IT-беженец в Германии. Часть 12. Д — Доместос

3 октября

Это настоящая история. Происходит со мной прямо сейчас. Пишу как есть.

Стою в очереди за завтраком. Очередь большая, метров 50. Дай, думаю, проверю кое-что.

Недалеко — палеты с водой. Там вода в пэт-пакетах. После получения завтрака ты мимо этой горы проходишь и берёшь воду, если хочешь.

Выхожу из очереди, иду к палетам. Беру 1,5-литровую упаковку. Не тороплюсь. Поворачиваюсь.

Мое место никто не занял. Очередь продвинулась, но для меня пространство сохранили. Интересно.

Дай, думаю ещё кое-что проверю.

Иду по улице. А я белый даже по сравнению с другими белыми. Естественно, все меня рассматривают. Но чаще всего просто смотрят в глаза пристально.

Киваю

— Хай бро

В ответ человек с лицом «я те щас нож в горло воткну» начинает улыбаться и тоже:

— Хай бро

А в следующий раз уже он сам тебе отхайброкает первым. Интересно.

Я в тик-токе как-то смотрел видео одного кинолога. Он объяснял, почему некоторые собаки становятся злыми, когда видят других собак. Лают, кидаются на них.

Показывал прямо на примере. Взял одну такую вредную собаку и проделал действия по ее обезвреживанию.

Злые собаки ведь потому злые, что они не умеют знакомиться. А если не умеешь знакомиться, то по умолчанию незнакомое — это враждебное.

Мужик из тик-тока учил собак дружить. Подставлял нос одной к жöпе другой, и случалось чудо.

Я думаю, что успех человека, как вида, обусловлен желанием древних людей переключиться с нюханья жöп на что-то менее унизительное. Так мы придумали язык, а потом все как-то само уже закрутилось.

Иду, философствую. Хочу дойти до главного здания, уточнить где здесь спортзал находится.

Приехал новый автобус с беженцами. Одни девчонки. Целый автобус. По сравнению с нашим минимум 5-тысячным поселением – это, конечно, капля в море. Но прямо здесь и сейчас – я вот такой один, а рядом целый автобус с девчонками.

Захожу внутрь. Все ходят, суетятся. Парней сюда уже набежало.

Она сидит. На вид сирийка. В платье. Как-будто ее сняли с выпускного и сразу к нам. Увидела меня, вылупилась, улыбается. Я ж в этом здании сейчас чуть ли не единственный белый. А если даже другие белые есть, то я точно белее их, к гадалке не ходи.

Сидит значит она, а рядом трое работников лагеря, охраняют ее. Встали вокруг и оглядывают всех, чтобы чего не учудили.

Я спросил человек трёх, никто не знает где находится спортзал. Ладно, давай ещё раз.

Среди работников лагеря выглядел самого крепкого.

— Друг, а тут есть спортзал?

Хотя-бы от этого получил инструкцию. Зал в том же здании, что и церковь. Нужно будет с Никитой его найти. Если он вернётся.

Кстати, если я с Никитой по улице иду, то никто в глаза не смотрит, сразу взгляд прячут. Никита же здоровый, как динозавр.

И если в солнечных очках ходить, то тоже не смотрят. Я поэтому стараюсь тут очки не носить.

На обратном пути нужно будет поближе эту девчонку рассмотреть. Пытаюсь подойти к ней, один из охранников указывает: иди, мол отсюда. Она улыбается.

Выхожу из здания. Нужно мыслись наперёд, нужно мыслить стратегически. Мне нужна отдельная комната.

Вроде бы у Исхана, чечена, нет соседей. А сам он у нас почти не бывает, в городе живет. Как приедет, поговорю с ним.

Я решил ввести новое слово в русский лексикон своих соседей. «Доместос».

Стоим с Тито в том углу нашей комнаты, который мы с Никитой не стали трогать. Там срач жуткий. А кругом чисто. Пьём чай.

— Доместос, говорю, нужно купить. Залил в толчек, подождал час, смыл — чисто стало

— Да, отвечает, и тут бы ещё прибраться надо. Выкинуть это все

— Ага, говорю, собрать это все и н@кх¥й.

Дальше я по проверенной схеме указываю, где именно в моем понимании находится вышеупомянутый н@кх¥й.

Попили чай, разошлись.

Вечером Никита всё-таки приехал.

Он шоколада привёз, тоже хотел чаю попить, спросил у меня чайник.

— Не знаю, говорю, где. Иди у соседей спроси

Не пошёл.

А я зашёл:

— Сосо, если вы завтра в город поедете, можете Доместос купить?

Показываю ему фото, как он выглядит.

Он не сразу понял чего хочу, но Тито ему перевёл. Ответ я не успел услышать.

Один из Грузинов из соседнего дома, он тут не живет, что-то очень резко мне ответил. Резко, агрессивно, со злостью в голосе.

Мне перевели что он сказал, но я и и без перевода понял. «Что ты, мол, нас напрягаешь. Тебе надо, сам съезди и купи». Интересно.