Иран — США: танец на геополитических качелях
Спецпредставитель США по Ирану Роберт Мэлли, выступая на онлайн-семинаре в Фонде Карнеги, заявил, что Вашингтон рассмотрит вариант применения военной силы против Ирана, если переговоры по восстановлению ядерной сделки с ним не сработают. По его словам, «это потребуется, чтобы не допустить появления у Ирана ядерного боезаряда». Правда, при этом он отметил, что «дипломатия является предпочтительным способом для решения иранской ядерной проблемы». Но дело в том, что и ранее США вместе с Израилем выступали с разными заявлениями о возможной превентивной войне с Ираном, сочетая их с переговорами в Вене по иранской ядерной программе Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД). Конечно, параллельно использовался и прием санкций. Так, на днях с подачи Вашингтона главы МИД стран — членов Европейского союза согласовали новые санкции против Ирана, которые коснутся более 30 физических лиц и организаций, правда, на сей раз они касаются уже проблем иранской внутренней политики, имея в виду отношение властей Тегерана к протестному движению в стране. Но ничего не срабатывает.
Ранее предполагалось, что администрация президента США Джо Байдена будет стремиться к подписанию соглашения по СВПД до выборов в Конгресс, чтобы обозначить хоть одну внешнеполитическую победу. Временами казалось, что при посреднических усилиях европейских стран, предлагавших свои компромиссные решения, вот-вот будет достигнут успех и стороны подпишут соглашение, что США вернутся к схеме вести переговоры только по ядерной теме, а другие проблемы будут решаться в иных форматах. Но против выступал Израиль, хотя постоянный представитель России при международных организациях в Вене Михаил Ульянов уверял, что «позиция израильской стороны не имеет большого влияния на этот процесс». Выборы в американский Конгресс прошли, и западные дипломаты заговорили о том, что необычное даже по историческим меркам активное сближение Москвы и Тегерана должно подтолкнуть президента Байдена вернуться к переговорам по СВПД. При этом указывалось, что Белый дом может подписать соглашение до 3 января 2023 года, когда обновленный Конгресс приступит к исполнению своих полномочий, а сейчас появляется «узкое окно возможностей». Но заявление Мэлли ставит под сомнение реализацию как такого сценария, так и возможность вернуться на исходные переговорные позиции.
В чём дело и почему США стали менять свои переговорные позиции, заявляя, что они «не собираются тратить зря время, пытаясь заключить новую сделку»? Существует несколько причин, которые активно обсуждаются экспертами. Прежде всего, складывается ощущение, что после выборов в Конгресс, когда республиканцы усилили свои позиции, Байден утрачивает интерес к «иранским горизонтам». Он будет выводить эту проблему из фокуса своего последнего года перед выборами. Плюс к этому и возвращение к власти в Израиле лидера партии «Ликуд» Биньямина Нетаньяху, который выступает за максимально жесткие меры в отношении Тегерана, вплоть до военного удара по его ядерным объектам в случае, если Тегеран откажется принимать американские условия. Второе. В Государственном департаменте созрело суждение, что «возврат к СВПД варианта 2015 года означает геополитическую победу Тегерана, который продолжает укреплять свои геополитические позиции в регионе и на международной арене. Поэтому считается, СВПД должен стать для США всего лишь конъюнктурным механизмом для политического и другого давления на Тегеран».
Но ставить крест на переговорах по иранской ядерной сделке рано. Выход есть. Вместо СВПД подготовить временное промежуточное соглашение по иранской ядерной программе, к чему стороны пока не готовы, а сам переговорный процесс и дальше может продолжаться в непубличной плоскости. Ему, как уточняет американское издание Washington Post, «не позволят вовсе провалиться». Тем более что больше других в сделке заинтересован ЕС, потому что для него появление иранской нефти «это спасательный круг в неясной ситуации на мировом рынке энергоносителей».
И еще. В Иране есть такие политические силы, которые проявляют готовность к компромиссу с Западом. Поэтому сложный торг будет продолжаться даже в условиях новой политической международной динамики. Что касается силового сценария, которым пугают Тегеран, то в нынешних условиях он маловероятен, ведь военное направление в атомной программе Ирана далеко не на первом месте.