Американская домохозяйка Генриетта Лакс умерла в 1951 году. После смерти она стала чем-то вроде «Франкенштейна» – клетки тела негритянки продолжают жить самостоятельной жизнью на протяжении уже почти 70 лет.
Жизнь и смерть Генриетты Лакс
В биографии Генриетты Лакс нет ничего особо примечательного. Афроамериканка из бедной семьи родилась в городе Роаноке в штате Вирджиния. В 1941 году вместе с мужем, Дэем Лаксом, она поселилась в городке Тернер в соседнем штате Мэриленд. В браке женщина воспитывала пятерых детей (первого она родила ещё в 14 лет). Кроме ведения домашнего хозяйства Генриетта Лакс работала на табачном поле.
В феврале 1951 года женщина обратилась к гинекологу Говарду Джонсу, пожаловавшись на красноватые выделения. Биопсия, взятая с поверхности шейки матки, позволила установить причину этих симптомов – рак. Генриетте назначили радиевую терапию – однако это стало роковой врачебной ошибкой. Дело в том, что опухоль развилась в гландулярной ткани, а такой тип онкологических заболеваний облучением не лечится. Пациентка могла бы выжить, если бы ей удалили матку, но делать операцию оказалось слишком поздно. Генриетта Лакс скончалась 4 октября 1951 года, не дожив до 32 лет.
«Бессмертие»
Клетки раковой опухоли Генриетты, взятые для постановки диагноза врачами Джорджем и Мэри Гай, остались в лаборатории госпиталя Джона Хопкинса. После нескольких делений они должны были погибнуть. Но всё сложилось иначе.
Опухолевые клетки делились намного быстрее обычных – они удваивались каждые 24 часа вместо 36 часов. Но самое поразительное заключалось в другом. Мутация, вызвавшая рак, каким-то образом «стёрла» природную программу ограничения деления (сегодня учёные полагают, что в геном клеток встроился паппиломавирус). Поэтому клетки Генриетты Лакс стали «бессмертными». Так появилась лабораторная клеточная линия HeLa. Идентичность клеток позволила учёным всего мира использовать их как надёжный материал для опытов. По иронии судьбы, в день смерти Генриетты Лакс Джордж Гай выступил на местном телевидении с оптимистичным заявлением: «Мы научимся разрушать или полностью уничтожать раковые клетки!»
Между тем, семья Генриетты даже не догадывалась, что клетки её тела продолжают использоваться учёными. Возможно, дети уже не часто вспоминали об умершей матери, когда к ним в 1970 году обратились биологи. Исследователям понадобилось заново составить карту генов, а для этого требовались образцы биоматериала родственников.
То, о чём узнали близкие Генриетты Лакс, при избытке воображения могло шокировать – их любимая родственница «превратилась» в гигантскую биомассу. По одной из оценок, общий вес биологического материала, выращенного из клеток HeLa – больше 50 тонн! Неудивительно, что некоторые, узнав об этих фактах, прониклись мистицизмом, как например, Дебора, дочь Генриетты Лакс.
«Дебора верила, что дух Генриетты живёт в её клетках и контролирует жизнь каждого, кто попадается на их пути», – отмечает Ребекка Склут, автор книги «Бессмертная жизнь Генриетты Лакс».
Так или иначе, умершая негритянка невольно оказала огромную услугу науке. Благодаря её клеткам была создана вакцина от полиомиелита, отработана технология клонирования и проведены тысячи других исследований. А в 1960 году клетки HeLa даже побывали в космосе на одном из первых советских спутников.
Печально, но родственники Генриетты Лакс никаких материальных выгод не получили, хотя клетки использовались без разрешения. Судиться им не с кем – Джордж Гай и другие ответчики давно умерли.
Новый биологический вид?
Некоторые исследователи предпринимали попытки доказать, что клетки HeLa фактически стали новым биологическим видом, для которого придумано название Helacyton gartleri в честь Стенли Гартлера, который исследовал эти клетки. Они действительно сильно отличаются от своих «предков», некогда функционировавших в теле ещё живой Генриетты. Если в человеческих клетках насчитывается 46 хромосом, то в разных популяциях HeLa – от 76 до 82 хромосом.
Клетки Генриетты Лакс ведут себя почти как одноклеточные организмы, отличаясь особой живучестью. Попадая в воздух, они проникали в чашки Петри с другими клеточными линиями – и полностью вытесняли их. Однако большинством биологов «одноклеточные млекопитающие» так и не были признаны новым видом. Возможно потому, что это означало бы «крамольную» для учёных мысль – о том, что высший живой организм «эволюционировал» в простейший.