За последнее время в России заметно вырос интерес к японской культуре. При упоминании Японии в голове появляются образы самураев, ниндзя, горы Фудзи и суши. Надо заметить, что образ этой страны в целом очень самобытный и романтичный. Однако из-за возросшей популярности аниме у многих появилось желание погрузиться в Японию несколько глубже, узнать страну получше. Ведь не может быть всё так однобоко и просто. На этих чудесных островах проживает не сильно меньше людей, чем в России, а их история настолько же богата, как наша.
Качество жизни и её продолжительность в Японии невероятно высокие. То же можно сказать и про уровень образования. Поразительно, но Япония занимает третье место в рейтинге самых развитых экономик. Она обошла Германию и Великобританию, а выше только несомненные гиганты: Америка и Китай. Мальчики и девочки усердно учатся, а мужчины и женщины почти весь день проводят на работе. Отчасти отсюда и возникает это «экономическое чудо».
И всё же в этой, казалось бы, сказочной стране безусловно есть свои проблемы. Существует много международных рейтингов гендерного равенства, и почти во всех них страна восходящего солнца остаётся далеко позади. Почему в Японии до сих пор существует неравенство между мужчинами и женщинами и как оно проявляется? Постараемся разобраться в этих вопросах.
Для начала стоит вспомнить самые яркие случаи несправедливого отношения к женщинам в Японии, которые освещались у нас в новостях. Когда проводились Олимпийские игры, бывший премьер министр Японии Мори Ёсиро сказал, что женщины не занимают высоких должностей из-за несерьезного отношения к работе: уж больно много болтают.
«Если мы увеличим число женщин-членов совета директоров, мы должны сделать так, чтобы их время выступлений было несколько ограничено, им трудно закончить речь, что раздражает», — сказал Ёсиро Мори.
Потом он попытался сгладить свою фразу новым замечанием о том, что у них в отделе женщины дают полезные советы, лишнего не говорят и «знают своё место». Однако Ёсиро сделал только хуже, после этого на него обрушились гневные посты в интернете, которые сопровождались хештегом «женщины которые отказываются знать своё место». Через неделю его уже публично осуждали главы крупных компаний и знаменитости, и ему пришлось покинуть пост главы оргкомитета Олимпийских игр. Хотя это не единственный случай: можно припомнить Ёсиро его высказывания в 2001 году, которые стоили ему поста премьер-министра.
Был ещё один «отличившийся» с Олимпиады — Сасаки Хироши. В японской медиаиндустрии есть одна безумно известная актриса — Ватанабэ Наоми.
Безусловно, она не худая, но отчасти на этом построен её харизматичный образ. Ватанабэ должна была участвовать в церемонии открытия Олимпийских игр, а Сасаки Хироши предложил ей надеть костюм поросёнка и назвать всё это это дело «Olympig». Хоть он и извинился перед всеми, сказал, что не хотел кого-либо обидеть, и даже пояснил, что ему показался такой образ Ватанабэ очень милым, шутку никто не оценил. Она так же стоила ему поста креативного директора открывающей и закрывающей церемоний.
Два этих случая с Олимпийских игр на самом деле содержат несколько разные проблемы. В первом есть чёткое обвинение женщин в их несостоятельности как работников. А во втором — грубая оценка внешности женщины.
Таким образом, мы издалека подходим к истокам современного японского общественного устройства, где у женщины, как и у любого человека, есть своё определённое место. Именно оттуда произошло японское послушание.
В период Эдо (17—19 вв. до н.э.) в плане правил и устоев всё было вообще очень строго. Так, в Японию пришли конфуцианские идеалы — уважение старших по возрасту и званию. Во главе страны сидел сёгун, у него были подчинённые самураи, которые диктовали законы на своих территориях. Они прописывали буквально всё: кроме привычных любому человеку законов «не убей», «не укради», были даже такие, которые предписывали, какую одежду, обувь и причёску должен носить человек определённого сословия. Обратите внимание на то, как одеты люди на картине Хокусая. Так и начало закаляться послушание японцев. Тогда у женщин не было даже намёка на какую-либо самостоятельность, всё за них решали мужчины. Конечно же, были влиятельные женщины, но своё положение они получали только благодаря своим мужьям.
