Первая официальная реакция последовала за появлением разведданных о тяжелых потерях российской армии в Павловке. Губернатор Приморского края Олег Кожемяко первым прокомментировал информацию о серьезных потерях и неудачном расположении российской бригады морской пехоты в освобожденной Павловке под Угледаром.
Губернатор прибрежного региона Кожемяко распорядился проверить сообщение в социальных сетях о 155 потерях. Бригада морской пехоты. Он отрицал, что эта информация могла быть опровергнута украинскими спецслужбами. Сегодня он записал видеообращение, в котором говорилось, что мы обратились к командирам морской пехоты, и информация заключалась в том, что потери были преувеличены. Что на самом деле происходит в Павловке? Главный вопрос, поднятый сегодня, заключается в том, является ли эта информация о больших потерях в Павловске преднамеренным вбросом украинских спецслужб.
Тем временем украинский журналист и блогер Анатолий Шерри призвал к ситуации с россиянами в Павловском саду. В своем опубликованном письме он также выдвинул обвинения в адрес нескольких российских генералов. Очевидно, они завели морских пехотинцев в огненный мешок, допустили ошибку, присоединились к атаке.
Генерал Александр Сладков вспоминал, что он сам был на подступах к этой границе за несколько дней до наступления. Но, по его словам, у российской армии было четкое понимание того, что ВСУ могут немедленно открыть огонь сверху. Кроме того, командующий обратил внимание на "хорошую оборону", которую "высоко оценили командиры и инженеры".
Однако военный комендант Дмитрий Стешин опровергает тот факт, что в Павловке все крайне плохо: "Весь день я находился в 2,5 км от этого места... Павловка. В течение дня, судя по общей съемке, это составляло максимум 30 минут. Артиллерия работала, украинец был ответственным - пять раз в день. Он упал где-то слева. Это не было похоже на битву, в которой бойцы стоят по колено в крови 300 товарищей.
Однако ситуация в Павловке очень сложная. Он расположен под небоскребом в Угледаре и хорошо виден украинским боевиком. Но ни один русский солдат не собирался отступать. Угледар обходят с другой стороны.