В первый год после Октябрьской революции коммунистам пришлось разбираться не только с белой контрой, но и с ретивыми большевиками, союзниками из числа революционных партий и пятой колонной, под большевиков косящих.
В хаосе 1917-1918 года каждый Остап Бендер спешил найти кожаные штаны с лампасами. И взяв маузер, строить советскую власть, добавив что-нибудь своё. Одна из таких историй произошла в виде национализации женщин.
В чудное мартовское утро 1918 года в Саратове, союзники большевиков - анархисты, испытали шок. Их тихий анархический дом, где находились органы советской власти, атаковали тысячи злобных женщин. Саратовки махали перед комиссарами листовками с революционным указом, а мужья и братья грозились революционеров побить.
Анархисты Саратов с удивлением прочитали собственный указ, в котором объявлялась национализация горожанок Саратова на дело мировой революции. И объяснялись щекотливые моменты тотальной любви. В частности, указ Совета депутатов предполагал отмену супружеского владения женой в возрасте от 17 до 30 лет.
Мужчинам города давалось право на посещение всех женщин, при этом мужьям предполагались льготы - талоны вне очереди. Одну национализированную даму саратовские мужики и красноармейцы могли посещать не более 4 раз в неделю и не более 2 часов за раз.
Женщинам, объявленным революционным достоянием, выплачивалась устойчивая заработная плата, а рожденных младенцев предписывалось забирать в ясельную коммуну. Предполагалось премирование и штрафы за интимные болезни.
Саратов встал на уши. Революционерам пришлось найти и публично расстрелять мелкого булочника Уварова, который решил высмеять новую власть, указом в качестве шутки. Но псевдоуказ разошелся по России, вызвав цепную реакцию советских властей. Местные комиссары решили - таково желание Москвы и надо взять по козырек первыми!
Во Владимирской губернии местные большевики национализировали женщин от 18 лет и создали бюро свободной любви, предписав дамам зарегистрироваться как в паспортном столе. Барышни оформленные как "сестры революции", получили право покинуть мужей и принимать любых мужчин до 50 лет.
При этом в городе ввели спецмандат красноармейцам, где каждый красный герой мог пройти в бюро и выбрать в картотеке десять девушек во внеочередном порядке.
В Москве появился "Декрет об обобществлении российских девиц", где текст начинался с мысли "что самые красивые женщины достались буржуям, и нарушается порядок производства людей эпохи мирового коммунизма".
Под этот указ хваткий псевдобольшевик Хватов выбил у советской власти дом под «Дворец любви коммунаров». Где обычные мужчины, которых в документах называли семейными коммунарами, за деньги посещали женщин. По сути хитрый делец замаскировал бордель.
Все эти факты ретивости местной власти дошли до самого Свердлова, председателя ВЦИК и второго после Ленина. Яков ахнул и приказал всех расстрелять исправить перегибы на местах, которые враги умело используют в пропаганде.
К концу года национализация женщин в России прекратилась, анархисты успокоились, а жены вернулись к мужьям. Но вплоть до 1920 года комиссия Сената США по большевикам изучала вопрос угнетения женщин в России. А белые печатали листовки, что в колхозах Ленина жены крестьян и крестьяне спят под одним одеялом в гигантском бараке.
С вами Лукинский I Живая История!
Палец вверх, подписка — неоценимая поддержка моего труда.
Группа Вконтакте | Одноклассники