Хороший шанс одержать победу на сегодняшних промежуточных выборах в США, судя по всему, имеют республиканцы — однако это вовсе не означает, что американская политика поддержки Украины должна как-то резко измениться.
Сторонники изоляционизма во внешней политике есть в обеих главных партиях США. Так было и более века назад, так это остаётся и сегодня. Но в обеих партиях они на сегодня являются подавляющим меньшинством, хотя и сравнительно громким.
Вспомним недавний скандал с письмом левых демократов президенту Байдену, когда документ пришлось отозвать, объявив его рассылку ошибочной, а позицию подписантов публично осудил даже Берни Сандерс.
Когда в апреле Конгресс голосовал по использованию для поддержки Украины попавших под санкции российских активов в США, против высказались только 8 членов Палаты представителей.
Четверо из них были республиканцами, а четверо демократами. Среди республиканцев это были, например, ярая трампистка Марджори Тейлор-Грин и либертарианец Томас Масси, а среди демократов — крайне левые, так называемый «взвод»: Александрия Окасио-Кортес, Ильхан Омар, Рашида Тлаиб и Кори Буш.
Кстати, схожую картину можно было наблюдать и в Европарламенте, когда тот в начале марта принимал резолюцию в поддержку Украины и её членства в Европейском Союзе.
Против проголосовали всего 13 депутатов. Из них пара ультраправых — ковидоскептик из Италии и выходец из греческих фашиков. А остальные — крайне левые: португальские и греческие коммунисты, представители немецких Линке и т. д.
Крайности политического спектра сходятся. Опорой Кремля в мире остаются крайне правые и крайне левые, красные и коричневые, слипающиеся в одну кроваво-бурую массу.
Одни чувствуют глубокое идейное родство с поклонником Ивана Ильина, а другие уж слишком не любят капитализм, глобализацию, НАТО и либеральную демократию — и потому, подобно Оливеру Стоуну, готовы в любом коррупционере с золотым батоном видеть героического борца с коварным колониализмом и неолиберализмом.
Пока в США обе эти группы в парламенте относительно маргинальны — принципиальное же значение будут иметь президентские выборы 2024 года, когда в Белый дом попробует вернуться Дональд Трамп.
Александр Гнездилов