Леон встал с кровати, подошёл к двери и открыл её.
Странно, подумал он, неужели до этого я открывал дверь во сне?
За дверью Леон не увидел ничего нового или необычного.
Нижний город жил своей чёткой ритмичной жизнью.
Теловозы все также, согласно утверждённого графика производственных работ, перемещали работников между заранее заданным точками по маршруту : работа-дом-работа.
И хотя окон в теловозах не было, Леон знал, что делает внутри практически каждый перемещаемый: большинство людей, особенно те, кто помоложе, сейчас смотрят свой любимый фильм, надев на голову лёгкий и главное бесплатный Xd шлем, а те кто постарше скорее всего слушают, в таком же Xd шлеме визуализированные и озвученные нейросетью "книги". Читать самому или разговаривать в теловозе во время перемещения твоего тела с работы или на работу, равно как и находится в нем без Xd шлема было строго запрещено. Штраф за нарушение данного правила был от 25% до 50% месячного дохода нарушителя. Ещё более сурово наказывали тех, кто пытался мыслить во время перемещения, вместо потребления предложенного Xd шлемом контента. За такие вольности можно было схлопотать штраф в тех же пропорциях только от годового дохода работника.
Штрафы в Нижнем городе взимались на ежедневной основе, дабы, как было написано в Штрафном Кодексе Нижнего Города (ШКНГ) людям было проще их платить, не причиняя большого дискомфорта. Делалось это так. Поскольку деньги, как средство обмена, накопления и расчётов, были давно упразднены, то каждому работнику ежедневно в конце рабочего дня начисляли на его персональный фудкаунт количество потраченных им на работе калорий, умноженных на 3 коэффициента: воспроизводства, лояльности и преданности.
Потраченные калории считались автоматически: интеллофон снимал данные с нанобраслетов, передавал их в единый расчетный центр, тот производил необходимые вычисления и передавал обратно значение потраченных калорий.
Леон не понимал зачем нужно было гонять снятые с браслетов данные в центр и обратно, так как он знал, что расчёт потраченных калорий, можно было произвести прямо "на борту" интеллофона. Наверное для общего учёта и планирования, подумал он.
С коэффициентами ситуация была более запутанная.
Если коэффициент воспроизводства был абсолютно нелогичен, но его хотя-бы можно было посчитать самостоятельно, то коэффициенты лояльности и преданности, наоборот были весьма логичными, однако самому определить их не представлялось возможным. Да и откровенно, говоря, этот вопрос мало кого и волновал. Люди, как и прежде, не хотели напрягаться и заморачиваться такими, как они говорили "пустяками", а хотели просто жить.
Внезапно, Леон увидел длинную вереницу Телобусов, в сопровождении четырёх машин специального сопровождения: одна шла впереди колонны и три другие сзади.
На станцию едут, ТСР поезд принимать, Леон насупился, развернулся и вошёл обратно в свою комнату, громко закрыв за собой дверь.
Он очень хотел бы поработать в спецотряде, на приёмке, загрузке-погрузке или отправлении ТСР поездов. Там ставки по всем трем коэффициентам были много выше, чем где-то ещё в городе. Однако попасть в спецотряд было очень трудно, туда брали людей с наивысшими произведениями коэффициентов лояльности и преданности, зато однажды попав в отряд, можно было считать что "жизнь удалась", так как случаев исключения из спецотрядов практически не было. СПОТРовцы работали там до конца своих дней.
Это была элита Нижнего города.
(Продолжение следует)