В Симферополе состоялось открытие памятного знака в честь исторического деятеля XIX века Андрея Фабра
24 января 1863 г. в Симферополе умер Андрей Яковлевич Фабр. Вскоре, 30 ноября 1864 г., в полном соответствии с завещанием покойного, в нашем городе открылся приют для мальчиков. Он просуществовал вплоть до Гражданской войны, когда и был разграблен. Погиб в лихолетье и личный архив Фабра, хранившийся здесь. Однако дом, где находился приют, сохранился, он и сейчас стоит в самом центре Симферополя: здесь располагается Министерство образования, науки и молодёжиРеспублики Крым. Маленький переулок возле бывшего приюта когда-то, как и сам приют, тоже носил имя Фабра, а сейчас он так нелепо именуется... Совнаркомовский.
На излёте осени 2022 года завершилась реставрация этого исторического здания в указанном переулке под цифирью «3». И намедни на новеньком фасаде появилась чёрная памятная доска, гласящая: «Этот памятник истории возведён на средства Таврического губернского прокурора Андрея Яковлевича Фабра (20.08.1789—24. 01.1863), завещанные им на устройство сиротского приюта в Симферополе».
Инициатива установки мемориальной доски исходила от педагогического коллектива Крымского юридического института (филиала) Университета Прокуратуры РФ и лично от директора Н. Колюки, Прокуратуры Республики Крым, ветеранов Прокуратуры Крыма.
10 сентября 2021 года Министерством культуры РК согласовано предложение Прокуратуры Крыма об увековечении памяти Андрея Яковлевича Фабра, одного из успешных прокуроров Николаевской эпохи. Он был многогранной личностью и оставил след не только на поприще служения интересам государства, но и многое сделал для развития науки, культуры и благотворительности в регионе.
ОТКРЫТИЕ ПАМЯТНИКА. РЕЧИ И ВЫСТУПЛЕНИЯ
И вот 23 ноября 2022 года состоялось открытие памятного знака в честь исторического деятеля XIX века. «Память — основа совести и нравственности, память — основа культуры. Хранить память, беречь память — это наш нравственный долг перед самими собой и перед потомками...» — прозвучали знаковые вступительные слова ведущего на открытии мемориального знака.
Почётное право открыть памятную доску в честь Андрея Фабра предоставили Прокурору Республики Крым, государственному советнику юстиции 2-го класса Олегу Камшилову, первому заместителю министра образования, науки и молодёжи РК Светлане Львовой, главе администрации города Симферополя Михаилу Афанасьеву.
Олег Анатольевич в своём выступлении сделал акцент на исторический Указ Петра Великого об учреждении института Прокуратуры в Российской империи и на других поворотных моментах отечественной истории. «Череда мероприятий, посвящённых увековечению памяти выдающихся российских деятелей прокуратуры, будет продолжена. Эти мероприятия воскрешают память о тех коллегах, которые способствовали становлению и развитию российской прокуратуры в сложные периоды нашей истории — в годы Отечественной войны 1812 года, Крымской войны 1853—1856 гг. Андрей Яковлевич — активный участник тыловой поддержки нашей армии в период Крымской войны. Работа по увековечению памяти наших коллег проводится нашей молодёжью, студентами при поддержке Университета Прокуратуры РФ, органов власти. Подобные мероприятия воспитывают патриотизм». Прокурор Республики Крым высказал слова благодарности в адрес городских властей, Министерства образования и коллег из подведомственных ему структур.
Михаил Афанасьев отметил, что «Симферополь — город с большой историей, которую творили выдающиеся люди, такие, как Андрей Яковлевич Фабр». Михаил Сергеевич продолжил: «Вдвойне символично, что сегодня мы с вами открываем эту памятную доску на здании, где сейчас находится Министерство образования республики Крым; мне хочется выразить слова признательности инициаторам открытия — Прокуратуре Республики Крым».
