«В профессию меня привел случай, произошедший со мной много лет назад. А заставило остаться - желание, сделать все для того, чтобы таких случаев было меньше, желание «причинять» пользу.
Один из самых часто задаваемых учениками вопросов, особенно преподающими учениками – откуда я взял эту методику? Она же так сильно рознится со всем, что говорят, и пишут о вокале. Ответ прост. К ней, как и к делу, которым я занимаюсь, привел все тот же случай, но обо всем по порядку.
Начнем с того, что я не пою с самого детства, и заниматься вокалом начал только в 16 лет. До этого периода моя жизнь была связана со спортом, но череда серьезных травм не позволили мне сделать спортивную карьеру. И покинув, на тот момент, один из сильнейших спортивных клубов, пусть и юниорский, я оказался предоставлен сам себе.
Я не могу сказать, что моя семья не была связанна с музыкой, это было бы лукавством, но и останавливаться на заслугах предков странно. Карьера, построенная на костях, не отличается прочностью. Из всего багажа, который у меня был связан с музыкой, на тот момент, пожалуй, только ДШИ по классу фортепиано, да и все.
Музыка увлекает, а вокал азартом работы вообще, до мурашек доводит. Дух перехватывает от стремления к результату. О неудаче, которая постигла меня в спорте, через три месяца уже и не вспоминал, работа над голосом забрала с головой, ведь теперь есть четкая цель - поступить в ВУЗ на эстрадно-джазовый. И мне удается, тогда это казалось безумием, ведь подготовка с нуля заняла всего лишь около года, не считая конечно занятий, многочасовых ежедневных, изнуряющих. Но ведь цель оправдала результат.
Возможно, если бы мне сказали заранее о том, что произойдет со мной после, я бы и не сделал выбор в пользу музыки, кто знает? Мой первый учебный год заканчивался, и он был очень крутым. Оставалось лишь сдать спецку. День экзамена. Каданс. Нота. Сорвалась странно: последние мысли перед тем, как глотку стало раздирать изнутри, и далеко не першением, будто внутри все порезано, жжется, и металлический привкус крови во рту. Помню, как молча ушел из зала, конечно, не подав вида. Ушел, чтоб промолчать. Как выяснится позже, промолчать еще больше года.
О случившемся знали единицы, череда долгих больничных, фониаторы и фонопеды в Питере, в Москве, и ничего однозначного. Речь уже шла о потери не просто профессии, а о потери речи. Жизнь, иногда, действительно, крайне изобретательна на своих поворотах, закончив со спортом, из-за травмы, найти себя в чем-то новом, чтоб снова из-за травмы, все потерять. Или даже чуть больше, чем все. Вы поймите голос, это то, что дано от рождения, вы растёте вместе с голосом, взрослеете и меняетесь с ним же, он на всю жизнь и он один, ваш. Представьте только, что с вами будет, если вы лишитесь его. В один миг и безвозвратно. Это страшно. Очень. Поверьте.
Здесь я сокращу рассказ. Однозначности от врачей я так и не получил, как и должного лечения. Все что мне оставалось - помочь себе самому. И именно с того момента, я стал изучать голос и речь человека, настолько досконально и подробно, на сколько это возможно. Через год и четыре месяца я восстановил себя, но от всей полученной информации, от тех упражнений, которые я составлял для себя, исходя из новых знаний (кстати спортивный опыт оказал на это влияние), сформировалась целая система, а главное понимание устройства голоса вокалиста.
Эта система пережила за 17 лет не мало дополнений и трансформаций, которые привносились в нее и практическим опытом, и получением новых знаний. На ней построена и методика, как преподавания эстрадного вокала, так и дефектология и реабилитация певческих голосов. Методика, следуя которой, по сей день эффективно работаю я и мои ученики. Методика, не приведшая к травме, ни один голос, и реализовавшая желание сотен людей петь. Методика, восстановившая голоса многим артистам. Методика, созданная многолетним трудом, пусть и случайно – ведь в профессию меня привел именно случай…»