Он её унижал, оскорблял, постоянно скотина, Каждый вечер домой возвращаясь всегда пьяным в хлам. Сильно бил по лицу и орал, в доме главный мужчина, Шлюх таскал в их постель, предаваясь греховным вещам. Он её не любил, обзывал громко жирной свиньёю, Повторяя, что сыну и дочке совсем не отец. Мол, ты их нагуляла с такой не хочу, жить с семьёю, Бил детей ремешком ни за что регулярно подлец. Он с ней жил лишь за то, что имела большую квартиру, И ему каждый день предлагала домашний уют. Много лет без работы шатаясь от водки по миру, Возвращался обратно туда, где комфортный приют. Он считал, что в запоях его лишь она виновата, И твердил, что так раньше не пил, как бухает сейчас. Только из-за неё нет родного в живых уже брата, Только из-за неё, мать его позабыла про нас. А она из детдома, и мужа терпела спокойно, Очень сильно любила его, ни на что не смотря. Боль души свою спрятав к нему относилась достойно, Хоть и ей говорили вокруг, что всё терпишь ты зря. P. S. Та