Светлана Львова сделала акцент на символичности расположения Министерства образования в здании, которое было определено для детских нужд. «Сегодня — это знаковое мероприятие для всех нас. Для сотрудников Министерства образования — это вдвойне ответственный момент. Мы говорим о человеке, который внёс значительный вклад в дело развития страны. Фабр — патриот, человек, посвятивший свою жизнь именно служению народу. Это не простые слова. Действительно, очень важно, что он проявлял большой интерес к детям, и, наверное, то, что Министерство образования находится сегодня в этом здании, — для нас большая ответственность. Мы сегодня стараемся работать с детьми и на благо детей. Огромное спасибо Прокуратуре Республики Крым, в том числе за методическую поддержку, которую она оказывает Министерству образования». В заключение Светлана Николаевна выразила надежду на то, что дальнейшая совместная работа между прокуратурой и Министерством образования будет продолжаться и укрепляться.
Среди выступлений выделялась эмоциональная и яркая речь историка — доцента кафедры общегуманитарных и социально-экономических дисциплин Крымского юридического института (филиала) Университета Прокуратуры Российской Федерации Ивана Задерейчука. «Андрей Яковлевич прославился не только как выдающийся государственный деятель и человек, увлекающийся историей. Он оставил значительный след в деле благотворительности. В полном соответствии с его завещанием в Симферополе открылся приют для мальчиков, получивший имя А. Я. Фабра, который просуществовал до Гражданской войны. Фабр был многогранной личностью. Многое, что есть сегодня в современном Днепропетровске, — его творение. Он сделал Екатеринослав настоящим тыловым городом в годы Крымской войны (1853—1856 гг.), стоял у истоков создания Одесского общества изучения истории и древностей, сохранил многие знания по истории юга России. Завещая весь свой капитал в размере 200 тысяч рублей на благотворительность, проявил в этом широком жесте не только христианскую благодетель, но и профессиональную смекалку. Как прокурор он осознавал, что рост преступности связан с безразличием общества, обращал внимание на проблемы детей из неблагополучных семей, на положение детей-сирот — они были одним из источников пополнения рядов мира преступности, что было не единожды им отмечено. Приют был рассчитан приблизительно на 40 детей. Андрей Яковлевич в завещании для себя просил немного: назвать дом его именем и сохранить его могилу и могилу его матери, а также ежегодно, в присутствии воспитанников, совершать панихиду на местах погребения. Сегодня мы восстанавливаем имя Фабра не только для горожан, но и для всей России».
Председатель регионального отделения Общероссийской общественной организации ветеранов и пенсионеров Прокуратуры Республики Крым Геннадий Колосов привлёк внимание общественности к поиску места последнего пристанища Андрея Яковлевича. «Фабр был крымчанином. Он безумно любил родной полуостров. Захоронен Андрей Яковлевич в Симферопольском районе на территории современного села Урожайного. Мы с Иваном Панасовичем пытались найти его захоронение, но этого сделать не удалось. Люди, которые сейчас там живут, конечно же, ничего не знают. Было бы очень здорово углубиться в пласты истории и найти его место захоронения».
ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА
Градус интереса к биографическим исследованиям постоянно растёт. Это связано с новой методологией изучения истории, которая яркая и цветная, и не сводится к серым конструктам истматовского восприятия процесса. История — это не только революционные массы, но прежде всего яркие личности. Не претендуя на генерацию полновесной информации о личности Фабра в публицистическом жанре, тем более, когда на сегодняшний день есть обобщающее компаративное исследование личности деятеля (Бобкова О. М. А. Я. Фабр: портрет администратора на фоне эпохи / О. М. Бобкова. — К.: Центр памятниковедения НАН Украины и Укр. о-ва охраны памятников истории и культуры, 2007. — 321 с.), всё же приведём историческую справку с акцентом на его деятельность как таврического прокурора.
Важную роль в работе Прокуратуры России играли личности прокуроров. Именно благодаря таким деятелям, как П. И. Ягужинский, А. А. Вяземский, Г. Р. Державин, дореформенная прокуратура обрела свой статус в русском обществе в первой половине XIX в. Естественно, что эффективность надзора на местах во многом зависела также от деятельности прокурора. В Таврической губернии одним из самых успешных прокуроров Николаевской эпохи был Андрей Яковлевич Фабр. Современники характеризовали его как чиновника расторопного, деятельного, на которого во всём можно положиться.
