Ничего не может решить сам.
Главе Международного олимпийского комитета (МОК) Томасу Баху пора или на пенсию, или лечиться. Это может прозвучать грубо, но так оно и есть.
Бах с марта месяца, когда российских и белорусских спортсменов отстранили от международных стартов из-за спецоперации на Украине, сказал уже столько всего противоречащего друг другу, что скоро превратится в мем.
Сначала отстранение не подлежало никакому обсуждению, потом Бах заявил, что оно необходимо из-за соображений безопасности России и Белоруссии, дальше было выступление про то, как ему больно каждый раз продлевать временный бан, а на последнем заседании генеральной ассамблеи Ассоциации национальных олимпийских комитетов (АНОК) функционер заявил, что национальность — главная причина того, почему спортсмены сидят дома.
— Спортсмены никогда не должны быть жертвами политики своего правительства. Эта ситуация ставит нас перед неразрешимой дилеммой. С одной стороны, мы не можем полностью соответствовать нашей олимпийской миссии, которая заключается в защите спортсменов и объединении всего мира в мирных соревнованиях.
Мы все всегда соглашались и настаивали на этом принципе в прошлом, когда спортсмены из той или иной страны отказывались соревноваться со спортсменами из другой страны по политическим причинам. Мы настаивали на этом принципе, потому что все согласились с тем, что такая объединяющая мирная конкуренция лежит в основе нашей миссии.
Сейчас, к сожалению, в этой уникальной ситуации единственным способом защитить эту миссию было рекомендовать неучастие спортсменов только из-за их паспорта.
Новый эпизод этого абсурдного сериала продолжился на саммите G20, который в эти дни проходит на Бали. Бах там выдал совершенно гениальный монолог.
— Олимпийские игры, прошедшие в Токио и в Пекине в разгар пандемии, дали всему миру надежду.
Олимпиада способна объединить весь мир, только если атлеты со всего мира будут в ней участвовать.
В отличие от других конфликтов между странами в прошлом, в этот раз некоторые страны решили, что имеют право отказывать атлетам в участии в Олимпийских играх по политическим соображениям. Если спорт станет инструментом для политического воздействия, он полностью развалится.
Сама суть спорта в том, что решения должны принимать только исходя из спортивных результатов, а не чего-либо еще.
Необходимо, чтобы в Олимпийских играх принимали участие все страны, в том числе — и даже в особенности — конфликтующие. Если будут участвовать только страны-союзники, настоящего символа мира из Олимпийских игр не получится. У человечества не так уж и много возможностей объединиться.
Я обращаюсь к вам, лидеры G20, с просьбой услышать мой призыв к миру и дать ему шанс. Пожалуйста, включите свою нейтральность в отношении спорта в совместное заявление по итогам саммита.
В этой речи Баха правильно все. Именно так он должен был говорить с самого начала, а не испуганно отстранять Россию и Белоруссию. Спорт должен объединять, примирять и показывать политикам со всего мира, что он гораздо сильнее, чем они. Но этого не случилось. Баху не хватило смелости действовать четко, прямо и быстро, что и требуется от главы МОК. Вместо этого он показал, как сильно увяз сам и все олимпийское движение в политических играх.
Выступление Баха на саммите — крик души, хотя внешне это могло выглядеть совсем не так. Но он не завуалированно, а открыто просит о помощи лидеров G20, чтобы они уже подтолкнули свои власти решить вопрос с россиянами и белорусами на правах новых боссов МОК. Это его «пожалуйста» говорит о том, что сам Бах уже не может или не имеет права (что больше похоже на правду) ничего делать самостоятельно. Вот только веры в то, что Баха услышали, ничтожно мало.
Мира хотят все, но почти никто из политиков для него ничего не делает. Кажется, роль наблюдателей им нравится гораздо больше.