Мы бежали. Быстро, без сборов и подготовки. Кинули в рюкзаки носки, трусы, документы и деньги. Оставили все, что было дорого. Бросили тех, кто нас любил, от нас зависел – тех, кто пропадет без нас. Я в последний раз поцеловала мокрые носы, обняла лохматые шеи и стала предателем.
Весь вечер и ночь мы просидели в старом, каменном подвале, которому более 100 лет. Он был недалеко от нашего дома, возле старого замка. Погреба в доме оказались совсем не надёжными, поэтому пригнувшись мы пробирались к замку – над головами свистело, земля вздрагивала от взрывов.
Весь вечер и ночь нас обстреливали, но парадокс в том, что военных РФ на тот момент уже не было – они за несколько дней до этого выехали. Техники тоже не было, никогда. И ВСУ об этом знали – все время летали их дроны.
Кто стрелял? Украина. ⠀
От кого мы бежали? Тоже от нее.⠀
⠀
По кому стреляли? По хутору. По мирным людям и детям.
⠀
Зачем? Потому что суки. Потому, что им плевать на людей и детей. Потому, что надо было очистить путь для наступления. ВСУ зашли в село по берегу, через лес и наш дом. Им надо было убрать лишних, кого не жалко. Ведь мы тоже уже враги – семь месяцев прожили бок о бок с русскими солдатами. Не бежали на «вільну» или в Польшу, а остались жить на своей земле.⠀
Утром мы подождали пока чуть затихнут обстрелы и перестанут свистеть осколки над головой. Вчетвером на старом мотоцикле под проливным дождем летели по раздолбаной кассетными снарядами дороге из хутора в село.⠀
⠀
Серые, тяжелые тучи нависали над головой. Земля вздрагивала от прилетов. Шуршашими залпами «грады» – посылали ответку. Село словно вымерло – нигде не души. Мы оставили мотоцикл во дворе у знакомых. Бегали по улицам в чавкающих, полных воды кроссовках, искали машину, чтобы успеть вывезти детей. Ещё бы пару часов и было поздно. ⠀
⠀
Мы бежали 2 октября. Как раз в то время, когда в Кремле праздновали присоединение Херсонской области к Российской Федерации. Ночью в подвале, под раскаты и свист осколков слушали речь президента, улыбаясь с обещания «своих не бросаем».
