Русскими открывателями пермских земель стали лихие новгородцы-ушкуйники, которые ещё в XI веке начали предпринимать свои завоевательные набеги из Соль-Вычегодска на территорию Заволочья, по волокам с притоков Печоры и Вычегды.
Пробираясь на своих ушкуях по Онежскому и Ладожскому озерам, лихие ушкуйники спрашивали у местных жителей - финно-угров: «А что находится там, за Волоком?» (сейчас Волго- Северодвинский водораздел)
И слышали в ответ странно-певучее слово: «Пера Маа», что на финно-угорском языке означало «задняя земля», то есть край земли, край света. И никто к этой «пере маа» даже близко не подходил и все обходили стороной, потому как это был дикий край ошей-медведей, шаманов и прочей «чуди заволочной».
И только безбашенные ушкуйники отважились пойти и посмотреть, что же это за таинственная земля, от которой все шарахаются. Пришли и увидели, что земля добрая, до самого горизонта тайга непроходимая шумит, зверя и птицы видимо-невидимо, да кое-где какие-то полудикие люди за деревьями прячутся.
Для русского слуха эта «пера маа» звучала странно и непривычно, поэтому новгородцы постепенно соединили её с другим местным словом «парма», что на языке коми означает «лес», а этот гибрид уже постепенно превратился в «пермь» - сначала Пермь Вычегодская, поскольку завоевание этих земель новгородцами шло со стороны реки Вычегды, которое очень скоро разрослось и превратилось в Пермь Великую, а жители этой земли стали именоваться пермяками.
Во всяком случае, в 1113 году в древней русской хронике «Повесть временных лет» пермяки уже перечисляются вместе с другими неславянскими народами, которые платили Великому Новгороду дань пушниной и знаменитым закамским серебром:
«А иные народы, дающие дань Руси — чудь, весь, меря, мурома, черемисы, мордва, пермь, печера, ямь, литва, зимигола, корсь, нарова, ливы — свой язык имеющие, от колена Афетова (сын Ноя), и живущие в странах северных».