Фильм «Донская повесть» был снят в 1964 году по мотивам рассказов Михаила Шолохова «Шибалково семя» и «Родинка».
И скажу я вам: сюжет по накалу страстей не уступает трагедиям Шекспира. «Это настоящее кино. Мощное, сердечное и талантливое», – как писали о фильме критики.
А еще, сколько б я не смотрела эту замечательную киноленту, столько и мучает меня вопрос: а мог ли главный герой поступил по-другому?
Напомню вкратце сюжет.
Идет гражданская война. В донских степях отряд красного командира Кошевого преследует банду белых казаков. И вот однажды красноармейцы подбирают молодую казачку (ее играет Людмила Чурсина), обесчещенную бандитами. И пулемётчик Яков Шибалок (Евгений Леонов) сходится с ней. А вот когда Дарье наступает время рожать, то и оказывается, что она самая что ни на есть вражеская лазутчица. Намеренно затесалась в красный отряд, чтоб передавать сведения белой банде.
И вот тут-то перед Шибалком и возникает вопрос. Что делать с этой ведьмой, вражеской бестией? А с дитем? Его дитем, между прочим.
Этот вопрос решается в духе революционного времени. Дарью Яков Шибалок расстреливает. Ребенка отдает в детский дом.
Но это только внешняя канва. Есть еще удивительно глубокое психологическое наполнение образов. Их исключительная колористика, переданная прекрасными актерами. Обратите внимание, как исключительно фактурна Дарья в исполнении замечательной Людмилы Чурсиной. Этакая натуральная казачка: статная, полнотелая, уверенная в своей неотразимости. Совершенно великолепен и молодой Евгений Леонов. Он не играет, а буквально проживает трагедию маленького человека, у которого есть право на счастье, но который находится под гнетом долга.
Когда смотришь на эту пару, Дарью и Якова, понимаешь, насколько страшна и не однозначна ситуация, в которую они попали. Ведь люди, действительно, полюбили друг друга и могли бы быть счастливы вместе.
Особенно пронзительно эту трагедию передает Евгений Леонов. Столько боли в глазах его героя! Столько противоречивых чувств в его душе! Живет в его сердце ответственность перед революцией и товарищами по борьбе. В то же время и Дарью любит он и жалеет. И ребенка-то он не хочет оставлять в детском доме…
Вот и думаю я: а что если бы поступил Яков Шибалок по-другому?
Пошел бы против долга. По велению сердца. Забрал бы Дарью с ребенком да и спрятался бы с ними где-нибудь на хуторах. Затерялись бы, может быть. Конечно, шанс спасти и спастись, уцелеть от расправы и бандитов, и сотоварищей был бы минимален. Ну, а вдруг?
И если б это «вдруг» по велению щедрой судьбы случилось, не грызла бы всю жизнь простого станичника Якова боль о растоптанном счастье. А это непременно случится. Если, конечно, он выживет в мясорубке гражданской войны.
Бесспорно, Михаил Александрович Шолохов со мной бы не согласился. У него-то в рассказе все в точности, как и в фильме.
Согласно суровой исторической правде.