С увеличением количества наград и самих награждаемых в Великой Отечественной войне в июне 1943 году было принято решение о реформировании наградной системы СССР. За несколько месяцев до этого, в начале того же года, в результате реформы военного обмундирования для всех военнослужащих Красной Армии стали обязательными погоны и новые знаки различия.
Требования приказа №240
Согласно июньского приказа 1943 года, изданного Наркоматом обороны СССР, свои награды военнослужащие красноармейцы должны были носить только на гимнастерках, мундирах или кителях. Исключения делались для гвардейских знаков, орденских лент, лент медалей, «Золотых Звезд» Героев Советского Союза, «Серпов и Молотов» Героев Соцтруда, которые крепились на шинели – но только не в боевой обстановке, на парадах.
Награды запрещалось крепить на ватники, полушубки, маскхалаты, кожаные пальто, танкистские комбинезоны и прочее. Боец и офицер, судя по этому приказу, должны были повседневно носить на своей форменной одежде (в том числе, полевой) медали «Золотая Звезда» Героя Советского Союза, «Серп и Молот» Героя Соцтруда (если, конечно же, воин был ими награжден), а также военные знаки отличия, свидетельствующие о количестве и характере их ранений, знаки «Гвардия» и отличника рода войск.
Все остальные ордена и медали по указу №240 носить в боевой обстановке не предписывалось, но и не запрещалось – их лишь требовалось заменить присвоенными наградам лентами и носить во время государственных праздников, а также в торжественных случаях. В указе подробно расписывается, в каком месте гимнастерки (кителя, мундира) должен располагаться тот или иной орден или медаль и какова должна быть последовательность размещения наград и отличительных знаков.
Фронтовые реалии
Как писал в своей книге «Униформа Красной армии» член-корреспондент Всероссийского Геральдического общества Павел Липатов, в действительности на фронтах Великой Отечественной солдаты и офицеры вместо орденских планок предпочитали носить на груди сам орден или медаль: во-первых, награда красноречиво свидетельствовала о заслугах воина, а во-вторых, в бою она вполне могла защитить бойца или командира от пули или осколка, и таких случаев на войне было множество.
К примеру, стрелка-автоматчика 618-го стрелкового полка 215-й Смоленской стрелковой дивизии Ивана Григорьева орден Славы спас от осколка мины, а у кавалера ордена Красной Звезды командира пулеметной роты Ивана Чертока в эту награду угодила снайперская пуля и он также остался жив.
Еще одна причина предпочтения реальных наград орденским планкам, по мнению историка Павла Липатова, более прозаическая – во фронтовых условиях эти планки надо было еще достать в военторге, а они считались дефицитом.
На правой стороне груди у достойных данной награды рядовых и младших командиров красовались обязательные для ношения как в боевых, так и в торжественных условиях щитовидные знаки отличных специалистов. По сведениям, приводимым Павлом Липатовым, с мая 1942 года и по июнь 1947-го их учредили свыше 20 – «Отличный пулеметчик», «Отличный танкист», «Снайпер»... Подобные знаки отличия на Великой Отечественной ценились высоко, ими гордились, а танкисты даже крепили «щитки» на свои комбинезоны, что формально считалось нарушением приказа No 240.
Авторы книги «Взвод пешей разведки» Наталья Шубина и Владимир Алексеев упоминали об обязательном правиле для уходящих на задание советских разведчиков – награды вместе с документами, письмами и фотографиями сдавать старшине.