Он родился 20 августа 1789 г. в деревне Суук-Су Феодосийского уезда Таврической губернии (современное село Лесное Судакского региона). Отцом родившегося ребёнка был Яков Фабр — дворянин, немец (по другим источникам француз) из Швейцарии. Его в январе 1787 пригласил на службу в Крым князь Г. А. Потёмкин-Таврический. Служил Фабр-старший директором казённых виноградных садов в Судакской долине, где и владел садом и усадьбой в деревне. В начале 1792 года Я. Фабр оставил службу и вместе с семьёй перебрался в Симферополь, где 29 мая того же года скончался.
Матерью Фабра была урождённая Мария Гроскрейтц, немка из Гамбурга. После смерти мужа Якова она вступила во второй брак с подполковником Александром Тарановым (прокурором Таврической области 1788—1791 гг.). Этот брак был неудачным, и супруги его расторгли в 1804 г. Эта страница биографии его матери породила слухи о том, что отцом Фабра мог быть А. Таранов. И в самом деле, в чертах этих двух исторических личностей было много общего.
Молодой Андрей Фабр получил домашнее образование. За свою жизнь он выучил русский, французский, немецкий, крымско-татарский и латинский языки. Знание языков в будущем помогло ему не только в росте по служебной лестнице, но и в занятии научной деятельностью при изучении древней истории Северного Причерноморья.
В 1819 г. с целью дальнейшего продвижения по государственной службе Андрей Яковлевич едет в Харьков. Там, в специальном комитете, учреждённом при Харьковском университете для испытания чиновников гражданской службы, сдаёт экзамен на получение высшего образования. Согласно выданному ему аттестату, в русской грамматике и риторике, российском гражданском и уголовном праве, всеобщей древней и новой, российской истории, хронологии, физике, географии, статистике продемонстрировал очень хорошие знания; в естественном, частном, гражданском, общем уголовном, римском праве, политэкономии, арифметике, географии — хорошие, «сверх того сочинение... на русском языке прозою и переводы словесный и письменный с немецкого на русский найдены хорошими...».
В 1804 г. Фабр получил свой первый чин губернского регистратора, а в 1807 г. был произведён в коллежские регистраторы. Свою службу он начал в Таврической губернской казённой экспедиции, затем в 1809 г. был переведён на штатную должность форшмейстера (заведовал казёнными лесами, следил за их охраной, занимался сбором семян, контролировал вырубку леса для строительства дорог) Феодосийского уезда.
Будучи в должности форшмейстера, молодой чиновник отличился в 1812 году. В Феодосийском уезде в период Отечественной войны распространилась моровая язва (чума). Как было отмечено в его аттестации, подписанной Таврическим губернатором Андреем Михайловичем Бороздиным, «Фабр, имея отличные познания, похвальное усердие к службе и расторопность, предложил себя к употреблению в самые опасные места и совершенно оправдал сделанную ему от начальства доверенность, принимая на себя охотно всякие важные поручения, а именно: имел в своём заведовании многие заражённые и между ними благополучные деревни, был смотрителем учреждённогона речке Яндол (нынешний Индол) чумного лазарета, в который свозились больные из разных мест. Производил по всему зачумлённому краю окуривание мест по методу Гитона (предложил новый способ дезинфекции — окуривание хлором (1773). В период завершения борьбы с чумой состоял членом очистительного комитета». За проявленный профессионализм получил от губернатора положительную аттестацию и «истинную признательность».
В начале 1817 г. Андрей Яковлевич подал прошение об отставке с занимаемой должности. А уже в декабре 1817 г. Департамент государственного имущества поручил ему «обозревать таврические степи и сделать предложение и самые опыты в рассуждении разведения лесов для пользы поселян».
В августе 1818 г. чиновник получил свою первую серьёзную награду. Во время посещения Александром I Таврической губернии он «в воздание ревностной и усердной службы, начальством засвидетельствованной», был пожалован орденом Святой Анны III степени.
