Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Всякие россказни

Гордым шагом, на весу, сумку красную несу...

Ксения Фролова сидела перед кабинетом с табличкой «Главный врач Ю.А. Капушевская», и ждала, когда её вызовут. Первый этап собеседования она прошла в отделе кадров, на позицию фармацевта, и, теперь, главное слово оставалось за Капушевской. Ксения невольно задумалась. Фамилия «Капушевская» не такая уж и распространённая. С ней в классе училась одна Капушевская, только звали её Авророй…  Дети злые. Они Авроре прохода не давали и пели противными голосами: «Что тебе снится, крейсер Аврорааа, в час когда в школу идёшь ты ногооой», а девчонка, заткнув уши убегала. Ксения тоже пела эту песню. Боже, как стыдно! А в восьмом классе Ксения, которая была тогда Пряниковой, отбила от Авроры мальчика. Почему "от" Авроры, а не "у", сейчас узнаете. Коля трогательно ухаживал за Капушевской, портфель ей носил и отражал атаки тех, кто насмехался над её именем. Ксении захотелось такой же большой и светлой любви. Сначала она несколько раз попросила у Коли списать, а потом поцеловала его. В губы. Опере
Оглавление

Ксения Фролова сидела перед кабинетом с табличкой «Главный врач Ю.А. Капушевская», и ждала, когда её вызовут.

Первый этап собеседования она прошла в отделе кадров, на позицию фармацевта, и, теперь, главное слово оставалось за Капушевской.

Ксения невольно задумалась.

Фамилия «Капушевская» не такая уж и распространённая.

С ней в классе училась одна Капушевская, только звали её Авророй… 

Дети злые.

Они Авроре прохода не давали и пели противными голосами: «Что тебе снится, крейсер Аврорааа, в час когда в школу идёшь ты ногооой», а девчонка, заткнув уши убегала.

Ксения тоже пела эту песню.
Боже, как стыдно!

А в восьмом классе Ксения, которая была тогда Пряниковой, отбила от Авроры мальчика. Почему "от" Авроры, а не "у", сейчас узнаете.

Коля трогательно ухаживал за Капушевской, портфель ей носил и отражал атаки тех, кто насмехался над её именем.

Ксении захотелось такой же большой и светлой любви.

Сначала она несколько раз попросила у Коли списать, а потом поцеловала его. В губы.

Опередила Аврору.

Колю поразил первый опыт настолько, что он начал избегать встреч с Авророй.

С Ксенией он тоже связываться не хотел. Она чересчур смелая, с гордой походкой, и даже...наглая!

А он был из хорошей семьи.

Коля боялся на неё даже глаза поднять, прошмыгивал, как ветерок в туннеле, а Ксению это веселило.

Она пустила слух про поцелуй.

Только, по её версии, Коля сам её поцеловал.

Ничего не замечала Ксения вокруг: ни заплаканных глаз Авроры, ни всеобщего осуждения класса.

Картинка из свободных источников
Картинка из свободных источников

Всё ей было по барабану.

И даже, когда Аврора перевелась в другую школу, Ксения не замечала этого. Знала всё, и не замечала.

Стыдно-то как! 

Одна фамилия на табличке, а столько воспоминаний...

...Жизнь Ксении сложилась не сразу. Но, она не отчаивалась. Так и шла своим гордым шагом по жизни, с установкой, что она избранная, и ей можно чуть больше, чем другим.

Первый муж был Баранов.… Ох и весело было с ним! Только, какой из него муж?.… Так, товарищ.

Потом жила она с Ковальским.…

С поляками больше ни-ни!

Кое-как сбежала.

В чём была, в том и ушла… Хорошо ещё, прочитала полезную статью про "талак-талак-талак". Это когда муж может выгнать из дома плохую жену, произнеся эти слова. Поэтому жёны мусульман всё золото носят на себе, чтобы, в случае чего, унести побольше.…

Так и она, Ксения. Ушла от Ковальского, в чём была, и с чем была. Вернее, с кем. С трёхлетним сыном.

После Ковальского у неё словно крышу снесло. Стала скупать тряпки: куртки, сапоги, джинсы – всё то, на что он давал деньги весьма неохотно.

С годами страсть к покупкам не ослабла, а преобразовалась в поиск поразительных вещиц с изюминкой.

Если видела Ксения оригинальную вещь по сходной цене, тут же покупала этот эксклюзив.

Любила она реакцию людей на необычные вещи, и возвышалась в своих же глазах.

Купила себе Фролова сумку, на которую долго нарадоваться не могла.

