Но окончательное решение Маша уже приняла.
Спала Маша очень плохо. Проснулась разбитая, с головной болью. Поспать можно было еще, но Маша больше не могла ощущать рядом это тело. Запах тоже стоял так себе.
– Блин, вот, дрянь, – Маша в ванной рассматривала шишку на лбу. – Ладно, разберемся.
Маша вышла из дома. До смены было еще три часа. Кафе открывалось в 12. Обида, злость, отчаяние, ненависть. Чего только не было внутри. Маша побрела по родным улицам.
Погода была чудесная. Глаз радовала молодая, свежая зелень. Конец апреля. Уже совсем тепло.
Маша гуляла по аллеям, присела на лавку. "Нет, я не смогу с ним после всего это жить". Слезы лились рекой. Захотелось прикурить, но нельзя.
Зайдя в ближайший супермаркет, Маша выбирала себе к завтраку печенье, потом еще захотелось яблока, в общем, на время забылась. Зазвонил телефон, она вздрогнула от неожиданности, вернувшись в реальность. Это звонил Антон. Совершенно не хотелось ничего слушать, а тем более слышать его голос.
Маша упорно не брала трубку. Он стал писать. И снова звонить. И опять писать: "Любимая, возьми трубку. Я волнуюсь."
– Что? Волнуется? А вчера тоже так переволновался, интересно.., – Маша в недоумении пыталась понять что в голове у Антона.
Наконец, она сдалась.
– Алло, – спокойно подняла трубку Маша.
– Маша! Прости меня! Я не помню ничего. Помню, с ребятами простился и к тебе шел. Дальше как отрезало. Что случилось? Ты где? Голова раскалывается.
Маше стало очень его жаль. Хотелось принести воды и дать лекарство, но она вспомнила как вчера сидела в холодном и темном подъезде, потом катилась с лестницы, потом вонючее тело рядом и его рассказ про бомжа. Машу начало тошнить. И она выдавила из себя слова:
– Между нами больше ничего и никого нет. – Положив трубку, Маша облокотилась о стеллаж. Град слез катился по щекам.
Выйдя из магазина, Маша пошла на работу. В кафе уже был администратор и можно было приступить к заготовкам.
– О, Машка! Чего-то ты рано. Не выспалась? Синяки под глазами. И плакала что ли? Все нормально? – Вика продолжала сыпать вопросами.
– Да, да, все хорошо. Решила помыть плиту, вчера не успела вечером. – С улыбкой отвечала Маша.
Когда Маша приходила на работу, происходило преображение. Белоснежный китель, идеальные полотенца, любимый набор ножей и все проблемы и дела оставались у порога заведения со стороны улицы. В голове складывались планы действий, шаг за шагом. И Боже упаси кому-то перебить мысли посторонними вопросами. Машка злилась и ругалась, ибо всю цепочку приходилось выстраивать заново. Поэтому коллеги Машку ни за что не отвлекали ерундой, именно в этом состоянии она творила чудеса кулинарии. В эти рабочие моменты Маша могла мечтать о своем кафе и секретном джаз-баре, представляла как она будет готовить уже в своем заведении то или иное блюдо. И в мечтах работа ладилась. Гости приходили в заведение уже специально к Машке. А от этого хотелось творить еще больше и лучше.
Смена закончилась. Маша вышла на улицу. К телефону за весь день не прикасалась. Некогда, да и не хотелось. Конечно, под воротами стоял Антон с большим красивым букетом цветов. Маша молча подошла.
– Милая! Умоляю! Не поступай со мной так! Я свинья, мне нет прощения! Но прошу, не делай поспешных решений.
Машка и не делала. Антон решил, наверное, что она хочет избавиться от ребёнка, но никогда, ни за что на свете Маша не сделала бы этого. Такое решение было принято много лет назад. Своего рода, принцип.
– Антон, я не хочу, чтобы когда-либо вчерашнее повторилось. Я не заслужила такого отношения. И мне проще больше не иметь с тобой ничего общего, нежели жить в страхе.
Машка развернулась в сторону дома.
– Родная, прости меня. Никогда больше я не позволю себе так обращаться с тобой. Я выпил на радостях, сообщил друзьям, что мы собрались пожениться, вот и перебрал.
– Что? Пожениться? У нас не было такого разговора. – Маша удивленно смотрела на Антона.
– Ну, мне, кажется, что это само собой разумеющееся. У нас будет ребенок, значит, логично пожениться. Или я не прав? Вот и вышло что вышло. Я каюсь. Прости меня, котенок.
– Антон, у меня был сложный день. Я хочу домой. А ты иди сегодня к маме. – совершенно спокойным голосом говорила Маша.
– Я провожу, уже поздно.
– Я постоянно хожу домой одна. С чего вдруг сегодня тебя этот факт позаботил?
Маша двинулась с сторону дома. Антон поплелся следом, неся букет любимых Машиных цветов. Сердце Маши сжималось. Обида боролась с жалостью, а ненависть с любовью.
Всю дорогу шли молча. Заходя в подъезд, Машка посмотрела в глаза любимому. Но, кажется, где-то щелкнуло и эти карие, всегда милые сердцу глаза, сегодня и сейчас не принесли ей радости. Маша молча взяла букет и скрылась в подъезде...
Продолжение следует...