15 августа 1818 г. служащий был причислен к ведомству Таврического гражданского губернатора, а с 11 января 1819 г. официально состоял при нём чиновником для ведения следственных дел. В 1820 г. А. Фабр получил оценку своим заслугам в следственном деле. В тексте ходатайства Таврического губернатора Александра Николаевича Баранова — гражданский губернатор Таврической губернии (28 декабря 1819 — 25 апреля 1821) — о награждении А. Я. Фабра были отмечены его успехи при проведении следственных мероприятий. В частности, он писал, что Андрей Яковлевич проявил себя «особенно по одному уголовному преступлению, обнаружив истину с отличной расторопностью и честностью». В результате он был награждён орденом Святого Владимира IV степени.
С 17 сентября 1823 г. А. Я. Фабр, находясь к тому времени уже в чине коллежского асессора, был определён на пост советника исполнительной экспедиции Таврического губернского правления. В рамках службы в данной должности он предпринял работу по проверке результатов переписи податного населения в Симферопольском уезде, в результате чего ему удалось выявить 2464 неучтённые души. 3 апреля 1825 г. «в воздаяние ревностной и отлично-усердной службы» был награждён орденом Святой Анны II степени.
Важным этапом в жизни будущего губернатора стало назначение его на пост Таврического губернского прокурора. Это назначение произошло при поддержке генерал-губернатора Новороссийского края М. С. Воронцова (1823—1854 годы наместничества).
Занимавший на то время должность прокурора Таврической губернии Василий Михно допустил большие беспорядки и упущения по производству дел. По мнению генерал-губернатора Новороссийского края М. С. Воронцова, Василий Иванович «.охладел к обязанностям; сверх того, был привязан к старым привычкам, неохотно смотрел на новые благоразумные действия губернатора Нарышкина, человека честного,умного и деятельного». В то же время Андрею Яковлевичу генерал- губернатор дал следующую оценку: «чиновник сей пользуется отличною репутацией всей губернии и по делам службы известен мне с самой лучшей стороны. Определение его в испрашиваемую мною должность принесёт существенную пользу Таврической губернии». Письмо с положительной характеристикой и просьбой о назначении А. Я. Фабра на должность прокурора М. С. Воронцов направил на имя министра юстиции Д. И. Лобанова- Ростовского 6 апреля 1825 г. Решение о назначении на должность нового прокурора было принято положительно: 29 октября 1825 г. Правительствующий Сенат определил уволить В. Михно с должности прокурора, а на его место назначить А. Фабра. В должность он вступил 17 декабря 1825 года.
К этому времени в обязанности прокурора входило осуществление надзора за соблюдением законности в работе судебных и административных органов губернии. Прокурор, получая известия о злоупотреблениях, обязан был принимать адекватные меры и в обязательном порядке информировать о случаях нарушения законности губернатора. Возбуждение подавляющего большинства дел инициировалось рапортами стряпчих. К числу наиболее часто возникавших проблем относились: беспорядочное ведение документации в уездных и земских судах, городских полициях, волостных правлениях, нарушение процедуры избрания волостных голов и процветавшее в Российской империи взяточничество чиновников.
Вступив в исполнение обязанностей, новый прокурор требовал от своих подчинённых направлять усилия на уменьшение бюрократической волокиты в деятельности своего ведомства. Также обязывал стряпчих добросовестно нести службу, не допускать злоупотребления, не скрывать имеющиеся факты ненадлежащего соблюдения закона.
Особое внимание А. Фабр уделял надзору за положением арестантов. Например, в январе 1827 г. он писал в Министерство юстиции: «Я в особенности прилагал и прилагаю беспрерывное попечение о безостановочном ходе тех дел, по коим содержатся под стражей арестанты и при малейшей замеченной медлительности в губернских присутственных местах лично, а в уездных — посредством уездных стряпчих о скорейшем оных производстве и решении делаю всегда настоятельные побуждения». Будучи прокурором Таврической губернии, Андрей Яковлевич отслеживал и старался вовремя сообщать в Санкт-Петербург информацию о социальной обстановке в регионе, пытался предусмотреть последствия серьёзных природных катаклизмов, таких, как эпидемии, засухи, набеги саранчи.
