать? Серьёзно?
Коля. Ну хочешь, не серьёзно едь. Хотя ты уже так съездил. В общем, бери билет и дуй сюда. К Ленке зайди только, она вещи кой-какие передаст. Добро?
Лёха.Блин, не знаю, Коль.
Коля.В смысле, не знаешь? Ты не офигел? В общем, смотри сам. Передумаешь, третий раз я за тебя подставляться не буду. Всё, думай. Бывай.
Гудки. Настя хочет зайти на кухню, но останавливается, возвращается к себе. Ходит по комнате, берёт с полки деревянную птичку, садится на диван. Плачет. Лёха берёт в руки оба паспорта, смотрит на них, кладёт обратно. Затем идёт в коридор, подходит к Настиной двери. Оглядывается на дверь Бабы Зины. Стучит к Насте.
Лёха. Насть, Насть. Выйди, пожалуйста, разговор есть.
Гаснет свет. Раздаются сигналы отсчёта времени по радио.
Голос по радио. В Петропавловске-Камчатском полночь.
Занавес
2020, Людмила Ковалёва