Дошедшие до нас меднолитые панагии не отличаются разнообразием оформления: на внутренней стороне их нижней створки находится изображение Богоматери Знамение, на внутренней стороне верхней створки – Троицы, а на наружной стороне верхней створки – Распятия (рис. 1, 1). Композиции заключены в кольцевые рамки с начальными строками богослужебных текстов: вокруг Богоматери Знамение – песнопения «Достойно есть» – «достоино єсть ѩко воистиноу блажити тѧ богородицє присноблажєнную i принєпорочн[ую]»; вокруг Распятия – ирмоса этого песнопения – «чєснєiшу хєрувiмъ i славнш[у воистину сєрафимъ]»; вокруг Троицы – стихиры праздника Пятидесятницы – «видєхомъ свѣтъ истинныи, и приѧхомъ духа нєбєсныи, обрєтохомъ вѣру истинную». Иногда встречаются панагии, на которых вокруг Богоматери Знамение помещены символы евангелистов, а кольцевая рамка содержит поясняющую надпись с их именами – «єванъгєлстъ матѳєi євангилист марко (клеймо) єваньглистъ лука євангилистъ иоанъ» (рис. 1, 2).
Но особый интерес вызывает уникальная створка панагии с надписью по кругу (рис. 1, 3): «чстнаго и славнаго єѩ знамєниѧ ижє б[---]єликомъ градє» (ч(е)стнаго и славнаго ея Знамения иже б[ысть(?) в Ве]ликом [Нове] граде). Надо полагать, что извод Богоматери Знамение конкретизировался создателем панагии до Новгородского ее образа, а текст на рамке представляет собой часть отпуста, некогда читаемого на праздник, заимствованного из богослужебной книги. Достаточно близкая аналогия имеется в рукописном сборнике богородичных отпустов XIX в. (рис. 1, 4): «Господи, Iисусє Христє, сынє Божiи, молитвъ ради прєчистыѧ ти матєрє, чєстнаго и славнаго єѧ Знамєнiѧ, ижє от иконы єѧ бывшаго в Вѣликомъ Новѣ градѣ и всѣх свѧтыхъ помилуи и прочєє».
Как известно, первые чудеса этой иконы произошли зимой 1170 г., когда Великий Новгород был осажден войсками князя Андрея Боголюбского и его союзников. Из-за неравенства сил шансов отстоять город у осажденных практически не было, и они молили Бога о помощи, ожидая небесного заступничества. Согласно преданию, на третью ночь осады архиепископ Новгородский Иоанн услышал глас, повелевший ему вынести из церкви Спаса Преображения на Ильине улице икону пресвятой Богородицы и обнести ею крепостную стену. Утром архиепископ послал протодьякона и клириков в упомянутую церковь, чтобы принести оттуда икону Богоматери, а сам стал служить молебен. Однако, несмотря на все усилия, посланные за иконой не смогли сдвинуть ее с места. Тогда сам святитель Иоанн во главе крестного хода пошел в церковь Спаса, где упал на колени перед образом Богоматери, взывая:
– О Премилостивая владычица Богородица, упование и заступница граду нашему, не предай нас за грехи наши врагам нашим. Но услыши плач наш и пощади людей твоих!
И икона сама сдвинулась к архиепископу. Святитель Иоанн взял в руки чудотворный образ и понес на крепостную стену, поставив лицом к нападавшим. Осаждавшие выпустили тучу стрел, и одна из них поразила священный лик. И тогда совершилось еще одно чудо: икона обратилась сама ликом к новгородцам, и из глаз Богоматери потекли слезы. В этот момент врагов охватил ужас, и те, побросав оружие и побивая друг друга, стали поспешно отходить от города. Ободренные знамением новгородцы открыли ворота, бросились на врагов и разгромили их. В честь заступничества, оказанного Богоматерью Новгороду, архиепископ Иоанн установил празднование, но так как 25 февраля (день, когда совершилось это событие) почти всегда приходится на сырную седмицу или Великий пост, то праздник перенесли на 27 ноября (10 декабря).
Василий Коршун
Альманах ДЕНЬГА № 36 / 2022