Сегодня ,на 92-м году жизни, мы проводили в последний путь жительницу нашего села Анну Кирилловну. Она прожила долгую жизнь, вышла замуж в Долговку, работала в колхозе телятницей. Много лет пела в нашей фольклорной группе "Сударушка". Я отыскала её воспоминания и предлагаю вам ознакомиться.
"Я родом из деревни Никольское – 2. Родители мои оба никольские. Отца звали Ягубов Кирилл Семёнович, он с 1904 года, а мама – Лидия Васильевна, 1908 года рождения. Мама за отца рано вышла замуж, лет в 17, потому что старший из нас – брат Миша – родился в марте 1926 года. Я родилась в 1931 году, Толя – в 1936, Тоня – в 1939 году. Наш отец работал в колхозе имени Войкова, так назывался никольский колхоз, счетоводом. Мама тоже работала в колхозе на разных работах. О том, что началась война с немцами, я услышала от людей на улице. Отца забрали позже, а вот отцова младшего брата в каком-то из первых наборов. Запомнилось, что дядя пришёл к нам, а на стене у нас колокольчик висел. Он в этот колокольчик позвонил и говорит: «Мы немцев разобьём»… Дядя вернулся живым с войны. А отца как забирали, хорошо помню, и даже точно дату помню: 20 сентября 1941 года. Из Никольского их повезли на бричке до Куртамыша, и до Таволжанки я ехала у папы на коленях. Помню, когда папа только ушёл на фронт, Толику ещё и пяти не было, говорил он не очень чисто. И вот стал часто закрываться в горнице. Я решила подглядеть – у нас в дверях большая, в палец, щель была. Вижу: он стоит на коленках, крестится и чего-то бормочет. Я прислушалась, а братишка… молится: «Зоподи (то есть, Господи), спаси папку моего. Зоподи, спаси папку моего…» Молился, значит, об отце. Только не спас Господь, погиб папка наш осенью 1943 года. Пришло нам извещение, что пропал он без вести. Остались от отца только письма. Много приходило писем, часто он писал. И мы ему писали. Шла такая война, сильные бои, неразбериха, а вот письма доходили почти всегда, с фронта в тыл и обратно. Мама в войну не работала в колхозе, а была почтальоном. Все горькие и радостные вести узнавала первой. За корреспонденцией ходила пешком в Маслово. Её прихода ждали с нетерпением. Трудно ей было, даже морально: кому ведь что принесёт – то письмо, а то – похоронку. Не знаю, как где, а у нас в деревне война ни один дом не обошла, почти в каждом хоть кто-то убитый. В войну, помню, переели всё, что можно: камыш, поляк. Держали мы хозяйство: корова была, овечки, поросёнок. Вроде и было, что есть, но просто так, сколько хочется, не попользуешься. Молоко – 300 литров - надо было сдавать на маслозавод (в Маслово возили), овечью, свиную шкуру надо было сдавать, и мясо сдавать по военному налогу. И ещё деньгами налог платили. Что удивительно, погода будто старалась нам помочь, днем, бывало, жарит, ночью мочит, днём опять жара. И всё росло, что в землю ни посади. Мы много сажали овощей, а особенно картошку. Засадим ею огород и ещё где-нибудь участок расчистим и весь засадим картошкой. Раньше ведь не под лопаты сажали: лошадь идёт с плугом, мы идём позади и картошку сажаем под плуг. По 1000 вёдер накапывали, и за зиму всё съедалось. Муки ведь почти не было. Мы картошку сочили, отжимали, добавляли немного мучки и из такого «теста» стряпали алябушки. Ну и коровка выручала. От сдачи молока немножко всё равно оставалось. Никакой обувки не было, помню, если маме удавалось как-то утаить от налога свиную кожу, она её выделывала и шила нам обутки. В них поначалу выйдешь – вроде ничего, нормально, а на солнце их высушит – они и съёжатся. Летом 1943 года забрали на войну старшего брата Мишу. Ему было только 17 лет. Мама ещё, помню, писала весной отцу, что боится, как бы Мишу не забрали. Отец прислал ответ: «У нас таких, как Мишка, уже полно, удивительно ещё, что так долго не забирают». Миша служил моряком на Балтийском флоте на большом корабле. В войну я училась в школе, в 5-й класс пошла в Куртамыше, а в 1945-м училась в Долговке. Жила я на квартире у Михаила Фролова по ул. Октябрьской. В доме было радио. Тогда уже все жили ожиданием близкой Победы, по радио всё время передавали, что наши уже на подходе к Берлину. Я по радио и услышала про Победу. Помню, мы всей школой пошли в центр села на митинг, на площади собралось много людей, жителей села. День был пасмурный, дождик чуть моросил. Но погода нисколько не умаляла нашей радости и ликования. Радовались, конечно, все. Но и слёз было много, ведь столько людей погибло. В нашей деревне так много людей не пришло с войны!"