Картинка из свободных источников
Картинка из свободных источников

Чуть ли у женщины из рук не вырвала, так сильно эта сумка Ксении понравилась!

Один раз торчащим каблуком даже пришлось ночью обороняться...

Она любовно погладила красную сумку, и продолжила размышлять.

...Теперешний муж, Фролов, – это удача после стольких мытарств.

Хороший человек, Фролов!

Вероятно поэтому она часто ловит на себе его осуждающий взгляд...

Фролов для Ксении, пожалуй, слишком хорош. Поэтому ей часто бывает стыдно перед ним...

Она подводит Фролова, когда является домой выпившая, в три часа ночи.…

И когда подруги её зовут посидеть часок в кафе, а она является лишь под утро...

Картинка из свободных источников
Картинка из свободных источников

Да… Фролов терпелив...

А предыдущий работодатель нет!

Он уволил Ксению за прогул, и даже причины не спросил, где она была, почему на работу не вышла!

А что бы она сказала? Не придумала…

Дверь кабинета осторожно приотворилась, и в образовавшийся проём просунулась зализанная голова секретарши.

– Ксения Леонидовна? Юлия Александровна просит вас проходить.

Ксения прошла мимо зеркала.

В нём отобразилась сорокалетняя женщина старше своих лет, с лишним весом и нездоровой кожей человека, который позволяет себе лишку во всём.

«Хоть в зеркало не смотри», поёжилась Ксения, прижав к себе любимую сумку.

– Можно? – спросила она вежливо.

И, не дождавшись ответа, прошла внутрь современно отделанного кабинета, к стулу для посетителей.

За столом сидела очень ухоженная, моложавая и красивая женщина.

Это она главврач? Да ей лет тридцать!
Картинка из свободных источников
Картинка из свободных источников

– Присаживайтесь!

Фролова теребила сумку и ждала. 

Тут взгляд её задержался на лице Юлии Александровны и подбородок начал непроизвольно подскакивать.

– Приступим? – серьёзно спросила главврач.

– Я... это… – начала говорить Ксения, – могу ошибаться… но…

Её ладошки взмокли от вида благополучной и уверенной в себе женщины.

Она с досадой глянула на это красное недоразумение, которое так обожала еще две минуты назад.

Сейчас своей дешёвой и безвкусной сумкой Ксения демонстрировала всю свою суть, дополняла и без того нелицеприятный образ, и это было сильнее слов!

– Вам нехорошо? – спросила Юлия Александровна.

– Не знаю… Ну вы же... Аврора?

В лице главного врача почти ничего не изменилось, если только, внутри глаз что-то предательски  метнулось.

– Вот так встреча! – изумилась Ксения, ощутив смесь внезапной радости и смертельного разочарования собой. Зашибись, они ровесницы!

– Вон ты какая важная стала, – заговорила Ксения, еле справившись с собой.

Она разглядывала одноклассницу со смесью зависти и восхищения.

От того, что человек был ей не чужой, поза Ксении стала более свободной.

Она откинулась на спинку стула, закинула ногу на ногу, а свою сумку сунула под стул.

– Ты стройная такая, и выглядишь хорошо! Молодо!

– Всё в наших руках, – сдержанно ответила главврач.

– Я никогда бы не подумала, что ты отважишься имя сменить! Смелая!

– Ну отчего же. Отважилась. Теперь я Юлия Александровна и только так.

– А фамилия, смотрю, прежняя! Не замужем? – заметила Фролова.

Юлия Александровна замялась.

– Нет.

– Понять можно. Столько лет в медицинском, интернатура, карьера. Это очень круто, Аврор!

– Ксения, прошу не называть меня так, – поглядывая на дверь, сказала она.

В любой момент могла зайти секретарша Люда.

– Здесь я – Юлия Александровна, и никто другой.

– Ну ладно, ладно, – тут же сдалась Фролова. А помнишь, как ты в школе всегда хотела быть медиком? За аптечку в классе отвечала, ногти ребятам проверяла и заставляла их руки мыть с мылом?

– Помню, – улыбнулась Юлия Александровна. – Верно. У Герки Клюева вечно чёрные ногти были, как у трубочиста.

– И я хотела тоже быть медиком, – вздохнула Ксения. – Завидовала тебе. Но меня вечно ставили дежурной, сменку с ребят  спрашивать...

– Зато ты никого не пропускала.

– А помнишь, Аврор, как я у тебя списать всё время просила, а ты мне не давала? 

