Когда умерла мама, я долго не могла прийти в себя, целый год глаза были на мокром месте: осталась одна. Отец умер ещё в 1946 году от ранения, а родных братьев-сестёр у меня не было. Я всё время думала о маме и вдруг стала ощущать её, чувствовать, что она рядом.
Просыпалась утром и слышала, как она подходит к кровати, садится рядом со мной. Мне почему-то было очень страшно, я с головой накрывалась одеялом. Хорошо ещё, что знала молитву «Отче наш», хотя и не верила в Бога, - эта молитва меня и спасла. Один раз я приподняла уголок одеяла, осмелилась посмотреть - и увидела маму, сидевшую на кровати. Я стала её крестить, читать молитву, и она исчезла.
Когда я рассказала об этом одной знакомой женщине, та посоветовала сходить в церковь и подать поминальную записку за упокой.
Потом я вышла замуж, уехала в другой город, родила дочку, и наваждение прекратилось. Вот тогда я и поверила в Бога, поблагодарила Его за то, что спас меня Своей молитвой. Я поняла, что существует ещё другой мир, верь или не верь, никуда от этого не денешься.
Ещё мне довелось стать свидетелем чуда, которое видели сотни людей, присутствовавших при открытии Вознесенского собора в Алма-Ате. В советское время он не был разрушен, но не действовал, там находились какие- то склады. Потом его вернули церкви, отремонтировали. Очень красивый собор стоит в центре города.
На открытие собралась вся Алма-Ата, и хотя уже было лето, священник вышел на крыльцо и стал громко говорить:
— Христос воскресе!
А толпа ему отвечала:
— Воистину воскресе!
Это повторилось много раз. Летний день был чудесный, на небе ни тучки. И вдруг вокруг одной башенки образовалось облако, а в нём - яркая радуга. Все стояли молча и смотрели на это чудо. Так Бог дал понять, что Он услышал наше ликование и радуется вместе с людьми тому, что они в Него верят.
Когда я уверовала, моя жизнь резко изменилась в лучшую сторону, как будто кто-то невидимый всё время охраняет и помогает. Только надо молиться, ходить в церковь, по возможности помогать людям. И просить прощения у Господа за то, что более 70 лет мы жили в неверии.