Мария Захаровна направила глушитель к потолку, давая понять, что не собирается приводить угрозу в исполнение — во всяком случае, немедленно, и Марфа чуточку выдохнула, а Пашка положил ладони на её пояс, притянул к себе и развернул, заодно убирая с линии огня.
— Я позабочусь об этом, — резковато ответила девушка, — о нём. Можете не волноваться, а на досуге я самым тщательным образом обдумаю ваше предложение, — прямолинейный тон включал хорошую порцию иронии, но бабуля предпочла сделать вид, что не слышит издёвку.
— Что конкретно знаешь? Что мать рассказывала? — Мария Захаровна снова придирчиво взглянула на Пашку.
— Приблизительно ничего, — он аккуратно соскользнул ниже, подбираясь к сунутому в девичьи штаны револьверу, но Марфа сплела их пальцы и посильнее сдавила, — до сегодняшнего дня, так что демонстрация чудесных способностей моей новой напарницы по части врачевания прошла на ура. А есть ещё что-то, что стоит знать? Воскрешения? Левитация? Телепатия?
— Весьма в этом сомневаюсь, птенчик. Марфа, постарайся, чтобы всё так и осталось.
— Лично прослежу.
— Визит чистильщика запланирован через полчаса, а пока придумайте хорошую историю для вашей подружки с первого этажа. У неё будет масса вопросов, и в ваших и её интересах, чтобы она не получила правдивые ответы. Не провожайте, дорогу найду, — Мария Захаровна попятилась задом и скрылась наверху, а Марфа прижала указательный палец к губам, умоляюще расширив глаза. Пашка присел на корточки и закрыл матери веки, а Марфа досчитала до десяти и рванулась к лестнице.
На кухне был разгром.
Метровая щель в полотнище двери, выломанная спинка стула под дверной ручкой, матрас на полу надорван и лишился части синтетического уплотнителя, а рядом распотрошённая аптечка и треснувший графин в луже воды. Тоня лежала у порога, подтянув колени к животу, а над виском набух устрашающего размера кровоподтёк. Марфа едва ли намного опередила Пашку, но прикосновение к пульсирующей ямке на шее успокоило — жива.
От усталости мутило и Марфа улеглась рядом, повторив Тонину позу и сцепив руки в замок, обнимая стриженный затылок и торчащие уши. Сквозь пелену Марфа почти равнодушно наблюдала, как Пашка мечется по кухне, а потом провалилась в сон.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
Утро застало её в знакомой комнате — Тоня лежала на кровати и сладко спала, подперев щёку, а её саму, завёрнутую в одеяло на соседней койке, уверенно прижимали к чему-то горячему. Пашка дрых без задних ног, но от её шевеления разлепил веки и моментально обрёл осмысленное выражение.
— Извини, я тут прилёг и заснул, — он потёр выцветшие ресницы, — а как ты? Жива?
— Угу. Что с Тоней? — Марфа откинула край одеяла и села.
— Судя по всему, ты успела. Порядок. Она просто спит.
— А что с твоей… с Розой?
— Чистильщики забрали тело.
— Мне жаль…
— Не надо. Достаточно вранья за одни сутки. Конечно, тебе не жаль, и я не виню тебя за это.
— Тоня приходила в себя?
— Да. Через пару часов после ухода чистильщиков. Я сказал про Розу, что бабуля пришла по её душу.
— И всё?
— Предположил, что Роза знала что-то о Филе и нужно было заставить её молчать.
— Ясно. Рома не появлялся?
— Нет. И твои дружки не найдут его, там нет прослушки, нет камер и нет сети. Костян знает толк в маскировке. Разводит залётных птичек, прикидываясь грязнулей и пустомелей, но он профи.
— Я должна убедиться, что Рома цел.
— Позже. Но его отпустят, как только мы сходим к рыжей.
— По-прежнему собираешься в гости?
— Конечно, — Пашка слез с кровати вслед за девушкой, — задачи те же.
Тоня перевернулась и сонно пробормотала:
— Чего разорались? У меня голова трещит, кажется, я вчера приложилась башкой, — она задумчиво окинула взором напрягшуюся парочку и хихикнула. — Вы чего, оба спали здесь? Могли бы занять другую комнату, я бы не обиделась.
— Извини, нам уже пора. Можешь поспать до обеда, а мы завтракать, — Пашка настойчиво подтолкнул Марфу к выходу, а Тоня широко зевнула.
— Ладно, валите. Потом расскажете весь расклад.
На кухне обнаружился идеальный порядок, и Пашка включил кофемашину, избегая смотреть на дверцу, ведущую в подвал. Он достал из холодильника яйца и молоко, а Марфа небрежно спросила:
— А коты? Их ты не забыл покормить?