I
Последние несколько лет не только арт-сообщество, но и общество в целом стало очень полярным, люди разделились на группы с диметрально противоположными мнениями (антипрививочники и агитирующие делать прививку, те, кто топят за то, что у России есть свой путь и те, кто прозападные демократические ценности). А после 24 февраля и 24 сентября 2022 этот разрыв усилился в разы. Самые "прогрессивные" и "демократические" творческие люди, чей доход шел от западных покупателей и заказчиков, собрали чемоданы еще в марте и уехали за кордон, ибо они иностранные галереи и покупатели не поймут их, тут оставшихся. Эти персонажи, обосновавшиеся в Турции, Грузии, Сербии, Казахстане в соцсетях агитируют "валить отсюда, пока не поздно" и т.д., недоуменно восклицают, какие тут могут выставки-то быть и вообще, какой смысл тут теперь искусство делать? Кто-то только начал делать различные визы еще весной, кто-то летом и теперь обосновывается на новом месте и пишет про свой опыт релокации и имиграции.
Есть другая крайность - невероятная выставочная активность разных союзов художников, галерей, творческих объединений со своими групповыми выставками сборными-солянками, выставки про "всё будет хорошо", "осенний салон", "выставка монументалистов" и т.д..
II
Система современного искусства изначально ориентирована на демократическое общество (это про свободу слова, свободу собраний, свободу публично заявлять свои убеждения и продвигать их в политике) и является суть его производной. Последние ласточки акционизма, критикующие действия властей спешно покинули РФ весной 2022, дабы избежать уголовного преследования, а те, кто делал это более тихим образом переключились на всякие другие темы в своем творчестве. Это повлекло изменения в темах и содержании выставок. Публично показывать теперь можно "не всё". Соответственно, теперь и кураторы и художники находятся в страхе, как персонаж рассказа Чехова "Человек в футляре" под названием "как бы чего не вышло". Страх парализует, сковывает мыслительный процесс, отрубает критическое мышление, страх заставляет тянуться к простому, проторенному, знакомому, тому, что уже известно, понятно. Балансировать на зыбкой грани уголовных и административных правонарушений становится все сложнее, а потому те, кто на это заточен попросили убежища в "нормальных" странах, а делать "тут" скандальные выставки - больше не вариант.
Поэтому стало меньше тех, кто ловил хайп на политике (ой, выставку правохранительные органы проверили, давайте писать об этом всюду в соцсетях), легких перегибах "дозволенного", всяких публичных неолиберальных заявлениях средствами искусства. Зато проявляется много художников (особенно из провинции), кто занимается своим делом, не смотря ни на что, и многие из них делают довольно интересные искрение осмысленные работы.
III
Российские институции по современному искусству были калькой на институции такого же плана на западе. Но с тем отличием, что имея схожие наименования и функции, фактически смысл российских аналогов сводился к поддержанию собственных штанов (за редкими исключениями, конечно), а не выстраиванию системы ценообразования, вложений в имя художника, продвижение его на западный рынок, системы подготовки квалифицированных кадров в этой области, создания коллекции современного искусства. Итак, выход на запад закрылся, многие покупатели в страхе тоже покинули РФ, а у тех, кто остался сильно просели доходы.
Институции по современному искусству и школы при них стали рассадником образованного прекариата (это термин из книги "Прекариат Гая Стэндинга, 2011), бесконечной текучки волонтерских кадров, вакансий с трехмесячным испытательным сроком, дабы устроиться на должность с з\п, на которую не просуществовать (если, конечно, материальную базу существования твоего бренного тела не обеспечивают другие люди), легко заменимых девочек арт-менеджеров\администраторов, беспрекословно выполняющих все указания владельца. Теперь иллюзии, что можно делать карьеру при этих организациях рухнуло, да и сами перспективы существования таких организаций стали призрачными (давайте посчитаем, сколько галерей прекратили свое существование в 2020м и 2022 годах). Это заставило искать иные источники доходов и вынудило к релокации тех, кто не обладал какими-то особыми квалификациями, но как-то поддерживал свое существование при этой системе (а эти люди, кстати, и были основным контингентом, кочующим с вернисажа на вернисаж).