В силу своего характера он никогда не оставался в стороне от общественной работы. Когда в июле 1830 г. в Симферополе бушевала эпидемия холеры-морбус (в 1830 и 1831 годах — первая в истории России вспышка холеры, самогосмертоносного в XIX веке инфекционного заболевания; эпидемия в Российской империи была составной частью второй пандемии холеры, которая началась в долине Ганга в 1829 году. По официальным данным, из 466 457 заболевших холерой в России умерло 197 069 человек), он был назначен попечителем одного из кварталов города без отрыва от основной деятельности и добросовестно исполнял свои обязанности. Об этом сделана отдельная запись в его формулярном списке.
Служба в должности губернского прокурора была отмечена начальством: 15 ноября 1830 г. указом Сената за успешное решение арестантских дел он был удостоен «высочайшего благоволения императора Николая I».
В связи с уходом на повышение в Министерство внутренних дел правителя канцелярии Новороссийского генерал-губернатора М. Лекса генерал- губернатор Воронцов начал хлопотать об определении на вакантное место А. Фабра. 1 ноября 1832 года он пишет из Алупки министру юстиции Д. В. Дашкову: «На почтеннейшее отношение ко мне Вашего превосходительства... имею честь уведомить Вас, что я отнёсся уже к г. министру внутренних дел о назначении Таврического губернского прокурора. Фабра правителем канцелярии моей, а потому я очень бы желал, чтобы г. Фабр не был представлен уже в число кандидатов к определению на вакансию председателя Таврической гражданской палаты». Аналогичную просьбу повторяет и в отношении от 9 декабря 1832 года уже из Одессы. Благосклонность императора Николая I к М. С. Воронцову была достаточно известна, поэтому он, как правило, ни в чём и никогда не получал отказа на свои ходатайства.
На должности прокурора Таврической губернии А. Фабр прослужил до 11 февраля 1833 г. В этот день его назначили руководить канцелярией Новороссийского и Бессарабского генерал- губернатора. 20 февраля 1833 г. ему был присвоен чин статского советника, который обеспечивал право на потомственное дворянство. В должности руководителя канцелярии генерал-губернатора Новороссийского края М. С. Воронцова он прослужил вплоть до 1847 года.
За этот период службы был неоднократно отмечен высокими государственными наградами. 4 июня 1833 г. ему был пожалован орден Святого Владимира IIIстепени «За отличную деятельность, оказанную при распоряжениях по отправлению в Турцию десантных войск». 4 сентября 1834 г. — орден Святого Станислава IIстепени со звездой, 5 января 1840 г. награждён «золотой табакеркой, украшенной бриллиантами, с вензелем Его Императорского Величества именем», 22 апреля 1841 года ему пожалован орден Святого Станислава Iстепени, 24 марта 1844 г. — орден Святой Анны I степени, а 12 апреля 1844 г. он удостоен «особенного Его Величества благоволения» за содействие при следовании через Новороссийский край на Кавказ войск 5-го пехотного корпуса. Также Андрей Яковлевич был отмечен бронзовой медалью на Владимирской ленте в память о войне 1812 г., золотой медалью на Александровской ленте за прекращение чумы в Одессе в 1837 г., бронзовой медалью на Андреевской ленте в память войны 1853—1856 гг.
В период с 1847-го по 1857 год. Андрей Яковлевич занимал должность губернатора Екатеринославской губернии. За этот срок он внёс значительный вклад в развитие региона. В первую очередь новый губернатор обратил внимание на главную городскую магистраль Екатеринослава. По его распоряжению проезжую часть проспекта начали мостить булыжником, вдоль неё устроили тротуары. Андрей Яковлевич выступил инициатором создания двустороннего бульвара, не забывал об озеленении, считая, что оно необходимо для развития города. Губернатор Фабр очень заботился о своём бульваре. Как говорили современники, «.зато и бульвар вышел на славу: пирамидальные тополи были на всём протяжении вперемежку с клёнами, между каждыми двумя деревьями — огромные кусты сирени, так что идёшь по бульвару, как по коридору, и тень была, и прохлада».
