Александр Петров — о важном аспекте скандального кейса.
Передача допингового дела Камилы Валиевой из-под юрисдикции РУСАДА на рассмотрение в арбитражный суд в Лозанне — ожидаемое и, наверное, неизбежное событие в той парадигме, в которой сюжет развивался последние девять месяцев.
Подробностей дела в открытом доступе или даже инсайдов о доказательной базе или линии защиты практически нет: версия с дедушкой Камилы, принимавшим триметазидин, всплыла еще аж в феврале — нет гарантий, что за это время стратегия юристов Валиевой не изменилась. Поэтому любой прогноз по этому делу — автоматически переход в разряд спекуляций. Единственное, о чем можно говорить, так это о балансе вероятностей, который часто встречался на страницах печально известного доклада Макларена. Если следовать ему (и здравому смыслу), то вероятность того, что РУСАДА приняла решение в пользу Валиевой, но не опубликовала его, гораздо ниже, чем вероятность сценария, при котором РУСАДА просто не приняла решение, понимая, что Камиле придется вынести обвинительный вердикт.
Российский спорт уже давно стал частью политической повестки. Еще острее в этом контексте воспринимаются события на Олимпиаде, где медальный зачет в глазах смотрящего ее раз в пару лет населения равен рейтингу силы и успешности государства. Потому спорт в России вынужден жить по правилам «реакции ядерного электората» на любую значимую новость. И этому электорату гораздо легче продать историю, где сюжет строится на тезисе:
«нашу чемпионку ЧЕРЕЗ ГОД (!) после Игр лишили золота. Западные приспешники ада не гнушаются уже ничем!! 1!»,
чем даже во время Пекина, где шок и смятение от найденного допинга вызывали смешанные чувства и непонимание происходящего. Сейчас же в сознании большинства Камила — олимпийская чемпионка без всяких звездочек после фамилии. Сакрализация гонимого подростка задолго до начала разбирательства по существу стала общим местом, а подробности дела больше половины обывателей как раз и помнит на уровне «злой запад строил козни нашей девочке».
В этой связи затягивание дела еще на несколько месяцев и его рутинизация — к моменту принятия решения уже пройдет полноценный фигурнокатательный сезон — вполне желаемая тактика.
Сама РУСАДА все это время находилась перед сложным конъюнктурным выбором. С одной стороны, национальное антидопинговое агентство имеет шансы на восстановление уже в декабре 2022-го. Выносить в такой ситуации крайне спорный оправдательный приговор Валиевой (как ни крути, а допинг из ее пробы никуда не денется), который вызовет почти гарантированное неприятие у WADA и других западных спортивных институтов — рискованно.
Но также очевидно, что в нынешней ситуации признавать Валиеву виновной (в случае ее виновности, разумеется) внутри страны никто не будет — не для этого выстраивался весь ее образ жертвы. Если что, я не про программу с капюшоном, а про темник, по которому отбивается этот сюжет на уровне (про)государственных СМИ и чиновников от спорта. Представить, что РУСАДА в нынешних реалиях пойдет наперекор всей системе, представляется сюжетом из фантастического фильма.
«Умывание рук» — дальновидный дипломатический ход. Итоговое решение будет принимать институция с максимально возможным уровнем доверия (как бы ни хотелось верить в обратное депутату Терюшкову). Одновременно то, что решение будет принимать CAS — ситуация win-win для наших спортивных чиновников. Оправдают — железобетонное доказательство правоты, которое практически не оспорить, и огромная репутационная победа. Решат, что виновна — заплачку в стиле «наших бьют» можно будет выкрутить на максимум.
Идеально в духе времени.
«Триксель-пиксель» — телеграм-канал Александра Петрова, где фигурки еще больше