Однако с падением сёгуната в 1868 году начался период Реставрации Мэйдзи. Власть от сёгуна перешла к императору, а тот, в свою очередь, стал смотреть на запад. Начались социальные реформы и можно было ожидать, что наконец женщины получат хоть какие-то права. Что же, можно сказать, что примерно так и случилось. Теперь общество давало женщинам возможность принимать самостоятельные решения в своей жизни. И всё же, как и в остальных странах того времени, женщина всё ещё была по статусу ниже мужчины. Просто представьте себе россию в самом-самом начале двадцатого века — то же было и в Японии.
Дальше началась Вторая мировая. В любой стране в военный период нарушаются основные права человека, так что можно даже не обсуждать это. А вот на что действительно интересно обратить внимание, так это на межличностные отношения людей. Безусловно тоталитарный режим милитаристской Японии очень сильно повлиял на всех японцев. В сражение вкладывались все ресурсы, в том числе и тела. Мужчина занят на производстве и воюет, женщина — рожает. На плечи женщин легла очень сложная задача: нужно было следить за хозяйством, в условиях ужасного голода заботиться о детях и рожать новых. Да-да, именно так. Не смотря на то, что были проблемы с ресурсами, японское правительство уделяло женщинам так много внимания, как никогда раньше. Была поставлена весьма простая в осмыслении, но сложная в реализации задача — увеличить население. Женщин тогда называли «фертильным батальоном». Звучит грубовато в современных реалиях, но всё было очень серьёзно и строго. Правительство Японии, конечно, отдавало себе отчёт в том, что население уж очень большое, и всё же активисты, которые выступали за популяризацию противозачаточных средств, подвергались репрессиям. Политика гласила, что Япония — это одна большая семья и считалось, что ограничивать рождаемость этически неприемлемо. По программе, принятой в 1941 году, население должно было почти что удвоиться, то есть возрасти с 50 млн. до 100 млн. Женщины тогда и так рожали по статистике около четырёх детей, а к 1961 планировалось, чтобы рожали по пять. Для этого специально опустили брачный возраст и запретили разводиться. После поражения мужчины вернулись домой, производство стояло. В 1947 году власти сделали немыслимое на то время — они разрешили аборты. Формально новая конституция даже гарантировала полное правовое равенство между мужчинам и женщинами. Благодаря этому решению по статистике женщины стали рожать в два раза меньше — около двух детей. Что удивительно, этот результат был достигнут без каких-либо насильственных мер, как это произошло в Китае, только с помощью пропаганды.
Теперь давайте наконец отойдём от истории и вернёмся к реальности. Женщины в японской истории редко рассматривались как отдельные люди, чаще всего они принадлежали мужчинам. Сейчас каждый выбор принадлежит женщине. Всё стало на порядок спокойнее и лучше: теперь никто не скажет японке, что «часики тикают». Напротив, никто не торопится рожать, сначала нужно хорошо поработать. Кстати, вполне логичный довод экономистов о том, что женщинам обрезают зарплату из-за вероятности, что они могут уйти в декрет, кажется скорее притянутым за уши в этом контексте: рождаемость-то низкая. Но и эта проблема постепенно решается. Раньше зарплата женщины составляла около 65% от мужской, сейчас в среднем это все 80%. В Японии происходит демографический кризис и население стареет. Чаще всего именно старшее поколение бурно реагирует на то, что феминистки рушат традиции и устои. В Японии даже есть даже министерство по гендерному равенству, которое возглавляет Марукава Тамаё (выступает под девичьей фамилией). Однако сама Тамаё придерживается традиций. Был случай, когда она заявила, что женщина при вступлении в брак должна принять фамилию мужа. До сих пор маленьким девочкам в Японии ставят в пример хороших и послушных домохозяек, но всё чаще вырастают такие женщины, которым это не совсем по душе.
И тут мы должны наконец дать себе отчёт в том, что Азия — это не Европа. Традиции и повседневная автоматизация лежат в основе их менталитета. Этому подвержены все без исключения, не только женщины. Поэтому сложно сказать, какой оборот примут западные движения феминизма и ЛГБТ. Скорее всего их в какой-то момент примут, но будет это очень нескоро. Дело ведь в том, что у нас в западном мире признают, что мужчины и женщины различны во многом, но вовсе не уступают друг другу: где-то лучше одни, где-то — другие. А в Японии считается, что нет такого дела в котором женщина была бы лучше мужчины. Максимум, наравне, но никак иначе. Но по чуть-чуть ненасильственным методом женщины всё больше отвоёвывают себе равное отношение в обществе. Едва ли что-то быстро поменяется в ближайшее время, но можно сказать точно, что это произойдёт.