Я думал, что видел все это в Донецке. Но нет...
На южном фронте, в Азовском море и Херсоне "прямой" информации от военных корреспондентов практически нет. Плохие телеграфные каналы только кажутся существующими и решающими эту проблему, а информация приходит с катастрофическим опозданием. У вас не будет времени оглянуться назад, потому что это займет неделю или больше. Возможно, это сделано специально. Поэтому, когда было предложено воевать с черными десантниками у Днепра, я, не раздумывая, согласился принять в нем участие.
Я был удивлен, когда булыжник и бригада геодезистов один за другим построили Мелитопольское шоссе, даже в пятницу вечером, используя лазерные лучи. Эта тихая, желанная суета скучна. Местное население устало от украинских расстрелов. Но по мере приближения к Новой Хаховке эта мирная рутина заканчивается и поле подсолнухов тянется к горизонту. Семена засохли и почернели. На дороге больше десяти машин. Один из автомобилей УАЗ «Командир» пробит, солдаты вылезают из машин и входят в кювет. Полагая, что это учения, некоторые солдаты быстро открывают пластиковый пакет с противотанковой гранатой и сразу же используют патроны с зеленым порохом. То есть готовились к бою. Враг на другом берегу Днепра. Мы знали, что за морем здесь находятся украинские диверсионно-разведывательные подразделения.
Новая Каховка — крупнейший логистический центр региона, и здесь, на этой золотой и черной земле, мы живем за счет перевозки и переработки сельхозпродукции. Он не мог обойтись без соснового бора, большого зеркала Новоковского водохранилища и плотины, замыкающей Великий Днепр. Хипстерское кафе и слегка обшарпанная пиццерия были еще открыты в 18:00, подъезды домов были освещены, а окна темны.
Морской офицер, который вышел нас встречать, сразу сказал: «Они не могут жить в нашей квартире». Почему бы и нет?
- Оставь это. У нас нет подвала. Я нашел квартиру, там безопаснее. Но я не говорил, что уверен...
Домработница быстро объяснила правила проживания.
- Это не горячая вода, это холодная. Бензина нет. Отойдите от этого окна и не открывайте его, оно треснуло и погнулось, но все же. Рядом есть рынок, который открывается очень рано, но закрывается в 13:00.
- Почему ты должен?
- Мы добились успеха с американскими "Хаммерами", там может быть 100 человек в день. Не торопитесь и осмотритесь.
Водитель уехал. Через 15 минут прозвучала сирена. Химера прошла через город и плотину. Мне казалось, что в Донецке я видел все, а здесь хотелось быть на земле. Стены и окна затряслись, зажегся свет. Окна разбиты. В то время я не видел ребенка в городе.
смелый.
Интенсивная подготовка к поездке на фронт началась с утра. Запрещено перевозить пассажиров. Гражданам запрещается переход через Новокаховскую плотину. Военная техника может быть доставлена, но когда — неизвестно. В общем, как говорили с армией, «положение тяжелое». Другими словами, здесь нет причудливых трофеев или заключенных, о которых нужно заботиться. Есть только кровавая и разрушительная артиллерия и обстрелы населенных пунктов разной степени, не имеющие названия и смысла.
В соседнем городе Херсоне, Каховке, тоже «карантин», и детей даже отправляют на отдых, несмотря на опасность. По имеющимся данным, в пятницу утром к Далиевскому мосту прибыли несколько «Химер», и полностью отбить атаку силы ПВО не смогли. Мы поехали в Херсон. Вроде близко, но не до материка. Антоновский мост был поврежден и даже отремонтирован, что бесполезно. Скорее, это объективно не допускается. Вокруг моста — ЗРК с поисковыми системами, а на тротуаре — остатки американской «Химеры» и украинского реактивного гранатомета «Ольха». «Эл» разворачивались чаще, сливаясь с «Хаймерами» и атакуя группами, рассеивая больше целей и уничтожая средства ПВО.
Люди погибли возле Далиевского моста, возле остановки, где автобусы забирают и высаживают пассажиров.