Инна Николаевна никогда не любила собак. Мало того, ее всегда раздражали женщины, выгуливающие собак, а нежные разговоры о них между сотрудницами руководимого ею отдела, ее просто выводили из себя. Особенно ей не нравились маленькие, комнатные собачки. Зачем они вообще нужны?! И как вообще можно жить в одной комнате с собакой? Это же летающая шерсть, грязь с улицы, запах псины! Нет, это не по ней! Она еще может понять владельцев больших собак, таких как немецкая овчарка, колли или, например, как лабрадоры, но зачем заводить этих шмакодявок?
Она не понимала сотрудниц, которые с умилением рассказывали о своих питомцах. У себя в отделе Инна Николаевна жёстко пресекала такие разговоры.
- Кончайте эти разговоры! Пришли на работу, так работайте, - говорила она обычно.
Для Инны Николаевны даже само слово собачники было как что-то пренебрежительно-ругательное.
А однажды ее удивила одна сотрудница. На работу опоздала, сидела с отсутствующим видом, не понимала вопросов, с которыми к ней обращались. Инна Николаевна сразу поняла: случилось, что-то серьезное, у женщины. Она подошла с сочувствующим видом и начала расспрашивать.
- Моя Тося под машину попала! – ответила сотрудница и заплакала.
- Боже мой! Какое горе! – вскрикнула Инна Николаевна, - Это родственница ваша?
- Это моя собака! – сквозь слезы ответила сотрудница.
Инна Николаевна нахмурилась и вышла из кабинета, а вернувшись, она строго сказала:
- Хватит тут мокроту разводить! Работать надо! Прекратите истерику! Было бы о чём горевать.
Она заметила, как другие сотрудники посмотрели на нее с осуждением, но сразу же опустили глаза в свои бумажки. А разве она не права? Почему должна страдать работа из-за собаки?
На одной лестничной площадке с Инной Николаевной жила глубокая старушка, Мария Павловна. Некогда она была известным человеком в городе, а сейчас одиноко жила всеми покинутая. Когда Мария Павловна еще могла выходить из дома, Инна Николаевна часто с ней разговаривала во дворе. Старушка всегда была со своей собачкой, маленькой, лохматой и вертлявой.
- Вот, - говорила она, - одна родственная душа у меня осталась! Майка моя! А все остальные разъехались, кто куда! Уехали и редко обо мне вспоминают! А Майка моя никуда от меня не уедет!
«Да, уж! – думала Инна Николаевна, - Это точно, что никуда не уедет! Кому же она нужна!» Собачка терлась о ее ноги и Инна Николаевна с трудом сдерживала себя, чтобы не отбросить ее в сторону. Она знала, что эту собачку соседка приютила у себя лет десять тому назад. Как-то она оказалась в их дворе. То ли кто-то выбросил ее, то ли она сама потерялась. Дело было в мае и у пришелицы как-то само собой появилось имя Майка. Может быть, она и была породистой собачкой, но документы она не предъявила, и породу ее никто не мог определить с достоверностью.
Мария Павловна была тогда не такая уж и старая, во дворе она проводила много времени, вот и подружилась с Майкой. Сначала ей еду приносила, а потом и к себе, в квартиру забрала. Часто рассказывала соседкам, какая смышленая собака ей досталась. Инна Николаевна не любила эти разговоры, да и во дворе время не проводила. Некогда ей. Работает, да и дом весь на ней. Молодые, сын с невесткой, не очень-то хозяйством занимаются.
А Марии Павловне с годами стало трудно выходить на улицу, ноги болеть начали, а лифта в их доме нет, трудно на четвертый этаж подниматься. Со временем она вообще выходить из квартиры перестала. Наташа, невестка Инны Николаевны, вечером заходила к ней делать уколы и, по просьбе Марии Павловны, выводила гулять Майку.