Служил Семен Сергеич Незаметный чиновником небесных канцелярий. Любил ночами наблюдать кометы и разводил вуалевых скалярий.
Вставал он рано, успевал побриться. Спешил, сиял, при полном марафете, ответственный за булочки с корицей в обычном человеческом буфете. В кофейне (находилась у причала). Летело время, пролетало мимо. Фамилия немного удручала, но Незаметный был незаменимым. Заканчивал работу ровно в пять и сворачивал в космический проулок, считая: если я ещё не спятил — не существует лучше мягких булок.
Нормальная спокойная работа, хватало и на завтрак, и на ужин. Но кто-то (ох, уж этот вечный кто-то) решил, что их отдел давно не нужен. Вручили позолоченные латы, нелепый шлем, инструкцию в граните. Сказали: привыкай, теперь крылатый, осваивайся, ты теперь хранитель. Сказали, где алмазные скрижали, где степлер и на ком проверить чары. Сергеич погрустнел. И латы жали. Вы что такие злые янычары?
В своем кругу считался атеистом Арсений Алексеич Хохоталов. В ДК работал виртуозом свиста, поэтому и денег не хватало. По случаю заглядывал в кофейню, брал булочку с корицей и эспрессо. А если не эспрессо — то глинтвейна. Нисколько не страдая лишним весом, однажды только выразил тревогу, что булки стали черствыми, как шпала. Хвала несуществующему богу за пончики. Иначе всё пропало.
В тот вечер тьма достигла апогея. Торчал Арсений дома, мыл посуду. К Арсению пришел Семён Сергеич, внезапная комедия абсурда. Арсений сел, стремительно косея (хотя чего он принял, граммов тридцать). Семён твердил ему про фарисеев. Про мытарей. Про булочки с корицей. Арсений указал ему на выход,
наморщил лоб, пошевелил губами. Потом пытался увильнуть от психа и на работе, и в кафе, и в бане. Арсений закипал: уймись, болезный. Да вы достали с вашей пропагандой. Вот я к вам лезу? Я же к вам не лезу. Клянусь, на целый год свалю в Уганду. И главное — мне неясны мотивы: я вам зачем? Семён смотрел угрюмо.
Потом сменились цели, перспективы. Потребовались булочки с изюмом. Исчез Семен, как унесло отливом. Нередко Сеню вспоминал ночами.
И было Хохоталову тоскливо. Ещё соседка эта с куличами.
У Сени по утрам прогулка в сквере. Туман клубится сказочно и зыбко. Нет, Хохоталов в бога не поверил и не узнал про булочки с посыпкой, пока им далеко до эталона. Худеет Сеня, но без фанатизма. Не соблюдает пост, не бьёт поклоны. Тайком от посторонних пишет письма. Он пишет письма одному зануде в его несуществующие кущи: ты заскочил бы. Потрещим о сути.
Ну где ты ходишь, боже. Всемогущий. А скоро Новый Год, подарки, лыжи. Фуршеты. Надо встретиться, короче.
Семён лежит на облаке и слышит. В субботу обязательно заскочит.
Арт: Кирилл Аланнэ