Знаменательные события произошли в культурной жизни города Екатеринослава. В 1847 году состоялось открытие постоянного театра в доме наследников купца Луцкого. В 1849 году любителями просвещения при содействии А. Я. Фабра на добровольные пожертвования был основан общественный музей Екатеринославской губернии для хранения археологических и исторических редкостей. Первоначально музей разместился в одном из помещений Потёмкинского дворца. По предписанию А. Я. Фабра со всей губернии свозились в Екатеринослав «каменные бабы», которым грозило уничтожение при распашке степи. Губернатор стремился во всё вникать лично, вплоть до того, что проверял правильность веса гирь на рынках и снимал пробы приготовленной пищи в столовых богоугодных заведений.
Губернатору Фабру принадлежит заслуга в превращении Екатеринославской губернии в один из главных тыловых центров в период Крымской войны (1853—1856 гг.) и обороны Севастополя. Губернатор курировал вопросы сопровождения войск и своевременных поставок продовольствия, снаряжения, фуража в действующую армию на юге. В Екатеринославе и других городах губернии (Александровск, Павлоград, Никополь) по распоряжению Фабра были устроены многочисленные госпитали для раненых русских солдат и военнопленных.
Андрей Яковлевич Фабр был многогранной личностью. Он оставил свой след не только на поприще служения интересам государства, но и многое сделал для развития науки, культуры и благотворительности в регионе. В 1839 г. в Одессе было основано ставшее потом знаменитым Императорское Одесское общество истории и древностей — главный орган исторических исследований в крае до 1917 г. (печатное издание — ЗООИД). Фабр стал одним из пяти его членов-основателей. По инициативе Фабра в Одессе открылся Новороссийско-Бессарабский дендроминералогический кабинет, где была собрана большая коллекция образцов растительности и минералов юга России. А. Я. Фабр стал членом многих научных обществ: статистического отдела Министерства внутренних дел, Русского географического общества, учёного Эстляндского общества в Дерпте (ныне — г. Тарту, Эстония) и Общества сельского хозяйства юга России.
Фабру хватало времени и сил не только на службу, но и написание научных трудов. Особенно привлекали его античная история и охрана памятников старины в Новороссийском крае. А. Я. Фабр перевёл на русский язык с греческого описание Понта Эвксинского (название Чёрного моря в период Древней Греции) Арриана (Флавий Арриан — древнегреческий историк и географ, занимал ряд высших должностей в Римской империи).
Книгу Фабра с примечаниями издали в Одессе в 1836 г. В 1844 г. напечатана его статья «О древних нагорных укреплениях в Крыму», а в 1848 г. — статья «О памятниках некоторых народов варварских, древле обитавших в нынешнем Новороссийском крае». В 1859 г. всё в той же Одессе вышла его книга «Достопамятнейшие древности Крыма и соединённыя с ними воспоминания». А через два года издано интересное исследование «Древний быт Эйоны, нынешнего полуострова Тамани».
Ещё один штрих к личности Фабра — он подарил Одесскому обществу истории и древностей свою коллекцию древнегреческих ваз и другой посуды. (И это о человеке, о котором ходила молва, что он отличался поразительной скупостью!!!).
Чиновник высокой чести и истинно высоких правил, во многом — самоучка, он нередко в течение дня ограничивался двумя стаканами чая с хлебом, при этом прославился не только как выдающийся государственный деятель и человек, увлекающийся историей, меценат.
Фабр оставил значительный след в благотворительной деятельности. В 1845 г. он составил завещание, в котором всё своё имение, дом, землю (более 8 тысяч десятин), капитал — около 200 тысяч рублей — и движимое имущество завещал на устройство сиротского приюта в Симферополе. В своём завещании А. Я. Фабр писал: «Пользуясь правом завещания неограниченного ... и желая быть полезным страждущему человечеству, все ... недвижимые имения мои и денежный капитал мой ... оставляю я после смерти моей навсегда и неотъемлемо в пользу малолетних неимущих сирот». Создаваемый приют, по воле наследодателя, рассчитывался на 20 человек мужского пола с правом приёма 10 дополнительных человек. Дети должны были быть круглыми сиротами, находиться в крайней бедности, возрастом не моложе четырёх и не старше 11 лет и непременно из уроженцев и жителей Таврической губернии.
