БЕЛЛА АХМАДУЛИНА
//В траве глубоко и сыро, если шагнуть с крыльца. Держу я чужого сына, похожего на отца. Держу высоко, неловко, и говорю: «Смотри, видишь, какая лодка синяя изнутри. Возьмём леденцы, орехи, что у меня в столе, посмотрим, какие реки водятся на земле. Есть там и река смешная, она течёт далеко. Она как будто смешала воду и молоко. Сахарных рыб немало в гуще её рябой. Но бровью поводит мама, глядя на нас с тобой. Нам не устроить побега, речек не увидать... Сына после обеда строго уложат спать. Ставни, прикройтесь плотно, лампочка, не гори! А сыну приснится лодка, синяя изнутри.. (Белла Ахмадулина)//
Из всех замечательных поэтов-женщин мне ближе всех Белла Ахмадулина.
Её стихи принимаю от первого до последнего. И смею сказать, что понимаю не сказанное, утаённое. Или я попала на её струну, или она затронула струну мою. Вот её совсем раннее стихотворение, одно из первых
МОСКВА_НОЧЬ
Как бы мне позвать, закричать? В тишине все стеклянно-хрупко.
Голову положив на рычаг, крепко спит телефонная трубка.
Спящий город перешагнув, я хочу переулком снежным
Подойти к твоему окну очень тихой и очень нежной.
Я прикрою ладонью шум зазвеневших капелью улиц.
Я фонари погашу, чтоб глаза твои не проснулись.
Я прикажу весне убрать все ночные звуки.
Так вот ты какой во сне!? У тебя ослабели руки…
В глубине морщинок твоих притаилась у глаз усталость…
Завтра я поцелую их, чтоб следа ее не осталось.
До утра твой сон сберегу и уйду на рассвете чистом,
Позабыв следы на снегу меж сухих прошлогодних листьев (БА -1955))
Да, стихотворение девичье, даже детское, но уже в нем задается нота, которая будет определять всю её поэзию. Это - обособленность, безбытность, уединенность, непохожесть, неповторимость, устремленность к понятному только ей, преданность. И дальше, о чем бы БА ни писала, она всегда будет узнаваема и лексикой, и интонацией, и самоотдачей. И эта её стеклянность, или хрустальность, утонченность останутся в ней всегда. Но при всей своей воздушности Белла Ахмадулина – человек твердый, решительный, смелый, не отступающий. С таким человеком может быть тяжело – ведь самоотдача требует если не взаимности, то хотя бы понимания, а не каждому это по плечу. И что очень важно, для неё друг, дружба, преданность это не просто слова, как бывает, и даже вообще не слова, а убеждение и поступки. Дотянуться до неё, соответствовать ей трудно или даже невозможно. А любовь…ну, это вообще тайна.
Но это счастье, что Белла была и можно было с ней соприкасаться. Счастье для тех, кто был с ней близок. Остались её стихи …
Три товарища - Чистые пруды - Кино
Не прошу ничего, не прошу ничего,
Мне не надо ни счастья, ни славы,
Только знать, что всегда у плеча моего
Два товарища — слева и справа.
Их не тронет война, их не тронет война,
Обойдет их беда стороною,
Пусть всегда, словно музыка и тишина,
Два товарища будут со мною.
Дальний отблеск годов, дальний отблеск годов
Не страшит меня, честное слово,
Лишь бы знать, что в беседке у Чистых прудов
Двух товарищей встречу я снова (1965)
***
Влечёт меня старинный слог.
Есть обаянье в древней речи.
Она бывает наших слов
и современнее и резче.
Вскричать: «Полцарства за коня!» –
какая вспыльчивость и щедрость!
Но снизойдёт и на меня
последнего задора тщетность.
Когда-нибудь очнусь во мгле,
навеки проиграв сраженье,
и вот придёт на память мне
безумца древнего решенье.
О, что полцарства для меня!
Дитя, наученное веком,
возьму коня, отдам коня
за полмгновенья с человеком,
любимым мною. Бог с тобой,
о конь мой, конь мой,
конь ретивый.
Я безвозмездно повод твой
ослаблю – и табун родимый
нагонишь ты, нагонишь там,
в степи пустой и порыжелой.
А мне наскучил тарарам
этих побед и поражений.
Мне жаль коня! Мне жаль любви!
И на манер средневековый
ложится под ноги мои
лишь след, оставленный подковой.
1959