"И злоба, и лай отовсюду,
И натиски адовой тьмы…
Россию спасёт только чудо,
Но вымолим чудо ли мы?"*
Эти строчки вот уже какой день скрипучей прялкой в голове вертят веретено мыслей.
Дай. Дай. Подай. Помоги. Сделай. Почему ты не делаешь, что я тебя прошу? Помоги! Помоги! Дай! Дай! Спаси! Ну что же ты! Господи, ну почему ты не слышишь меня?! Дай! Дай! Прошу тебя! Ну же! Ну же!
Как малые избалованные дети мы верим, что нам дадут по первому требованию, помогут по первому же зову. Просто так. Потому что мы любимые чада, и нас при любом раскладе, что бы ни делали, какое бы зло не творили, всегда закроют от невзгод, спасут, вытащат из беды, даже из той, какую навлекли мы на себя сами. И всё тут же. Мгновенно. С одного требования. С одной молитвы. Одного воззвания. Не прикладывая усилий. Не задумываясь над тем, что с нами происходит. Не задумываясь, почему мы там, где мы есть? В мелочном эгоизме своём не осознавая, что слепая любовь — не любовь вовсе. Нет любви слепой, ибо Он зряч. В инфантильной глупости своей жаждем лишь блага, но сами подчас сеем лишь горе. Засеяв поле цикутой, можно ли рассчитывать, что на нем взойдет пшеница?
Бог, Аллах, вселенная, мироздание, не важно как и кто называет, суть от этого не меняется и законы сущего остаются вечными и непреложными. И дело не в том, кто сколько ходит в храмы, мечети, зажигает свечи и совершает намаз, кто сколько и как регулярно следует ритуалам. Я знавала мусульман, совершавших намаз пять раз в сутки, не пропускавших пятничных молитв, громко говоривших об Аллахе и следовании его заповедям, но это не мешало им обожать зоофильскую порнографию, не гнушаться самыми мерзким извращениями, что даже не скрывали, в Рамадан куривших под столом, пьющих, потому что «сквозь стол Аллах не видит». Я знавала христиан, исправно ходящих на все службы, причащавшихся регулярно и беспрестанно каявшихся в своих грехах, а потом вершивших такое зло, от которого кровь стыла в жилах. Я знавала «просветленных», говоривших красивые слова о познании себя и гармонии с миром, медитировавших сутками, а потом злыми языками доводивших до слёз тех, кто по их мнению был недостаточно просветлён.
За человека говорят его помыслы и поступки, а не та гипсокартонная ширма благости, за которой он прячет неприглядное нутро своё.
Ничто не случается в жизни просто так. Ничто не даруется за так. Ни одна подлость и преступление не остаются без наказания. Помилование и прощение не даются без абсолютного раскаяния, исключающего повторение вершение зла. Помощь не приходит без глубинных внутренних изменений, осознаний, ведущих к фундаментальным трансформациям. Незримая длань не поддержит, если человек сам не начал своё восхождение. Никто не толкает и не тянет вверх. Человек идёт сам. И только тогда любящий Отец поддержит чадо своё.
Россия. Многострадальная, нерадивыми детьми своими столько раз попираема и предаваема. Кровью из века в век истекающа, страданием искупающа творимое зло мирных времен. И чудом спасаема. И спустя время снова во мрак погружаема.
Вспоминаются слова Миниха: «Русское государство управляется непосредственно господом Богом, иначе непонятно, как оно существует». «Мы русские — с нами Бог», — любят нонче повторять все, кто не попадя. Ну а коли так, то и спрашивает с русских Он поболе и строже, чем с кого бы то ни было. Ибо дюже надобно соответствовать. И преступно думать иначе.
Искупление — всегда испытание. Испытание по былым поступкам, делам и помыслам, мучительное и беспощадное. Искупление, в наказание, назидание и очищение. Требующее, бескомпромиссно и яростно, работы духа и исправления.
Молитва без работы души лишь звук. И молясь за страну, за солдат, не борясь сами, не одерживая победы в главной войне, что с рождения и до гробовой доски ведёт каждый человек, лютой войны добра и зла в себе самом, мы лишь извлекаем звуки, которые теряются где-то под сводами небес.
И мучительно встаёт вопрос:
«Россию спасёт только чудо,
Но вымолим чудо ли мы?»
Заслужим ли мы его? Или захлебнемся и утонем в чаше искупления?…
_________
*Эти стихотворные строки - строки Иеромонаха Романа (Матюшина), одного из самых удивительных современных поэтов. Его тексты живут в миру и песнями, в репертуаре и Безруковова, и Погудина, Бичевской, Кубанского казачего хора и прочих. В предисловии к одной из своих книг, он написал строки, которые мне очень близки: «Один Бог — Истина, Свет, Жизнь, Любовь, Премудрость. Один Господь — Святая Цель всего творения. И любые виды искусства — прежде всего пути, приводящие к Свету или уводящие во мрак. Творящий оправдается или осудится сотворённым. Посему — да будет сотворенное не слуху и зрению, а душе!»
___________
Картина: Екатерина Просёлкова