Я ведь всего только и хотел попытаться жить тем,что само рвалось из меня наружу.Почему же это было так трудно?
Чтобы рассказать мою историю,мне надо начать издалека. Мне следовало бы,будь это возможно,вернуться гораздо дальше назад,в самые первые годы моего детства,и ещё дальше,в даль моего происхождения.
Писатели,когда они пишут романы,делают вид,будто они Господь Бог и могут целиком охватить и понять какую-то человеческую историю,могут изобразить её так,как если бы её рассказывал себе сам Господь Бог,без всякого тумана,только существенное. Я так не могу,да и писатели так не могут. Но мне моя история важнее,чем какому-нибудь писателю его история; ибо это моя собственная история,а значит,история человека не выдуманного,возможного,идеального или ещё как-либо не существующего,а настоящего,единственного в своём роде,живого человека. Что это такое,настоящий живой человек,о том,правда,сегодня знают меньше,чем когда-либо,и людей,каждый из которых есть драгоценная,единственная в своём роде попытка природы,убивают сегодня скопом. Если бы мы не были ещё чем-то большим,чем единственными в своём роде людьми,если бы нас действительно можно было полностью уничтожить пулей,то рассказывать истории не было бы уже смысла. Но каждый человек-это не только он сам,это ещё и та единственная в своём роде,совершенно особенная,в каждом случае важная и замечательная точка,где явления мира скрещиваются именно так,только однажды и никогда больше. Поэтому история каждого человека важна,вечна,божественна,поэтому каждый человек,пока он жив и исполняет волю природы,чудесен и достоин всяческого внимания. В каждом приобрёл образ дух,в каждом страдает живая тварь,в каждом распинают Спасителя.
Мало кто знает сегодня,что такое человек. Многие чувствуют это,и потому им легче умирать,как и мне будет легче умереть,когда я допишу эту историю.
Знающим я назвать себя не имею. Я был ищущим и всё ещё остаюсь им,но ищу я уже не на звёздах и не в книгах,я начинаю слышать то,чему учит меня шумящая во мне кровь. Моя история лишена приятности,в ней нет милой гармонии выдуманных историй,она отдаёт бессмыслицей и душевной смутой,безумием и бредом,как жизнь всех,кто уже не хочет обманываться.
Жизнь каждого человека есть путь к самому себе,попытка пути,намёк на тропу. Ни один человек никогда не был самим собой целиком и полностью; каждый тем не менее стремится к этому,один глухо,другой отчётливей,каждый как может. Каждый несёт с собой до конца оставшееся от его рождения,слизь и яичную скорлупу некой первобытности. Иной так и не становится человеком,остаётся лягушкой,остаётся ящерицей,остаётся муравьём. Иной вверху человек,а внизу рыба. Но каждый-это бросок природы в сторону человека. И происхождение у всех одно-матери,мы все из одного и того же жерла,но каждый,будучи попыткой,будучи броском из бездны,устремляется к своей собственной цели. Мы можем понять друг дурга,но объяснить можем каждый только себя.
(Демиан-Герман Гёссе)
