11 ноября случилось страшное. В полном соответствии со словами незабвенного Виктора Степановича Черномырдина "никогда такого не было, а вот опять", криптовалютная биржа FTX сообщила о подаче заявления о банкротстве. Согласно официальной информации, FTX Trading Ltd., Alameda Research и еще 130 аффилированных компаний начали разбирательство в соответствии с Главой 11 Кодекса США о банкротстве. Банкротство стало неизбежным после того, как 8 ноября более чем на 90% обвалился токен FTX, что повлекло за собой падение котировок абсолютно всех криптовалют.
Эта компания считалась третьей по масштабам среди действующих криптобирж. А ее владелец Сэм Бэнкман-Фрид некоторое время позиционировал себя самым молодым миллиардером в мире с состоянием в 22 млрд долларов. На момент текущего кризиса его активы несколько сократились – до 17,2 млрд, но теперь с уверенностью можно сказать, что их не осталось вовсе.
У этой печальной истории есть и политический подтекст, поскольку Бэнкман-Фрид являлся вторым по величине донором Демократической партии после Джорджа Сороса. По крайней мере, так следует из его публичных заявлений о вливании около миллиарда долларов в кампанию демократов. Можно не сомневаться, что близкие к республиканцам СМИ радостно "оттопчутся" на этой теме.
Падение титана криптобизнеса было стремительным и громким.
2 ноября на портале Coinbase был опубликован материал, доказывавший наличие у криптобиржи и компаний, аффилированных с ней, серьезных проблем с ликвидностью. В этом же материале прямо указывалось на проведение менеджментом FTX сомнительных операций, искусственно завышающих реальную стоимость активов группы компаний Бэнкмана-Фрида.
Дело в том, что бизнес Сэма Бэнкмана-Фрида официально разделен на две основные части: FTX и Alameda Research. Биржа и торговая площадка. Значительная часть активов Alameda формировалась за счет большого количества токенов FTT, которые выпускал FTX. Под эти активы фирма набирала кредиты. Когда тайное стало явным, оказалось, что капитализация Alameda Research, составляющая $14,6 млрд, обеспечена исключительно резервами FTT, причем по завышенной цене.
Как отмечают авторы "Тинкофф журнал": "Если говорить простыми словами, это значит, что руководство привлекало реальные деньги от крупных инвесторов и кредиторов, в числе которых известные и авторитетные фонды Sino Global Capital, Tiger Global Management, Third Point Ventures, предоставляя в качестве обеспечения виртуальные обязательства, не имеющие реальной ценности".
Но что еще хуже, FTX предоставила Alameda многомиллиардное экстренное финансирование, как предполагается, задействовав при этом клиентские средства.
Конкуренты сразу же начали продажу токенов FTT, сбрасывая ненадежный актив. Через несколько дней на фоне стремительного падения всех криптовалют Сэм Бэнкман-Фрид робко признался: "Простите, я облажался". Сложно сказать, как восприняли это признание инвесторы, потерявшие миллионы долларов, но "дыру" в 8 миллиардов долларов закрыть было просто нечем. Для примера, венчурная компания Sequoia Capital заявила о готовности списать вложенные в FTX $214 млн. Инвестиционная компания Coinshares фактически потеряла около $30 млн. Эти проблемы носят международных характер, затрагивая интересы инвесторов из США, Тайваня, Сингапура, других стран.
Уже первые дни расследования обстоятельств банкротства выявили удивительные вещи – отсутствие постоянной бухгалтерии в компаниях (все работало на аутсорсинге), ликвидацию служебной переписки и прочие странные истории, которые Бэнкман-Фриду еще предстоит объяснить.
Многие эксперты проводят параллели между банкротством FTX и Lehman brothers в 2008 году. Действительно, один из крупнейших инвестиционных банков США "играл" с отчетностью, искусственно завышая собственные активы. Но после его банкротства остались ликвидные активы, осуществлялся расчет с кредиторами. Более того, банкротство Lehman стало одним из отправных моментов создания новых правил регулирования рынка.
Что оставит после себя криптобиржа-банкрот, большой вопрос.
Резюмирует профессор ВШЭ Евгений Коган: "Нам кажется, что эти события могут стать поворотными в истории централизованных бирж. Правило too big to fall (слишком большой, чтобы упасть) в данном случае не сработало, а значит доверие пользователей к централизованным биржам может быть серьезнейшим образом подорвано. В целом это может спровоцировать отток ликвидности из всех экосистем, связанных с централизованными биржами. Но это будет потом, когда на рынках перестанут течь кровавые реки".
Анжелика Трапезникова, специально для "Вестника Кавказа"
