Цвет для человека - игра, в которую он играет тысячелетиями, придумывая значения и связи красного с любовью, черного со страхами, зеленого с молодостью.
Начало истории цвета тут. Черный. Красный. Желтый. Зеленый. Синий. Фиолетовый. Белый.
Культурные игры с цветом везде: в политике и архитектуре, искусстве и религиях. И, конечно, на страницах книг - в художественной литературе.
Литература всегда трепетно относилась к белому. Вплоть до XIX в. с "цветными" эпитетами, описаниями, характеристиками поэты и писатели, народные творцы слова обращались в согласии с принятыми в культуре шаблонами. Так, например, «Божественная комедия» Данте – грандиозная метафора интеллектуального Проторенессанса. Великий итальянец развернул историю двух миров - Ада и Рая - в ахроматике черного и белого.
В божественном белом у Данте находятся смыслы всего лучшего для человека - добро, любовь. Так, задолго до Ньютона он интуитивно понял сущность света, придав этому пониманию поэтическую форму.
В эпоху Нового времени (вместе с прогрессом наук) трактовки белого пересмотрели и в литературе. Этот пересмотр не был резким, и устоявшиеся смыслы белого отчасти сохранялись. Так, например, в поэме «Мцыри» М. Лермонтов использовал образ белого голубя – библейского посланника доброй вести.
В стихотворении «Белеет парус одинокий» Лермонтов взял другой архетип - бесконечности пространства свободы.
В начале XX в. цвет ощутили мистично. Он снова напоминал писателям и поэтам о трагедии бытия. Например, у А. Блока белый цвет был аллегорией холода, тоски и смерти:
«… Впереди с кровавым флагом
И за вьюгой невидим,
И от пули невредим,
Нежной поступью надвьюжной,
Снежной россыпью жемчужной,
В белом венчике из роз –
Впереди Иисус Христос».
(Поэма «Двенадцать»)
Блоковский белый – страшное пророчество для нового порядка, новой власти, символ Судного дня.
Вне высокой поэзии - в сказках и массовой литературе - белый также обращался к жизни и смерти. Прекрасные белоликие красавицы умирали и воскресали, соединяя во внешней "белизне" - Снегурочка, Спящая Красавица, Мертвая Царевна, Белоснежка.
Не-живых и не-мертвых вампиров наделяли таким загадочным и философским цветом лица.
В следующей истории о белой живописи.