Уважаемый читатель, я нашёл в одном, вполне научном издании «Исторические песни XIV-XVI веков» фольклорную историческую песнь «Оборона Пскова от Стефана Батория».
Роскошное повествование о мужестве псковичей и о том, как они прогнали вражеское войско. Читаем:
«Копил-то король, копил силушку,
Копил-то он, собака, двенадцать лет,
Накопил-то он силушки - счету нет,
Много, сметы нет, сорок тысяч полков,
Накоптвши силы, он на Русь пошел,
Он на Русь пошел, на три города,
На три города на три стольные:
На первый на город на Полоцкий.
На другой-то на город Велики Луки,
На третий - на батюшку на ОПсков-град.
Он и Полоцкий город мимоходом взял,
А ВелИки ЛукИ он насквозь прошел,
Подходил он под батюшку под ОПсков-град,
Становился, собака, в зеленых лугах,
Садился он, собака, во золот стул,
Считал-то он силушку по три дни,
По три дни и по четыре:
Много ли силушки убыло,
А много ли силушки прибыло?
Убыло силушки сорок рот,
А прибыло силушки сорок полков.
Тут же он, собака, возрадуется:
«Ох вы гой еси, мои скорые хожатели,
Скорые хожатели и скорые поспешатели!
Мечитесь скоро в зеленые луга,
В зеленые луга государевы!
Бери своего коня бахмута,
Поезжай во батюшку в ОПпсков-град,
Во город въезжай - не спрашивай,
Ко двору подъезжай - не докладывай,
Во палаты восходи - не бей челом,
Клади ярлыки на дубовы столы».
За столами сидит воевода царёв
Карамышев Семен Константинович.
«Ох ты гой еси, воевода царёв
Карамышев Семен Констацтинович!
Отдай город Волок без бою,
Без бою и без драки великия,
Без того уголовия смертного!
Я на первом часу возьму ОПсков-град,
На другием часу стану чистити,
На третьем часу стану стол становить,
Стану пить, веселиться, прохладитися.
Князей твоих, бояр всех в полон поберу,
Донских казаков всех под меч преклоню,
А тебя, воеводу, казнить буду!»
Возговорит воевода царёв
Карамышев Семен Константинович:
«Блудён сын король с королевичем,
С паном гетманом Хотеновичем
И с воинским конем Вороновичем!
Не отдам я тебе города без бою,
Без бою и без драки великия
И без того уголовия смертного».
Как со вечера солдаты причащалися,
Со полуночи ружья чистили,
Ко белой заре, как куры пропели,
Не туча с тучёй соходилася,
Не заря со зарей сомыкалася -
Соходилися два войска два великие,
Белого царя с королевскиим.
Тут ездит-разъезжает удалый добрый молодец,
Еще тот ли же воевода царёв
Карамышев Семен Константинович.
«Кому у нас на бою, братны, божья помочь?»
Помог бог воеводе московскому
Карамышеву Семену Константиновичу:
Побил силу королевскую,
Всех латничков, сиповщичков,
Кольчужничков, барабанщичков,
Насилу король сам-третей убежал.
Бегучи он, собака, заклинается:
«Не дай, боже, мне во Руси бывать,
Ни детям моим, и ни внучатам,
И ни внучатам, и ни правнучатам».
Задался вопросом: Что за Карамышев?
Ведь всем известно, что в это время главным воеводой в Пскове был князь Иван Петрович Шуйский (в честь него и улица называется) никакого Карамышева и рядом нет.
Однако именно Семен Карамышев оказывается героем самых различных песен и былин в разных временах и качествах. Этот персонаж встречается в песнях о Ермаке и завоевании Сибири, то он князь, то посол в Персии, то штурмует Казань. Отдельный жанр - песни о его гибели. То его казаки за неуважение к государю застрелили, то враги из пушки поразили, то он нечаянно в Дону утоп.
Но есть и реальная подоплека, только к Пскову и королю Стефану Баторию она не имеет отношения. В 1612 году Семион Константинович Карамышин тоже дерзко отвечал полякам. Еще вполне, возможно, кстати, что звали его не Семен, а Иван. Дело было в городе Ламском Волоке (современный) Волоколамск и король польский был Сигизмунд III.
Но как бы там ни было уже по историческим документам мы знаем, что его потомки упомянуты как крупные вкладчики Псково-Печерской обители и землевладельцы в Пусторжевском уезде.
Так что связь все же есть...