Семенов отъехал от дома и припарковался в тени разросшихся лип. Надо было переварить информацию, которую получил от гостеприимной Марины Сергеевны. Глотова до замужества дочери жила в деревне под названием Большая Осиновка, Эдуард посмотрел карту, далеко, почти тридцать километров от Ершовска. Но молва дошла и до городка, Аллу, еще до того времени, как ее мать появилась здесь, звали ведьмачкой, однако Юрия это не смутило, его покорила красота и кротость девушки. Молодые поженились, получили квартиру, все у них было хорошо, Алла забеременела, ждали первенца, но тут из деревни переехала Глотова.
По словам соседки, с этого момента начались несчастья семьи. Сначала Юрий получил травму на заводе, в начале девяностых, когда все вокруг рушилось, про технику безопасности забыли. Он долго лечился, почти полгода, а когда окреп, завода не стало. Беременность Аллы протекала сложно, а когда женщину, наконец, отвезли в роддом, Юрий ждал под окнами больницы. Вернулся во двор темнее ночи - на расспросы не отвечал, лишь отмахивался, но разве скрыть правду в маленьком городке? Алла родила больную девочку. Родители решили оставить младенца в роддоме, но бабушка настояла, чтобы забрали.
- Вытащу девчонку и не таких выхаживала, - говорила она соседкам. И действительно, ребенком занималась бабушка, Алла с девочкой даже не гуляла – стеснялась. Малышка, и правда, выглядела жутко – бесформенное тельце, огромная лысая голова, криво сидящая на тощей шейке, не по-детски печальные глаза, тоненькие ручки и ножки, больше похожие на паучьи лапки. Анна Николаевна не водила ребенка в поликлинику.
- От нее врачи еще в роддоме отказались, а я вытяну, - уверенно говорила она.
И смогла, к двум годам девочка пошла, в три заговорила, но матери опять было не до дочки, родилась Вита. Позже Алла говорила подружкам, что второй раз рожать боялась, но мать настояла, уверяла, что все будет хорошо. Вита родилась красавицей, это было особенно заметно на фоне старшей сестры. Родители младшую девочку баловали, но казалось, что и Алена питала теплые чувства к сестричке, играла, опекала ее. К пяти годам девочка подтянулась, даже обогнала в развитии сверстников – бегло читала, интересно рассказывала, только вот ребятишки не спешили с ней дружить, их пугала внешность Алены, и девочка постоянно находилась с бабушкой, даже стала помогать ей.
- В то время к Глотовой потянулись клиенты, не только из города и окрестных сел, за тысячи километров приезжали, откуда только узнавали о ней? Она говорила, что может «переписать» судьбу, называла себя дочкой Макоши. Она и правда, помогала, но судьба, что-то подарив, обязательно что-то забирала. Историй таких в нашем городе я наслушалась, мама не горюй, - шептала Марина Сергеевна. И этот ее шепот, напряженность лица обнажали страх, который она испытывала вспоминая Анну Николаевну. – Валентина из «Переезда», это поселок такой рядом с городком, приехала за помощью – муж пил беспробудно, она одна тянула двух мальчишек. А времена-то были, работать негде, перебивалась, сердечная, случайными заработками. Помогла Николаевна, так лучше и помогала бы… Муж пить бросил, даже работу какую-то нашел, но говорили лютовать стал, забил он жену свою, мальчишки осиротели, а вскоре и они по наклонной дорожке покатились. Многие тут до сих пор помнят «помощь» ведьмы, от которой до сих пор отойти не могут. Да что за примером ходить, Юрий Кравченков ушел из семьи, Алла так и не встретила никого больше, девчонки уехали, а мать одна, и счастливой она не выглядит. Но пока жила старуха, к той стояли очереди, не поверишь, во дворе яблоку негде упасть. А попробуй что-нибудь сказать, сразу неприятности сыпались как из рога изобилия. Машка из второго как-то упрекнула Глотову, что во двор теперь не выйти, в тот же день ногу сломала, операцию пришлось делать. Семен Михайлов поругался, его машину клиенты колдуньи испортили, так через неделю разбился на той машине. С тех пор замолчали все…
Друзья, не забывайте о лайках и комментариях.