Тише, будильник, помолчи, я понял уже, что настало шесть утра, и мне пора вставать. Опять, к сожалению, мой рабочий день начинается с восьми часов, но, по крайней мере, сегодня только три пары, и освобожусь я пораньше.
Я встал с постели и направился на кухню. Нюшенька, разумеется, уже ожидала меня на своём законном месте около миски и недовольно щурилась, глядя на меня. Ну будет Вам, Ваше Величество! Я улыбнулся и ласково погладил её по голове, после чего щедро наполнил её миску кормом. Приятного аппетита, дорогая царица, надеюсь, теперь Вы позволите мне заняться собой, мне ведь нужно работать.
Прибыл на работу я вовремя, не опоздал. К первой паре должна была прийти та самая группа, которая вчера как бы наводила в кабинете порядок. Юноши, помогавшие перетаскивать парты, клятвенно обещали прийти сегодня и помочь их вернуть на место. Но прийти таки не соизволили. Девушек напрягать подобной тяжелой работой было бы слишком уж жестоко. Но тут на помощь пришли ребята из другой группы, и проблема была решена.
Домашнее задание, естественно, было проигнорировано. Я возмутился их нежеланию хотя бы немного потрудиться для того, чтобы заработать себе нормальные оценки, отругал их – и за вчерашнее нежелание наводить порядок, и за сегодняшнюю лень, и начал читать лекцию.
Вот и вторая пара. Впрочем, ничего нового – с домашним заданием эти юные гении поступили в стиле своих предшественников. Я сокрушенно покачал головой, вооружился хорошо заточенным карандашом и выписал изящные двойки.
Господа студенты внезапно обиделись, заявив, что это нечестно. Я в ответ недоуменно приподнял брови и предложил им подать на меня в суд, но они почему-то не захотели.
Правда, рисунок на доске они мне красивый оставили, истинный шедевр, да.
Третья пара прошла несколько успешнее. Данные товарищи оказались благоразумнее остальных – помогли занести оставшиеся парты и стулья, немного навели порядок и спокойно позанимались. Всё как положено.
Встретил ещё студенток, которым предлагал поучаствовать в конференции. Они, как выяснилось, испугались, представив, что им придётся выступать публично, и робко сказали, что участвовать, скорее всего, не будут. Я успокоил их, посоветовав не бояться, и предложил ещё подумать, время ведь ещё есть в запасе.