Лекарство от стресса

Тёплым апрельским днём мы с Иваном шагали по тротуару, обсуждая закон всемирного тяготения, а также возможность левитации. Близилась Пасха, и жители дома, возле которого мы шли, мыли окна. Я на минуту задержался, разглядывая прелестный девичий силуэт в окне. Девушка засмеялась и показала мне язык.

Улыбнулся и я, и в этот момент тяжеленная оконная рама рухнула откуда-то сверху на тротуар рядом с Иваном и разлетелась на куски со страшным грохотом. В опустевшем проёме показалась голова пожилой женщины и испуганно спряталась.

Я подскочил к Ивану, он стоял и не мог сдвинуться с места. Говорят, при испуге люди бледнеют. Он был не просто бледный, цвет его лица практически не отличался от цвета его белой рубашки. Я начал тормошить беднягу, на помощь пришла смешливая девушка, предложившая воду и лекарство типа валерианы.

Поскольку всё это случилось возле поликлиники, то мы не могли не зайти туда. Врач-психоневролог ознакомилась с обстоятельствами происшествия, выписала рецепт на какие-то таблетки и сказала, что этот страх пройдёт со временем – она пожала плечами, когда мы хотели уточнить, сколько для этого понадобится времени.

Несмотря на таблетки, Иван стал бояться ходить по тротуару возле высоких домов. Теперь, когда мы шли куда-нибудь, он старался идти по самому краю тротуара или даже по проезжей части дороги. Однако это удавалось далеко не всегда.

Надо было срочно найти решение этой проблемы, и, сопоставив наши возможности с потребностями университета, я это решение нашёл.

***
Группа студентов столпилась возле доски объявлений. Одно из них гласило, что завтра состоится организационное собрание бойцов ССО «Аэлита».

- Здорово, Влад! – высокий крепыш, проходивший мимо, пожал мне руку и сказал: «Пора готовиться, в этом году едем раньше, так что считанные дни остались – комиссию пройти и сессию сдать досрочно в темпе».

В прошлом году я уже ездил в Казахстан, поэтому знал, что экзаменаторы делают послабления бойцам ССО, по крайней мере, неудов не было. В конце коридора показалась унылая фигура Ивана.

- Слушай, Эдик, мой друг очень хочет поработать на целине, место в отряде ещё одно найдётся?

- Так сразу не отвечу. Подгребайте вечером, обсудим. Конечно, нужны весомые аргументы.

- Сколько надо аргументов?

- Ну, я буду, Лёха, ещё один парень, вы двое – думаю, трёх хватит.

Вечером вопрос был решён. Узнав, что там, куда мы поедем на целое лето, не только нет высоких домов, но и низкие можно пересчитать по пальцам, Иван воспрянул духом. Приободрило его также известие о скором отъезде.

Пошарпанный автобус и грузовик с соломой в кузове доставили нас от эшелона на место, где мы должны будем провести несколько месяцев. Нашим жильём стал плетёный из лозы барак, целомудренно разделённый перегородкой из той же лозы на мужскую и женскую половину.

Невдалеке виднелась полоска воды с растущими по берегам редкими деревьями, а всё остальное пространство занимала степь. К нашему отъезду здесь должен был вырасти небольшой посёлок.

Можно было написать, как мы изнывали под горячим солнцем, бросаясь в реку прямо в одежде и сапогах, были нещадно кусаны комарами, береглись от змей, скорпионов и тарантулов, кушали мясо лошадей и сайгаков, часто приправленное песочком от песчаной бури, но это уже другая история.

Эшелона не было трое суток. Днём мы ещё бродили по городу, но к ночи почти все стягивались к зданию вокзала, на бетонном полу которого вповалку лежали юноши и девушки, согревая друг друга своим теплом.

Теперь Иван смело ходил под окнами любых домов. Смена обстановки, тяжелый труд и время оказались самым лучшим лекарством.