Сейчас галереи продолжают делать что делают, многие не пытаются даже менять свой формат. От экспозиций выставок веет ощущением скуки и бессмысленности происходящего. Вернисажи - попытка забыть про это все и вернуться в беззаботность. Мой компаньон говорит, что современных российских художников отличает полное отупение и какая-то беспричинная радость.
Государство давно перестало поощрять искусство и заигрывать с творческой интеллигенцией . очень похоже на ситуацию 1917 г вплоть до 20 года ,до конца гражданской войны. Свободно и бесконтрольно создавались произведения футуристов и другие направления в очень сложное время . Художники не имея заказчиков ,работали бесплатно . Тогда искусство было пущено на самотёк , властями поощрялось мнение и реакция народа. На модерн народ вообще не реагировал. Картины в дорогих рамах считалась буржуазным атрибутом . Обычно рамы отделялись от картин и и продавались на барахолках. Стоимость имели изображения голых женщин. Но этот хаос ,как определила свободное творчество тогдашняя власть, длился не долго. Большевики сообразили ,что нужна пролетарская культура ,эстетически красивая и имперская по духу и из оставшихся в стране художников сшили с своё узнаваемое искусство, но не революционное. Этот процесс с небольшими различиями происходит сейчас . Только наше государство пошло дальше . Через средства массовой информации были привнесены приёмы популизма.
Чтобы убрать всякое влияние западной культуры, было изменено законодательство таким образом, что деятельность лиц и организаций, приобщающих людей к ценностям европейской цивилизации стала практически невозможной (или может осуществляться в сильно усеченном виде). Профессиональному руководству знаковых музеев с помощью СМИ были навязаны дискуссии или диалоги с людьми активными из народа, но послушными, которые абсолютно не разбираются в совриске. Вспоминается как народ напустили на бедную ветку бедного Монастырского, и руководство музея . Ветку музей купил за 10 млн. рублей. Директору пришлось отдуваться и объяснять ,что деньги не бюджетные ,а право что и за сколько покупать принадлежит коллективу музея ,а не народу .Можно себе представить ,что было бы, если государство открыло народу шлюзы народного гнева ,указав как тратятся их кровные бюджетные деньги и развешивают всякую дрянь на стенах их любимых музеях. От ветки Монастырского опилок бы не осталось ,как и от него самого. Не говоря уже о квадратах. Но пока властям народный гнев не нужен
IV
Меньше инфоциганства. Хотя, конечно, это не очень этично называть таким словом курсы по продвижению своего творчества и сотрудничества с галереями. Те, кто их ведут все же сами получили этот опыт ценой своего времени и затрат энергии, а потому, конечно, это далеко отстоит от всяких "курсов успеха" раскрученных блогеров рунета. Но тем не менее, для многих консультирование других художников по вопросам творчества, обучение их современному искусству было хорошим финансовым подспорьем. Теперь, когда в Европе "Russian", "Moscоw-based artist" стало синонимом "хуже грязи", то и как-то теряется смысл всех этих курсов и обучения. Всем известно, что институции современного искусства в россии дышат на ладан. а госструктурам подавай православно-патриотичные выставки о традиционных ценностях, а не проекты, отсылающие к квир\фем повестке. Вот и получается, что существовать за счет знаний о современном искусстве стало гораздо сложнее, а, значит, многие покинут эту область.
V
Падение продаж. В сентябре 2022 релоцировались даже те, кто крепко стоял на ногах и чей бизнес был завязан на российских потребителях. В одном ТГ канале читала, что сейчас готовится третья волна эмиграции - самая страшная: эмигрируют те, кто покупал недвижку, хранил деньги в банках, кто инвестировал в свои компетенции, в свое дело. Люди задавлены страхом, находятся в испуге. Чтобы думать об искусстве и покупать его нужно несколько спокойное расслабленное состояние духа, уверенность, что завтра в твой дом не разбомбят, что завтра тебе не придется бежать в Верхний Ларс с паспортом и ноутбуком под мышкой, что через месяц твои доходы не будут равны нулю, а ты и твои дети не будут должны банку по гроб жизни. Тут уже не помогают никакие "картины по дружеским ценам" - это просто не востребовано сейчас обществом. Значит, что не будучи в состоянии продать свой "продукт" многие тоже будут переходить в иные профессии. А останутся те, кому по-настоящему нравится что они делают и кому действительно есть что сказать.
Текст: Мария Сивкова, Николай Сенкевич