Специально для приюта Андрей Фабр купил на торгах участок земли с ветхим зданием и построил на нём двухэтажный дом со сводчатым подвалом и два флигеля для содержания сирот. В своём завещании он просил «содержать в порядке сад и в чистоте источник в саду, находящиеся как предметы, необходимые для здоровья детей». Для себя же он просил совсем немного: назвать дом для сирот его именем, сохранять могилы матери и его собственную, ежегодно в присутствии воспитанников совершать панихиды на месте погребения матери в день её смерти. По его словам, именно её доброте дети обязаны своим приютом.
О значении для Крыма детского приюта лучше всего сказано в воспоминаниях одного из его воспитанников — присяжного поверенного (адвоката) Георгия Павловича Доценко. Он писал: «Родился я от больных (чахоточных) бедных родителей. Матери своей лишился, будучи 3-летним ребёнком. Когда мне исполнилось 6 лет, умер мой отец. Только благодаря приюту Фабра вышел я человеком здоровым и дожил до 50-летнего возраста... Приют Фабра спас от гибели не одного только меня, но всех лиц, бывших его воспитанниками. Все они, по крайней мере те из них, с которыми мне пришлось встречаться, устроились на разных поприщах довольно хорошо».
24 января 1863 г. Андрей Яковлевич Фабр умер в Симферополе. А 30 ноября 1864 г. в полном соответствии с завещанием покойного в Симферополе открылся приют для мальчиков, получивший его имя. Детский приют просуществовал в построенном специальном помещении до 1920 г., а переулок, в котором он размещался, до 30 мая 1924 г. носил имя Фабра, а затем был переименован в Совнаркомовский.
Похоронили А. Я. Фабра в собственном имении Ана-Эли близ Симферополя в специальном склепе, возле могилы его любимой матери, прах которой он когда-то перевёз из Одессы. Ана-Эли (Загорское) — ныне упразднённое село в Симферопольском районе Крыма, включённое в состав села Урожайного, сейчас — верхняя (по долине р. Чуюнчи) часть села. Могила общественного деятеля XIX века и его матери в настоящий момент утрачена.
БЕСЕДА ИСТОРИКОВ. ИНТЕРВЬЮ. МНЕНИЯ
Эго история — бурно развивающийся раздел современного исторического знания, исторического краеведения. В Крыму это направление активно развивается под руководством научной школы профессора А. Непомнящего.
Не вдаваясь в детали биографии личности А. Фабра, проиллюстрируем его в красках оценочных суждений политика, историка, учёного Владимира БОБКОВА.
— Владимир Витальевич, в Симферополе открыта памятная доска Андрею Яковлевичу. Фабр — человек-парадокс. В чём заключается его парадоксальность?
— Личность Андрея Яковлевича Фабра — действительно, в значительной степени парадокс. Будучи сыном швейцарского виноградаря, приехавшего на юг России по приглашению Потёмкина, он достиг больших политических высот. Отец его, Яков Фабр, получил землю у Светлейшего, но неудачно организовал своё хозяйство. Сын — Андрей — по указанной выше причине свой жизненный путь начал в очень скромных, с финансовой точки зрения, условиях. Фабр прошёл непростой, но яркий служебный путь.
— Действительно ли Андрей Яковлевич — сын незадачливого швейцарца или есть другие версии его происхождения?
— Существовали и нестандартные версии происхождения губернатора Фабра, высказанные некоторыми его биографами, которые застали при жизни самого Андрея Яковлевича. Кривотолки таковы: якобы он был внебрачным сыном известного мецената Таранова-Белозёрова. Насколько эта история имела место в жизни, сказать и, тем более, проверить — сложно, но как бы то ни было, эта точка зрения существует.
— Что вы можете рассказать о его стремительном карьерном росте?
— Начав свою службу с должности лесника, достаточно быстро дослужился до правителя канцелярии графа Воронцова. Воронцов на тот момент был героем войны с Наполеоном, командиром корпуса, дислоцировавшегося в Европе уже после окончания боевых действий, был всесильной фигурой для Новороссийского края и юга России. Под его крылом Фабр достаточно быстро вырастает в чиновника (успешного, как минимум) на региональном уровне. Именно тот факт, что он служил в канцелярии Воронцова, позволяет ему затем претендовать на должность Екатеринославского губернатора. Именно там, в Екатеринославской губернии его административный талант во всей полноте расцветает. Облик современного Днепропетровска, структура его улиц, главные ориентиры градостроительства — всё это закладывается во время губернаторства Фабра.
