Вчерашние печальные новости наша власть комментировала неохотно. На память приходят разве что слова Турчака, да кое-кого из Думы, остальные молчат (ещё была реакция от Кадырова и Пригожина). Промолчал и Путин, хотя и мог бы что-то ободряющее нам сказать, но, видимо, посчитал, что излишне что-то добавлять к словам генералов. Намного ярче за него сказали всё его поступки.
Для начала он окончательно отказался от поездки на G20. Решение это назревало давно, мы упоминали ранее, что тут вопрос безопасности едва ли не первостепенным был, но и последние события к этому не располагают. Возможно, он выступит по видеосвязи, вариант такой прорабатывается. Соответственно, можно сказать, что Путин явно не хочет там присутствовать, не имея твёрдой почвы под ногами в виде военных успехов, так как это основная тема его там пребывания была бы и наверняка Западом стала бы раздуваться. Также это косвенно можно интерпретировать как отказ от любых переговоров, которые активно навязывались, не смотря на наши ежедневные слова о готовности к ним.
Также есть и более призёмленные вещи: сегодня Путин дал срочное поручения Шойгу и Мишустину за 4 дня завершить задание по обеспечению армии всем необходимым. Поясним, что это не на 9 месяц очнулись, что ничего нет, там более широкая задача, например, наладить связь между производителями вооружений и отзывами пользователей. Также всплыла проблема, например, реальных потребностей в боеприпасах, проще говоря, на подразделениях были определённые рамки по расходованию боеприпасов, которые не всегда были корректными, это должно быть всё отрегулировано. Как и обеспечение современной связью, средствами разведки (теми же самыми беспилотниками и т.п.).
В целом же, можем констатировать, что Путин хочет получить более трезвый взгляд на ситуацию, избавленный от иллюзий, что у нас всё есть и мы всё можем. У нас сейчас есть месяц, когда нужно интегрировать правобережную группировку (только надо дать ей отдохнуть, ибо там многие с самого начала без отдыха), мобилизованных в единый механизм, который всем обеспечен, чтобы он мог продолжать выполнять задачи, а не отходить с невыгодных позиций из-за проблем снабжения.
Действия Путина говорят о том, что явно он не готов к заморозке, иначе можно было бы ограничиться теми средствами и силами, что были до октября, и не надо было бы тогда принимать непопулярные у многих решения о мобилизации и новые регионы в спешном порядке.
Через месяц погодные условия станут благоприятными для возобновления наступательных действий. На тот момент мы хотим видеть боеспособную группировку, обеспеченную всем, без проблем со снабжением, на удобных позициях, готовую к Победе. Возможно, что наверху признали, что просчитались с недооценкой противника, слишком поверили в неуязвимость своей армии (например, этому могли поспособствовать январские события в Казахстане, когда ОДКБ (читай, Россия) провела блестящую операцию, а также успехи первого месяца, когда были заняты значительные территории, которые впоследствии оказалось очень нелегко удерживать и снабжать силами, которые были в наличии). Скажем так, провели работу над ошибками, поставили «Ланцеты», «Герани» другие дроны, начали работать по энергоинфраструктуре и т.п., сменили подход , скажем так, обнулились, перезагрузились. Теперь второй заход, только уже с опытом и отсутсвием шапкозадирательства.