Российская Федерация столкнется со внутренней дестабилизацией и неизбежной смутой.
К такому выводу, передает корреспондент «ПолитНавигатора», приходит российский либеральный социолог, двоюродный брат Бориса Немцова Игорь Эйдман.
«Россия проигрывает войну против Украины и гибридное противостояние с Западом. В этой ситуации новая русская смута становится практически неизбежной», – пишет Эйдман в своем телеграм-канале.
Кроме того, он затронул тему объявленного решения о выводе российских войск их Херсона.
«Лозунг «Хер(сон) с Россией навечно» теперь придётся отредактировать, а название города в нем уполовинить. Сладкий СОН о возрождении Российской империи развеялся под Херсоном. В зубах у Путина навечно остался только ХЕР. Именно с ним во рту он и войдёт в историю, не только как кровавый диктатор, но и как неумейка, лузер и неудачник», – язвит либерал.
Впрочем, экс-депутат Одесского горсовета Игорь Димитриев полагает, что на рейтинге Путина ситуация вокруг Херсона не скажется.
«Несколько месяцев меня уговаривали, что Херсон точно не вернут. Потому что его оставление спровоцирует какие-то страшные последствия. Авторитет Путина рухнет, рассерженные патриоты выйдут и свергнут власть и все такое.Вот сейчас увидим: ничего не рухнет, авторитет Путина больше поддержки СВО, а рассерженные патриоты сильно преувеличивают свое влияние на общество», – убежден Димитриев.
В свою очередь известный российский политолог-международник, председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике, директор по научной работе Фонда развития и поддержки Международного дискуссионного клуба «Валдай» Федор Лукьянов не исключает, что Россия может снова вернуться в Херсон.
«Оставляя Херсон, Россия не исключает его из Конституции. Юридическая основа для новых действий наступательного характера в этом регионе остается. Это довольно специфическая ситуация. Де-факто политическое решение принимается с условиями, которых мы не знаем, не будем гадать. Де-юре ничего не меняется — пока», – считает Лукьянов.
При этом он справедливо замечает, что могут возникнуть вопросы, не переместится ли в итоге империя «таким манером однажды ближе к Брянску».
«Этого никто не знает, довольно констатировать, что она не показывает признаков неподвижности и, главное, прочности», – признает международник.