— Фабр — нетипичный чиновник. Вспомним знаменитые гоголевские «Мёртвые души»: казнокрадство, обман, дутые цифры... Стремление чиновничества к хорошей жизни. Фабр — диссонирует им. Владимир Витальевич, он — белая ворона, точнее — ворон?
— Именно. Характер Андрея Яковлевича, мягко говоря, скромный — с точки зрения желания соответствовать образу гражданского чиновника той поры, особенно в организации собственного быта. Он становится объектом ехидных насмешек и непонимания.
— Образ скопидома, чудака?
— Да, уже при жизни Фабра начинает окружать образ чудака, человека, который имеет доступ к значительным ресурсам, при этом оставаясь экономным до определённой степени анекдотичности. Некоторые современники осмеивали его изношенный наряд, который он продолжал носить. При этом они подчёркивали его душевное отношение к губернскому городу. Современники хорошо знали один из многих комичных случаев: высадили очередной сад, где Фабр лично по утрам ходил и гонял сусликов, боясь, что они нанесут урон молодым саженцам. Смешно, но красноречиво отображает радение губернатора.
— Фабр — не только человек, многое сделавший для Екатеринослава, но и часть тыловой истории героической Крымской войны.
— Да, на его губернаторство пришлась Крымская война, когда Екатеринославская губерния становится транзитной. Через неё на крымский театр боевых действий осуществлялась транспортная и продовольственная оказия. Также в период его губернаторства произошло несколько незначительных крестьянских волнений, с которыми он успешно справился. В силу закономерных ротаций кадров Фабр оказывается в Крыму, где доживает остаток своих дней.
— Расскажите о крымском этапе жизни. Скряга оказался совсем другим человеком?
— В Крыму он продолжает оставаться заметной фигурой, в том числе и для насмешек. Его желание быть максимально экономным по отношению к себе заметно окружающим, но он продолжает оставаться верным самому себе. Главное событие, перевернувшее восприятие Фабра обществом, — составление им завещания, в которое он включил всё своё движимое и недвижимое имущество. Официальных наследников у Фабра не было. Есть сведения о рождённом от крепостной внебрачном сыне, но не находится сведений о том, как в жизни сына, финансово или другими методами, участвовал отец. Так или иначе, в своё завещание он его не включил. Все деньги были завещаны в приют для мальчиков-сирот, созданный в 1860-х годах. Данный приют завершал систему подобных заведений вместе с приютом для девочек-сирот графини Адлерберг (который располагался на нынешней улице Пушкина, на пересечении её с улицей Гоголя) и странноприимным домом Таранова-Белозёрова, который специализировался на участниках боевых действий.
— Каков след Фабра в отечественной истории?
— Образ Андрея Яковлевича — уникален. Это образ нестяжателя, максимально собранного человека, знавшего своё место, своё предназначение в эпоху, в которую он жил. Человека, служившего верой и правдой Отечеству так, как того требовала совесть. Долгое время нынешний Совнаркомовский переулок ранее носил его имя. Его переименовали уже в 1920-е годы по той причине, что в здании приюта находился Совет народных комиссаров. Сам приют в советские годы просуществовал недолго, и нахождение в столь красивом здании в центре города такой институции, как приют, показалось излишним. А расположение в нём СНК — неоправданным и сомнительным.
Итак, памятная доска Фабру открыта. Это — малая толика того, что можем сделать мы, живущие на территории того края, который устраивался ценой серьёзных усилий старателями имперского периода. Переулок Совнаркомовский, 3, Симферополь. А как хочется сказать — переулок Фабра, 3. Возможно, когда-нибудь мы пройдёмся именно по этому переулку, но с именем Фабра. Ведь так будет справедливо, не правда ли?
Роман БЛИЗНЯКОВ
(Историческая справка подготовлена на основании источников, предоставленных доцентом И. ЗАДЕРЕЙЧУКОМ).
Сайт "Крымские известия"
Сообщество в ВК
Сообщество в ОК