ЕДИНИЧНОЕ, ОСОБЕННОЕ И ВСЕОБЩЕЕ — категории материалистической диалектики, отражающие связь, взаимозависимость и взаимопереходы явлений объективного мира. Для идеалистов и метафизиков решение проблемы единичного и всеобщего было всегда камнем преткновения. Они не видят, не понимают диалектического единства и противоположности единичного и всеобщего, их связи и взаимозависимости. Они идеалисты (субъективные) отрицают всеобщее, превращая единичные явления в комплексы чувственных восприятий. Другие идеалисты (объективные) третируют единичные явления как нечто неважное и несущественное, превращая всеобщее в продукт чистой мысли. Диалектический материализм в противовес идеалистической философии прежде всего утверждает, что понятия единичного, особенные явления, определенные стороны объективной действительности.
Объективный мир состоит из единичных явлений. Но эти явления существуют не изолированно, а в связи друг с другом. В силу общих источников происхождения, благодаря ряду одинаковых чёрт и внутренней взаимозависимости те или иные единичные явления объединены в группы, имеющие различную общность. Эту связь, общность явлений выражают философские понятия единичного, особенного и всеобщего. Так, например, индивидуальные растения и животные («единичное») объединены в соответствующие виды («особенное») и рады («всеобщее»). Каждое единичное явление природы, каждый предмет материален, и то общее их свойство, что они материальны, объединяет все явления в единое целое.
Этим единым целым, («всеобщим») является природа, материя. Таким образом, единичное, особенное и всеобщее не есть нечто разрозненное, изолированное друг от друга, а представляют собой различные стороны единого целого. Без отдельного, единичного нет и не может быть всеобщего — всеобщее существует лишь благодаря единичному, через единичное. Но и единичное, отдельное есть лишь часть общего и немыслимо вне этого общего. В своем фрагменте «К вопросу о диалектике» Ленин глубоко и ярко раскрыл эту диалектику единичного и общего. Эту диалектику Ленин показывает на простом примере: Иван есть человек. Иван — это единичное, отдельное, человек — это общее. Здесь есть и противоположность и единство.
Отдельное, указывает В.И.Ленин, противоположно общему, но вместе с тем эти противоположности находятся в единстве, ибо «отдельное не существует иначе как «отдельное не существует иначе как в той связи, которая ведёт к общему. Общее существует лишь в отдельном, через отдельное. Всякое отдельное есть (так или иначе) общее. Всякое общее есть ( частичка или сторона или сущность) отдельного. Всякое общее лишь приблизительно охватывает все отдельные предметы. Всякое отдельное неполно входит в общее и т.д. и т.д.» Из этой объективной диалектики единичного и общего вытекают выводы, имеющие принципиальное значение. Если общее не существует вне единичного, то учения идеалистов, отрывающих понятия, в которых выражается общее, от единичных реальных явлений и обожествляющих понятия как основу мира, есть мистика. Таковы, например, понятия у Гегеля.
Если, далее, «отдельное не существует иначе, как в той связи, которая ведёт к общему», то все попытки прежних и современных субъективных идеалистов объявить общие понятия, например материю, пространство, время, «пустыми» словами, лишенными всякого содержания, есть та же мистика, и делается это в угоду поповщине. Понимание диалектики единичного, особенного и всеобщего также важно для логики и теории познания. «Всякое действительное, исчерпывающее познание заключается лишь в том, что мы в мыслях поднимаем единичное из единичности в особенность, а из этой последней во всеобщность» (Энгельс). Возводя единичное во всеобщее, познание раскрывает сущность явлений. Например, положение «трение порождает теплоту» будет суждением единичности, так как здесь отмечается единичный факт.
Положение «механическое движение переходит в теплоту» будет суждением особенности, переходом от единичного к особенному, так как здесь отмечается особенная форма движения, механическая, переходящая благодаря трению в другую особенную форму движения — в теплоту. И этот шаг означает углубление познания мира. И, наконец, положение «любая форма движения способна и должна превращаться в любую другую форму движения» будет ещё более глубоким суждением, суждением всеобщности. Следовательно, единичное, особенное и всеобщее являются формами движения человеческих понятий, в которых отражается объективный мир, формами углубления познания, исторического процесса человеческого познания. Огромное значение имеет применение диалектики общего, особенного и единичного к практической деятельности партии пролетариата. Так, например, пролетарский интернационализм есть выражение коренной общности интересов и путей борьбы пролетариата всех национальностей; пролетариат той или другой нации, ведя борьбу за свое освобождение от капиталистического рабства, тесно связан с пролетариатом других наций, его борьба сливается в общий фронт борьбы всего международного пролетариата против мировой буржуазии.
Особые, конкретные задачи, стоящие перед рабочим классом каждой страны, тесно связаны с интернациональными задачами всего рабочего класса. Общие задачи международного пролетариата находят свое выражение в особых, конкретных задачах, решаемых пролетариатом каждой страны. Противопоставление пролетариата одной страны пролетариату других стран есть прямой путь к буржуазному национализму, как показало, например, предательство фашистской клики Тито в Югославии. Ленин и Сталин подвергли в свое время жесточайшей критике еврейскую буржуазно-националистическую партию «Бунд», которая противопоставила общим интересам и задачам рабочего класса России в целом отдельные, особые интересы еврейских рабочих. Борясь против врагов марксизма, Ленин и Сталин в своих трудах дают классические образцы анализа диалектики общего и единичного в применении к политике пролетарской партии.