– А ты за это песни про меня пела, в отместку. Помню, – усмехнулась Юлия Александровна.

– Жалко тебе было, что ли? 

– Да не то, чтобы жалко... Просто, обидно. Почему я должна учить уроки все вечера напролёт, а кто-то просто «на шару» хочет списать…

– Да, хорошие времена были, – ностальгически протянула Ксения и вдруг оживилась. – А давай после работы куда-нибудь сходим, поболтаем?

– Извини, Ксения, – серьёзно ответила Юлия Александровна, – я понимаю всей душой, что надо бы отметить встречу, да не могу. В другой раз. У меня занятость большая, забот полон рот. По ремонту больницы встречи, с проверяющими вопросы регулировать надо, я ведь ещё  консультирую, и смены в отделениях беру... – развела она руками.

– Да! Ты теперь большой человек, – по второму кругу завела Фролова.

– Что есть, то есть. А расскажи о себе, Ксения. Всё ли у тебя хорошо?

– Да! Живу в счастливом браке с мужем, он у меня золото. Понимающий. Есть сын Митька... Баранов, он в армии.

– Я рада за тебя. А по финансам как? Денег на жизнь хватает? А то… вид у тебя, Ксюш, уставший. Честно, не сразу узнала тебя. На улице бы мимо прошла. Кожа бледно-жёлтая, мешки под глазами… Опять же, лишний вес.

– Всё у меня хорошо, устала просто. Лишний вес от сидячей работы. Вот, решила найти работу подинамичнее, пришла устраиваться, а тут такой сюрприз!

– Фармацевтом пришла?

– Ну да, медикаменты выдавать из аптеки для нужд больницы, – подтвердила Ксения. – Опыт есть.

– Опыт, это хорошо,  – задумчиво сказала Юлия Александровна.

– Ну, так что? – с великой надеждой глянула Ксения.

Тут в дверь заглянула секретарь Капушевской.

– К вам Золин, – голосом повышенной значимости сказала Люда, – вы назначили ему встречу на час дня. 

– Да-да... – припомнила Юлия Александровна. – Спасибо, Люда.

– Ладно, я пойду, – привстала с места Фролова. – Сообщишь мне результат?

– Несомненно.  Только, у меня одна просьба…

– Какая? – с готовностью остановилась Ксения.

– Про Аврору ни слова. Никому.

– Ладно.

– Козырять тем, что мы учились в одном классе, тоже не надо.

– Поняла, – пообещала Ксения.

– Понимаешь, о чём я говорю? У меня статус. Субординацию соблюдай,  официальнее держись, особенно, когда в отделение попадёшь.

Ксения уже просто кивала головой, готовая пообещать, что угодно.

– Для всех я – Юлия Александровна. Помнишь, да?

– Конечно, помню. Я поеду, Юлия Александровна, а то у меня сегодня ещё одно важное собеседование, – зачем-то солгала она. – Я очень востребованный специалист. 

– Приятно было встретиться.

– До свидания, Юлия Александровна!

– Отдел кадров сообщит результат.

– Спасибо!

В кабинет главврача зашёл следующий посетитель, а Ксения, вздохнув, поехала домой к мужу. 

На следующий день, и потом, и ещё через день, никто не позвонил.

Полезные связи в данном случае оказались бесполезными.

Но, встреча не прошла для Фроловой даром.

Ксения приоделась, постриглась и  пошла на поклон к своему предыдущему работодателю.

Не хотелось больше быть страшилищем в чужих глазах!

Как же унизительно она выглядела на контрасте с Капушевской!

Преображение Ксении и её отдохнувший вид повлияли на то, что с ней хотя бы стали разговаривать.

Раскаявшуюся Фролову, под монотонные предупреждения о том, «что такое трудовая дисциплина и как её следует соблюдать», вновь приняли на работу. Правда, на декретную ставку.

Ксения не подведёт! И вообще, пересмотрит свою жизнь. Похудеет. Не будет есть копчёную грудинку на ночь и попробует поменьше курить.

Не будет огорчать Фролова! Это прям задача века. Таких как он беречь надо, он – один на миллион.

А всё потому, что некоторые встречи не могут быть случайными.

Они глаза людям раскрывают!

Ах, да, совсем забыла сообщить. Ксения в день беседы с Капушевской выкинула свою сумку.

Дорогие друзья, если рассказ Вам понравился, не забывайте ставить лайки и писать отзывы! 

Подписывайтесь на канал!

У нас тут душевно.

Интересный рассказ здесь

С теплом, Ольга.